Свои ранние годы Агата Кристи, урожденная Агата Миллер, в автобиографии описала любовно и подробно. Она считала, что ее детство было необычайно счастливым и родилась она у лучших в мире родителей. Она была третьим ребенком, ее матери было на момент ее рождения (1890 год) около 35 лет, а отец на 10 лет старше. Дед Агаты нажил трудом и смекалкой в США большое состояние, отец же неумелым управлением и доверчивостью к концу своей жизни состояние растратил. Агата называет отца «по-настоящему добрым человеком» и вопрошает: «Много ли вы можете припомнить людей в своей жизни, о которых просто можно сказать: „Он очень добрый“»?

Родители Агаты купили дом в городке Торки на юге Англии, поместье Эшвилд. В конце XIX века Торки стал модным английским курортом, город расположен на юго-западном побережье страны, благодаря Гольфстриму и микроклимату там развивался парусный спорт, были популярны морские купания, росли пальмы и кипарисы. В саду семейства Миллер, на участке площадью два акра, были оранжерея и зимний сад. Две или три горничных, повариха, гувернантка, по крайней мере два садовника трудились в доме. Агата Кристи пишет, что у них был хороший достаток, но не богатство, «у нас даже не было собственного автомобиля или экипажа».

Она росла эмоциональным ребенком и была окружена нежной заботой. Старшие дети учились в пансионах вне дома, но Агату в школу не отправили: мать увлекалась разнообразными теориями и как раз в это время поверила в преимущество домашнего воспитания. Так что Агата училась «понемногу чему-нибудь». Опять же, в соответствии с модной педагогической методикой, матушка не хотела, чтобы девочка научилась читать до восьми лет, но Агата страстно хотела понять, что это за истории в книгах, и начала самостоятельно читать очень рано, а вот с написанием слов складывалось хуже, до конца жизни писательница признавала, что пишет с ошибками. Гувернантки и приходящие преподаватели обучали девочку игре на фортепиано, танцам, французскому языку.

У Агаты была птичка и собственная, подаренная ей на день рождения, собака, йоркширский терьер. «Не было в моем детстве ни одного обещания, которое не выполнили бы родители», – написала 60-летняя Агата Кристи. В отличие от многих, у нее не было претензий и обид, а только благодарность родителям, только любование разумностью и эстетизмом уютного викторианского мира начала ХХ века, в котором она выросла: сервизы, вышитые салфетки, занавески, изысканные обеды, музицирование в гостиной.

У девочки были особенности психологического развития. «Больше всего я любила превращаться в кого-нибудь… в моем воображении существовал набор придуманных друзей. Первая компания, о которой ничего не помню, – это котята. Кто были котята, не ведаю, не знаю также, была ли я одним из них. Помню только их имена и как звали их маму». От котят Агата перешла к семейству мистера Грина, у которого было сто детей, но чаще всего из них ей являлись Пудель, Белка и Дерево – они не были ни людьми, ни собаками, а чем-то средним.

Поскольку Агату не отдали в пансион, она его придумала: в ее воображении появились подруги, разные по характеру и внешности, они взрослели вместе с ней, дружили и ссорились. Йоркширский терьер Агаты превратился в аристократа с увлекательной биографией. Некоторые из персонажей были страшными – например, время от времени в ее снах возникал «человек с пистолетом» со злыми глазами, поэтому она боялась засыпать.

Но иногда Агате нравилось пугаться. Ее сестра Маргарет, Мадж, была старше на одиннадцать лет. Когда она приезжала домой на каникулы, девочки играли, придумывая, что у них есть еще одна сестра, сумасшедшая и злая; ее изредка выпускают из психбольницы, и она разговаривает страшным, елейным голосом. Это пугало Агату до дрожи, но время от времени она уговаривала Мадж снова заговорить жутким голосом «старшей сестры»… Так проявлялись творческая одаренность девочки и одновременно ее уязвимость перед внешним миром. Позже писательница написала: «Как и во всем, что существует в жизни, вы нуждаетесь в некоторой порции страха, но не слишком большой». Эта фраза может служить девизом ее творчества.