2019 год

Толпа встречающих нетерпеливо гудела и не отводила глаз от разъезжающихся дверей. Они открывались и закрывались, в холл один за другим выныривали пассажиры недавно прибывшего рейса. Хихикающие девчонки развернули плакат: «Добро пожаловать домой, блудная дочь!» Увидев надпись, Айша усмехнулась.

Когда двери разъезжались, она пыталась разглядеть людей, ожидавших у ленты багаж. Створки быстро смыкались, так что оставалось безропотно ждать. Девчушка с розовыми волосами выпорхнула и захохотала, увидев плакат. Подруги подхватили ее и умчались. Постепенно толпа редела, большая часть встречающих уже схлынула. Айша вздыхала. Где же ее путешественник?

Двери в сотый раз поползли в стороны, и она наконец увидела того, кого так долго ждала. Ольга шла в окружении трех работников аэропорта, как всегда, яркая и стремительная, особенно на фоне никуда не спешащих сотрудников в одинаковой униформе. При этом она усиленно жестикулировала и явно им что-то высказывала. Счастливая улыбка сползла с лица Айши.

– Оля! – закричала она, перевешиваясь через оградительную ленту. – Что случилось?

Подруга сказала еще пару слов сопровождающим и направилась наконец к ней. Стиснула Айшу в объятиях и затараторила:

– Представляешь, мой чемодан потеряли!

– Батюшки, ты не можешь без приключений.

– Это приключения не могут без меня, – подмигнула Ольга, затем пощелкала пальцами, оглядываясь вокруг. – Так, я не поняла, ты что, одна?

– Да вон бегут мои, – с нежностью произнесла Айша, показывая глазами в сторону центрального входа.

Оттуда, изображая дрифт на поворотах, несся Андрей с коляской. Подрулив к Ольге, бросился обнимать.

– Ой, задушишь! – заверещала она. – Сколько кило поднабрал на баурсаках жены?

– Он не толстеет. Это моя прерогатива, – рассмеялась Айша.

Но Ольга уже не слушала.

– Давай знакомиться, Марк Андреич, – заворковала она, вытягивая из коляски карапуза в синем комбинезоне.

– Устал парнишка ждать, пришлось погонять с ним возле аэропорта, – пояснил Андрей.

Вихрастый мальчишка смотрел мамиными глазами на гостью. Та разглядывала его пару секунд, потом не выдержала и уткнулась носом в детскую шейку.

– А пахнет-то как, господи! Да ты ж мой сладенький…

Он немедленно ухватил и потянул кольцо, призывно сверкающее в Олином правом ухе.

– Марик, тете больно, не надо так делать. – Айша ловко высвободила добычу из цепких пальчиков.

– Эх, Марк Фонпанбекович, поспешила моя Евгения с замужеством, такого молодого и симпатичного жениха упустила! – продолжала щебетать Ольга.

Маленький Юрковский снова серьезно на нее уставился, потом нежданно-негаданно прильнул и обнял ручонками. Ольга прижала его к себе и зажмурилась.

Рядом негромко кто-то кашлянул. Все трое обернулись. Перед ними стоял Саша Яремчук с ворохом веселых ромашек. В белой глаженой рубашке и серых летних брюках – почти жених, с учетом того, какими глазами он смотрел на Ольгу, не замечая никого вокруг.

– А ты что здесь делаешь? – от неожиданности у нее вырвался тот же самый вопрос, как когда-то давным-давно на жанатасском вокзале. Тут же она спохватилась: – Прости, ради бога. Какими судьбами?

Он протянул ромашки. Ольга усадила Марка в коляску и с величавостью королевы приняла букет.

– Да что ж мы стоим! Поехали праздновать. Оля, где твой чемодан? – засуетился Андрей.

Ольга беспечно отмахнулась, зарывшись лицом в ромашки.

– Обещали сообщить, когда найдут.

Мужчин – двух больших и одного маленького – отправили вперед, сами пошли следом.

– Яремчук-то откуда взялся? – зашептала Ольга Айше, когда идущая в авангарде троица удалилась на несколько метров.

– После встречи выпускников поддерживаем связь. Андрей сказал ему, что ты приезжаешь, вот он и примчался.

– И без трости уже, молодец, – заметила Оля.

Сашка, хромавший впереди, будто почувствовал, что заговорили о нем, обернулся. Или просто хотел убедиться, что долгожданная гостья никуда не исчезла. Ольга помахала ему букетом и сказала:

– Позвонил мне однажды в подпитии, я его так отчихвостила, что земля содрогнулась от Краснокузнецка до Жанатаса. Сейчас-то не пьет?

– Не знаю, вроде нет… Как он на тебя смотрит! Со школы взгляд не меняется.

– Думаешь, закрутить с ним? Осчастливить на склоне лет?

– Ничего не могу советовать, потому что… – Айша лукаво улыбнулась и процитировала: – «Никогда не выходи замуж за рыжих и дураков». Помнишь?

– Помню, – усмехнулась Ольга.

– Мы ищем счастье за тридевять земель, не там и не с теми, а оно может ждать совсем рядом.

– Я смотрю, материнство сделало тебя великим философом.

– Есть немного.

Они нагнали мужчин уже на выходе. Сашка подставил Ольге локоть и повел к парковке.

– Вот скажи, Александр, – начала она. – Папа мне всегда говорил: «Никогда не выходи замуж за рыжих». Как ты можешь прокомментировать это утверждение?

– А я же не рыжий, Оль. Я золотой.

Андрей, который упаковывал Марка в детское кресло, выпрямился и одобрительно закивал, оценив Сашкин ответ. Усевшись за руль, он спросил:

– Ну что? Сразу в Жанатас или сначала пообедаем?

– А мы же не поместимся, – Ольга заглянула в салон, где уже сидел важный Марк Фонпанбекович.

– Если ты не откажешься со мной поехать, то я тоже за рулем, – Сашка показал рукой куда-то в сторону, где на забитой парковке среди прочих стояла его машина.

Ольга не удержалась, сунулась напоследок к Марку и приложилась губами к его ручке.

– Прости, дорогой. Я поеду не с тобой, а с дядей Сашей.

Где-то далеко, у подножия покатых гор, всматриваясь в убегающую за горизонт дорогу и отмахиваясь от шалопутного ветра, ждал затерянный в степи город.

Малюсенькая точка на карте.

Жана-Париж.