Главный вопрос, на который ищут ответ все учителя литературы, заставляя присоединяться к поискам и учеников: «Что хотел сказать автор?»

Что мы хотели сказать этой книжкой?

Что кино – это вечный и бесконечный бардак, умножающий вселенскую энтропию? Да, мы говорим про это, потому что это – часть системы, о которой невозможно умолчать. Но книжка не об этом. И если вы решили посвятить себя хоть каким-то боком миру кинематографа, вы привыкнете к бардаку и примете его как часть жизни. В какой-то момент, вероятно, вам даже станет его не хватать, потому что, войдя в этот ритм, выйти из него практически невозможно. И жить в подобном состоянии становится приятно и местами даже весело.

Что кино – это весело? Да, и про это мы тоже говорили много. Когда вокруг все единомоментно создается, рушится, снова создается и снова разрушается, и снова, и снова, и снова… остается либо впасть в депрессию, либо научиться смеяться. В первую очередь – над собой. Только так возможно сохранить рассудок и продолжить коллективный творческий процесс.

А вот в этом, собственно, и состоит самый важный посыл для тех, кто не просто прочел эту книжку для развлечения, а решил связать свою жизнь с кино. Кино – искусство коллективное, одиночные игроки в нем не приживаются. Это как в футболе: никакой вратарь не защитит в одиночку ворота, будь он хоть десять раз гений. И никакой бомбардир не приведет команду к победе, если не будет команды.

Все проблемы, возникающие в кино, возникают от рассогласованности. Хотите создать что-то – наступайте на горло собственной гениальности и старайтесь слушать, слышать и доверять друг другу. Это касается абсолютно всех: продюсеров, авторов, редакторов, режиссеров, художников, операторов, актеров.

Помните, что на любом фильме, к которому вы прикоснулись, главный – не вы и не кто-то из ваших коллег. Главный – фильм. Только так можно создать кино. Потому давайте уже договоримся и начнем делать одно общее дело. А если очень надо с кем-то повоевать – всегда можно собраться вместе, выпить за кинематограф и пойти бить морду критикам. А то че они?