—Вы правы, наша семья недавно переехала в Графскую усадьбу. Моему отцу пришла идея открыть там гостиницу. Он и название ей придумал – «Озерная».

– «Озерная», – задумчиво повторила я, и эти мыслительные потуги, видимо, отразились на моем лице, потому что Соня с готовностью пришла на подмогу.

– Название не зря кажется вам знакомым. Десять лет назад существовал одноименный пионерский лагерь, и был он…

– В Графской усадьбе, – вспомнила я. – Ну конечно, как же такое можно забыть. Столько разговоров было в то лето о том, что спустя сотню лет усадьба впервые открывает двери для простых смертных. Столько разговоров… – повторила я и покачала головой. – Что это плохая идея, что место недоброе и не миновать беды. Что только самые безответственные родители отпустят туда свое чадо.

– Да. – Соня по-ученически подняла руку. – Самые безответственные.

– Твои? – опешила я. – Твои родители отправили в этот лагерь своего ребенка? – Я быстро восстановила в памяти Сонины родственные связи. – Тебя?

Соня молча кивнула.

– Ты была в лагере в ту таинственную единственную смену? – не могла поверить я.

– Была, – еще раз подтвердила она.

– Не может быть! – выдохнула я, но, смутившись, поспешно добавила: – В смысле… Столько слухов о том лете ходит, никто не верит, что лагерь закрыли просто так. Все уверены: там случилось нечто ужасное, что властям удалось скрыть. Но разве можно что-то скрыть в таком маленьком городе? Ведь… – Я вдруг сложила два и два и недоверчиво поглядела на свою бывшую ученицу. – Ты хочешь сказать, что русалок ты видела тогда? В лагере?

Соня растянула губы в грустной улыбке и, окинув безразличным взглядом детскую площадку, заговорила.