«Мы можем судить о характере человека по его отношению к животным».

С раннего детства я обожала животных и предпочитала их компанию общению с другими детьми. Помню, мне было около десяти лет и я гуляла в парке с мамой и братом, которому только что исполнилось три месяца. Какая-то женщина сказала:

– Наверное, ваша дочка вам очень помогает с малышом? Я в ее возрасте все время просила маму разрешить мне подержать сестренку и покормить ее из бутылочки.

Мама закатила глаза:

– Может быть, если бы это был детеныш кролика или собаки, она бы захотела его подержать, но обычный человеческий ребенок?! Для нее это скука смертная.

Я росла с мечтой иметь много-много разных животных, когда вырасту. Как только у меня появилась возможность переехать в пригород в собственный дом, я тут же завела двух больших собак. Чем старше становились мои дети, тем больше животных появлялось в доме. Старшая захотела черепаху? Пожалуйста! Младшая принесла бездомного котенка – милости просим, отогреем и найдем ему свой уголок.

Мои друзья знали, что я не могу оставить животное в беде, и часто звонили, если кому-то нужна была помощь.

«Сьюзан, представляешь, соседи съехали и оставили в пустом доме собаку. Она выла всю ночь».

«Сьюзан, помоги, брат мой подруги раздал всех котят кроме одного – они собираются его усыпить, если не пристроят до конца недели».

«Сьюзан, возле почты бездомный пес сидит с порванным ухом. Кажется, он сильно болен, его надо спасать».

После каждого такого звонка – а случались они минимум раз в год – я запрыгивала в машину и ехала по указанному адресу. Я завозила нового бедолагу в ветклинику, оплачивала осмотр и необходимые процедуры и уточняла, когда могу забрать пациента домой. В ветклинике весь персонал знал меня по имени.

Я называла себя фермером, потому что мое утро начиналось с чистки клеток и лотков. Затем нужно было всех покормить, собак – выгулять и помыть. Больным дать лекарства. Этот ритуал занимал у меня примерно полтора часа.

Так как я часто подбирала питомцев, многие из них были старыми и нуждались в лечении и особом уходе. Например, больной сахарным диабетом кошке Честер было уже семнадцать лет, она часто ходила мимо лотка, так что мне каждый раз приходилось мыть и дезинфицировать пол.

Четырнадцатилетняя собака Софи была смешанной породы. Большая и лохматая, со склонностью расчесывать и кусать зудящие места на теле до тех пор, пока они не начинали мокнуть. В последние годы у нее развилась деменция, и это сделало ее сердитым параноиком. Она рычала не только на нас всех, но даже на стены, также пыталась атаковать любую собаку при первой же возможности. Она по-прежнему любила короткие прогулки, но с каждым годом все больше и больше страдала от артрита, ей требовалась постоянная поддержка, с тем чтобы продолжать шагать.

Рэд к одиннадцати годам ослеп, поэтому ему нужно было капать глазные капли три раза в день. Крошечную собачку по имени Спайк мы подобрали на улице, где она жила трудной жизнью долгие годы. Она так и не смогла привыкнуть к домашним условиям и могла тявкать и рычать часами.

Пятилетний Элвис был чрезвычайно энергичным. Ему требовалась как минимум часовая прогулка каждый день, иначе можно было бы распрощаться со многими вещами в нашем доме.

Траты на еду и медицинский уход были ошеломляющими. Помимо этого, всегда случались какие-либо непредвиденные или чрезвычайные случаи. Экстренные анализы и госпитализация, инсулин, шприцы, анализы крови на глюкозу для Честер. Экстренные анализы и лекарства для Элвиса, который столкнулся с болезнью Лайма. Регулярные консультации специалистов и дорогие глазные капли для Рэда. Анализ крови и операция по удалению двух огромных опухолей у морской свинки Тайрона.

Моя лучшая подруга говорила, что я страдаю патологическим накопительством животных. «Но я забочусь о них!» – протестовала я. Она лишь улыбалась и качала головой: «Я знаю, что заботишься, просто…»

Моя лучшая подруга говорила, что я страдаю патологическим накопительством животных.

Несмотря на все мои возражения, я понимала, что давно превысила свои возможности. В моем доме жило 11 питомцев, большинство из них пожилого возраста. И я приняла непростое решение: когда они покинут меня, я не буду брать новых. Больше никаких кошек или собак, которые растопят мое сердце.

В течение трех лет я простилась с шестью животными. Моя самая старшая кошка по имени Лапка умерла первой. Затем, одна за другой, – все, кроме Тайрона, морские свинки. Софи больше уже не могла подняться, поэтому мы отправились в ветеринарную клинику, где она покинула меня, пока я ее обнимала. Одиннадцатилетний кролик Генри ушел следующим, и ветеринар был поражен его невероятным долголетием. Рэд, который был еще достаточно молод, неожиданно скончался от рака.

А еще младшая дочь приехала в гости, а потом забрала с собой маленького Спайка. И я осталась с одной собакой, двумя кошками и одной морской свинкой.

Поначалу я ощущала пустоту. А еще не знала, как отказать, если какое-то животное снова окажется в беде. Я начала искать в интернете расположенные неподалеку приюты для животных и нашла один в часе езды. В субботу я поехала разведать, в каких условиях там проживают собаки и кошки.

Мое сердце щемило, и мне хотелось увезти двух-трех самых несчастных бедолаг с собой. Но вместо этого я оставила деньги на корм и спросила, какая волонтерская помощь нужна этому приюту.

С тех пор у меня дома порядок. А еще больше свободного времени и больше денег на карточке. По утрам и вечерам в будние дни я не только судорожно кормлю, гуляю, убираю – я успеваю уделить персональное время каждому из четырех своих питомцев, играю, глажу.

Каждый выходной я езжу в приют, чтобы помочь помыть клетки и выгулять собак. Еще я привожу купленные за свой счет корма и лакомства.

Когда мне звонят знакомые с историей, что какому-то животному нужна помощь, я, как и раньше, прыгаю в машину и мчусь по указанному адресу, но теперь уже везу не к себе домой, а в приют.

Периодически я беру на передержку животное, которое не может привыкнуть к приюту, и даю ему временное пристанище, пока не найду новый дом. Но не более чем одно животное за раз. Так у меня в течение месяца жил одиннадцатилетний слепой пес Динго, брошенный своей семьей на погибель. Когда с нами связалась пара, готовая взять Динго себе, мы с мужем проехали девять с половиной часов к месту, где Динго обрел новый дом.

Энергию, которая раньше уходила на огромное количество домашних животных, я трачу на поиски новых хозяев для обитателей приюта. Я не взяла себе 5 новых собак, но каждый месяц помогаю десяткам.

Сьюзен Киммел Райт