— Кстати, а как эта штука работает? — как бы невзначай поинтересовался я, отчаянно пытаясь скрыть охватившую меня нервозность. Возможно, это самый важный разговор в моей жизни…

Я держал в руках землеройный агрегат, а Невидимка стоял в нескольких шагах позади меня. Мы находились в дальнем конце искусственной пещеры, несколько недель назад вырытой для «шкоды» в холмах у Большего Медвежьего озера. Сейчас у моих ног зияла дыра глубиной в двадцать и диаметром пять футов.

— Если ты спрашиваешь, на каких физических принципах основано ее действие, то я до конца не представляю, — признался Паупаутам, указывая на дыру. — Знаю только, что она превращает молекулы того, на чем сфокусирована, в молекулы кислорода. Вот почему во время ее работы всегда дует легкий ветерок. Все это как-то связано с сохранением массы.

— Ого! Чистый кислород?

— Да. Насколько мне известно.

Я взглянул на странной формы двухфутовый предмет у себя в руках.

— А разве это не опасно? От малейшей искры может начаться пожар. Бум! И нет больше ни землеройки, ни Ларри Мэдигана, ни Невидимки. А искра, кстати, вероятнее всего, может оказаться делом твоих рук — стоит тебе только щелкнуть своими электрическими пальцами.

Внутри тела Невидимки блеснула маленькая молния, и он отступил на шаг назад.

— Такая возможность мне в голову не приходила. Я посоветуюсь с остальными.

Я едва сдержал улыбку. Так значит, Невидимка на самом-то деле не был всеведающим гением со звезд. Впрочем, я его таковым никогда и не считал, но все равно приятно в конце концов получить реальное подтверждение своих догадок. Равно как и понять, что он тоже может напугаться.

— Значит, говоришь, Включатель находится на глубине семисот футов?

— Да. Точнее, на глубине семисот тридцати восьми футов. Ниже уровня Лечебницы Перкинс.

— Да, глубокую дырку придется копать такой маленькой штучкой!

— Переводчик изучил геологическую специфику западной части Маунт-Дезерт по сведениям, имеющимся в «Сима-стере». Нам придется рыть шахту сквозь твердые граниты. Как ты сам видел, землеройка копает быстро и чисто, мгновенно запекая породу на стенах. Поэтому опасность обрушения туннеля исключена.

— Хм-м… — я протянул ему землеройку и постучал пальцем по пульту управления. — А насколько узким может быть луч? И есть ли материалы, сквозь которые он не сможет пробиться? Ну, алмазы там, свинец, керамсталь, сверхтвердые сплавы?

— Насколько я знаю, нет. Разумеется, он не справится с отталкивающим полем, но все остальное — запросто. А насчет фокусировки, вот эта кнопка под твоим пальцем позволяет сузить луч примерно до миллионной доли дюйма. А почему ты спрашиваешь?

Я нагнулся над только что проделанной дырой и начал осторожно углублять ее, чувствуя, как по ногам потянул легкий ветерок. Отвечая ему, я почувствовал, что на лбу у меня выступила испарина.

— Вы хотите, чтобы я придумал, как докопаться до объекта через четверть мили скальной породы; я хочу точно знать, какими именно инструментами вы меня снабдите для этой работы. А меньше всего мне хотелось бы на полдороге отрезать себе ногу из-за того, что луч отразился от какой-нибудь старой винной бутылки, брошенной каким-то пьянчужкой сто лет назад.

— Да, это вполне разумно. Мы ведь уже обещали тебе оказывать любую посильную помощь. Ты только попроси.

— Спасибо, — кивнул я. — Непременно. — На самом деле мне больше всего хотелось сказать: «А почему бы тебе ни положить свою остроконечную маленькую головку на край шахты, и тогда мы посмотрим, сколько времени уйдет у землеройки на то, чтобы отделить ее от твоей длинной тонкой шейки?» Будь Эрика со мной, именно так бы я и поступил — кабы точно знал, что нам это сойдет с рук.

Но с тех пор, как мы вернулись на Большое Медвежье озеро после обнаружения Включателя в западной части острова Маунт-Дезерт, пока один из нас, людей находился на берегу, второй пребывал на корабле на дне озера. Несмотря на то, что в повседневной жизни пришельцы были с нами сама любезность, рисковать они не желали: один из нас всегда находился в заложниках.

И, конечно, оставался нулификатор у меня на шее, готовый обезглавить при малейшем проявлении непокорности.

Но все это, мрачно поклялся я себе, фокусируя луч землеройки и продолжая вгрызаться в землю, очень скоро изменится. Берегитесь, монстры, я иду!