Росс ответил на втором звонке.

– Мистер Лоури?

Звонила Джейми Вонг, его риелтор в Финиксе, и звонила она с невероятно хорошей новостью. Она не только нашла человека, который хотел арендовать его кондоминиум, но появился и еще один человек, который был готов купить дом. По заявленной цене.

Голова у Росса закружилась. Заявленная цена составляла сто семьдесят пять тысяч долларов. На такие деньги он мог легко прожить два года. А если экономить, то и три-четыре. При желании он мог бы даже купить квартиру в Финиксе.

Он понял, что ему этого хочется. Он не только начал привыкать к жизни в Магдалене, эта жизнь к тому же стала ему нравиться. Да, конечно, все это только временно и в конечном счете ему придется уехать. К тому же он не хотел быть обузой для Литы и Дейва. Но он чувствовал себя здесь комфортно, к тому же и работа на ферме ему нравилась.

А еще в его жизни появилась Джилл.

И это было самое главное. Она ему нравилась, и он хотел увидеть, как далеко могут зайти их отношения; хотя никаких отношений толком еще не было, но потенциал для них был, и он хотел посмотреть, что из этого получится.

Лита и Дейв уехали в Уилкокс на закупку, но Росс был слишком возбужден, чтобы держать эту новость при себе, а потому попытался позвонить родителям и сообщить, что у него объявился покупатель. Связи не было, несмотря на то, что экран телефона показывал полный прием, и хотя Росс пытался дозвониться до родных четыре раза, а после даже попробовал перемещаться по двору, ловя сигнал, ничего, кроме тишины, в трубке не было – ничего, кроме полной тишины.

Поклявшись себе, что оплатит Дейву и Лите все звонки, что он сделал по стационарному телефону на прошедшей неделе, он позвонил из своего домика. Он поговорил с матерью, которая решила, что продажа кондо означает его возвращение в Финикс. Он услышал облечение в ее голосе, словно до этого дня, живя в Магдалене, он делал что-то неправильное и постыдное, а когда она заговорила о его кузине, в ее голосе прозвучало что-то неодобрительное.

Росс попрощался и повесил трубку. От прежнего энтузиазма не осталось и следа. Его родители, без сомнения, в любой хорошей для него новости находили изъяны.

Росс подумал, не позвонить ли ему Джилл, но потом решил, что это было бы чересчур и к тому же слишком рано. Поскольку он собирался заехать к ней сегодня, то решил отложить новости до вечера.

Как только приехали Лита и Дейв, он поспешил сообщить им о звонке риелтора.

– Это означает, что ты хочешь от нас уехать? – разочарованно спросила Лита.

Дейв положил руку ему на плечи.

– Ты нам нужен здесь, дружище. Ты уж нас не бросай.

– Вообще-то я рассчитывал, что проживу у вас подольше. – Росс смутился. – Не навсегда, конечно. Пока не найду работу…

– Конечно! – заверила его Лита. – Мы рады, что ты с нами.

– И думаем расширяться, – сказал Дейв. – Теперь, когда появились деньги. В конечном счете я найму человека, но я думал, что поначалу втроем справимся. Пока не обустроимся и не будем знать точно, что нам нужно.

Росс вздохнул с облечением.

– Отлично, – сказал он.

– Значит, договорились. – Лита улыбнулась.

– Мне нужно будет на пару дней съездить в Финикс, – сказал Росс.

– А что ты собираешься делать – продать жилье или в аренду сдать? – спросил Дейв.

– Я думаю продать. Мне нужны деньги, и потом, я думаю, что больше не хочу там жить.

– Если ты его сдашь, у тебя будет постоянный доход, – отметила Лита. – К тому же цены сейчас падают. Если выждать, то можно продать выгоднее.

– Не уверен. В нашем районе в последнее время становится хуже и хуже, и вряд ли там что-то может измениться. Я ровно столько же и заплатил за кондоминиум. Такого шанса может больше не подвернуться.

– Ты сможешь оплатить долги? – спросил Дейв.

– И еще останется.

– Тогда продавай.

* * *

На следующее утро после завтрака Росс уехал. Он говорил, что может уехать позже, накормив птицу и собрав яйца, но Дейв заверил его, что все это сделает сам и Росс может ехать с чистым сердцем.

Он не был в Финиксе всего недели две, но город показался ему более многолюдным, чем прежде. И более грязным. Когда он подъезжал к Финиксу с юга, гора Верблюжий Горб была не более чем серым пригорком на фоне белого неба. Ветер сорвал со встречного пикапа полиэтиленовый пакет, который зацепился за передний бампер машины Росса и несколько миль трепыхался над капотом, а после перебрался на проезжавший мимо «Лексус». После езды по грунтовкам, на которых другие машины встречались редко, Россу странно было видеть столько машин на хайвее, и от этого он чувствовал себя на удивление не в своей тарелке.

Росс договорился с Джеми Вонг, что приедет к ней в офис в два часа. Он опоздал почти на тридцать минут, но она ждала его и показала ему распечатки с детализацией финансовых «за» и «против» как для случая аренды, так и для случая продажи. Он вежливо выслушал ее и сказал, что хочет продать кондо. Для нее такой выбор тоже был предпочтительней, поскольку она получала комиссионные. Риелтор удивилась тому, что кто-то готов заплатить названную цену за дом в таком районе и при таком состоянии рынка, но после добавила, что сделка выгодная. Росс сидел в офисе, пока она звонила покупателю, – тот сказал, что готов встретиться на следующее утро в кондо. Джеми повесила трубку и сообщила о договоренности Россу. Если все пройдет гладко, то днем они смогут подписать бумаги и деньги будут переведены на его банковский счет в течение пяти рабочих дней.

Здесь его сотовый работал, но когда он попробовал позвонить Джилл, то, кроме шума помех, ничего не услышал. То же самое произошло и при попытке позвонить Лите. Ну, да ладно, решил Росс, все равно послезавтра он вернется.

За обедом Росс встретился с друзьями, а ночевать поехал к родителям. Алекс через две недели уезжал в Солт-Лейк-Сити и устроил прощальную вечеринку «У Йосаряна», в заведении, представлявшем собой что-то среднее между бургерной и баром в Темпле, куда некоторые из них ходили во время учебы в Аризонском университете. Заведение все еще пользовалось популярностью у студентов, хотя среди клиентуры стало больше качков и спортсменов, отчего они были вынуждены рано разойтись, пока выпивший и агрессивный Трент не начал драку с двумя стероидными наркоманами из Сан-Девлс. Патрик и Трент по очереди сменяли друг друга за рулем, и сегодня никто из них не привел с собой трезвого водителя, Патрик выпил меньше, а потому и сел за руль.

– Повторим? – предложил Трент в открытое окно. – Завтра вечерком.

Росс рассмеялся.

– Посмотрим.

Когда Трент и Патрик уехали, а сразу же за ними и Джей Ди с его последней подружкой, Алекс спросил Росса, не хочет ли он встретиться за обедом.

– Конечно, – сказал Росс. – Если успею закончить с бумагами.

– Потому что у меня есть предложение для тебя.

– В Солт-Лейк-Сити я не поеду.

Алекс рассмеялся.

– Поговорим. До завтра. «У Грасиа». В двенадцать.

– Буду. Или позвоню, если что.

В дом родителей в Чандлере он приехал в десятом часу, и родители, к его удивлению, еще не спали. Они, кажется, ждали его, и, судя по выражению на лице отца, они явно не были настроены на теплую встречу и сердечные поздравления. Росс сделал вид, что не замечает происходящего, и сказал родителям, что договорился о продаже, осталось лишь подписать бумаги, и сделка станет действительной. Он сидел на диване, говорил о том, как рад встрече с друзьями, и о том, как жаль, что Алекс уезжает в Солт-Лейк-Сити.

Для отца это стало сигналом вскочить с места.

– Почему ты не можешь найти себе такую же работу?

Росс догадался, в чем дело. И скоро получил доказательство – отец начал выговаривать ему за то, что он застрял в Магдалене, а его мать согласно кивала. Не было в их телах контркультурной жилки, и для них жизнь на ферме была равнозначна вступлению в сообщество деклассированных элементов. Это уму непостижимо, говорил его отец, ему пора перестать изображать из себя этакого хиппи и начать серьезно искать работу. Росс не стал напоминать отцу, что именно этим он занимался целый год, а то и больше. И невзирая на тот факт, что до его увольнения он был гораздо более успешным, чем брат или сестра, не говоря уже о том, что и положение его было гораздо стабильнее, он получал гораздо меньше поддержки от родителей, чем его сиблинги, как финансовой, так и эмоциональной.

Но родители видели в нем приживальщика с мозгами набекрень, не имеющего ни малейшего желания работать.

Росс вышел из комнаты в середине отцовской лекции – желания спорить у него не было. Он проигнорировал требования отца «Вернись! Вернись немедленно!», закрыл и запер дверь ванной и не торопясь принял душ. Выходя из ванной, он надеялся, что родители уже в спальне, да и дверь туда была закрыта. Он не знал, спят они или нет, к тому же ему было все равно. Мать не постелила ему на диване, а потому он сделал это сам, достав простыню, подушку и одеяло из кладовки. Росс старался не шуметь, чтобы родители не вышли и не продолжили читать ему лекцию.

Он заснул под Дэвида Леттермана[35].

Во время завтрака утром за столом царило молчание. Он пытался сгладить неловкость разговором о том, что будет в надежном финансовом положении, когда продаст кондоминиум, но его отец даже слышать об этом не хотел.

– Я пытался донести до тебя, – сказал ему отец, – что ты должен перестать делать вид, будто ты – фермер, и снова заняться поисками работы. В области инженерии все меняется быстро, а ты и без того уже на год выпал из процесса.

Росс посмотрел ему в глаза.

– Ты думаешь, я этого не знаю?

– Тогда почему ты не ищешь работу?

– Я ищу, папа. Каждый день ищу. Мое резюме висит на миллионах сайтов, я в курсе создания всех новых предприятий и объявлений набора на старые…

– Невозможно делать все это только через компьютер. Ты должен находиться в гуще, обивать пороги, показывать свое лицо, заходить в отделы кадров, чтобы в компаниях тебя знали.

– Конечно. А еще надеть запонки и мою жилетку…

– Ты мне тут не умничай, молодой человек!

– Я ищу работу не в тысяча девятьсот пятидесятом, папа. Работу теперь ищут именно так, как это делаю я.

– Ты ленив, вот в чем твоя проблема. Я не понимаю, почему ты там, на ферме, а не здесь, в городе…

Росс подался вперед над столом.

– Ты хочешь знать, почему? Потому что я оказался на мели, у меня не было денег платить за кондоминиум. Мне чуть ли не пришлось уйти, чтобы банк его забрал, но сейчас, к счастью, я могу его продать. Лита предложила мне жилье. Ты этого не сделал, отец. Ни Альма, ни Рик этого не сделали, забыли обо всем, что сделал для них я. Вы все… Забудь об этом. – Росс встал. – Я ухожу.

Его мать бросила на него разгневанный взгляд.

– Не смей так говорить с отцом!

Она все еще выговаривала ему, когда он вышел из кухни в гостиную. Его чемодан был уже собран, он поднял его, выкрикнул короткое «До свидания!» и направился в машину.

Он сел за руль и тронулся с места.

До назначенной на десять часов встречи с Джеми Вонг и покупателем в его старом кондо ехать ему было некуда. Росс заехал в Макдональдс в Месе, где он опорожнял одну чашку кофе за другой, читая подряд бесполезные разделы «США сегодня» и «Аризонской республики». Он не знал, где ему спать сегодня, – возвращаться к родителям он не хотел. А уж тем более звонить брату или сестре. Может быть, он успеет доехать до Магдалены? Может быть. Но он собирался встретиться с друзьями вечером – кто знает, когда состоится их следующая встреча? – а потому он решил шикануть и остановиться на ночь в дешевом мотеле. Его ждала крупная сумма. Он заслужил маленький праздник.

В кондоминиум Росс приехал раньше остальных. Ключи еще были при нем, и он вошел в дом. Здесь пахло затхлостью и пылью. Он обошел комнату за комнатой, открывая шторы. Кондоминиум оказался больше, чем был в его памяти, – отчасти это объяснялось отсутствием мебели, а отчасти тем, что Росс привык к более тесному гостевому домику L Bar-D. Он вернулся на кухню, вновь восхитившись ее размерами.

Потом раздался стук в дверь. Росс вернулся ко входу и увидел улыбающуюся Джеми Вонг, стоявшую на коврике рядом с коренастым, широкоплечим мужчиной: Берт Эбби, человек, который хотел купить его кондо. Росс, распахнув дверь пошире, сделал движение рукой, приглашая их в дом.

– Прошу.

Эбби не понравился ему с первого взгляда. На сделку это никак не повлияет, но он порадовался тому, что здесь присутствует риелтор, которая будет посредником между ними. Хотя они и обменялись вежливыми улыбками, он почувствовал, что их неприязнь взаимна, и если бы в переговорах они участвовали один на один, то сделка, вероятно, развалилась бы мгновенно. Однако их антипатия по отношению друг к другу поспособствовала тому, что разговор между ними продлился недолго, – они наскоро прошлись по дому, потом риелтор огласил пункты заключения эксперта о состоянии недвижимости, после чего бумаги были подписаны и все трое отправились по своим делам, а Росс пообещал заехать еще в офис Джеми во второй половине дня, чтобы подвести итоги.

На парковку «У Грасиа» Росс прибыл одновременно с Алексом, который, нажав на клаксон, помахал ему рукой. Они припарковались рядом и отправились в уже переполненный ресторан, где распутного вида официантка усадила их за столик рядом с компанией пожилых женщин. Ни о чем конкретном они не разговаривали, перемыли косточки Тренту за его вчерашние глупости, но как только им подали картофель и сальсу, Алекс перешел к делу.

– Я вел переговоры с компанией, выпускающей напольные коврики, – сказал он. – Знакомился с их системами и внутренней кухней. И мне удалось выяснить, что они собираются расширяться и – внимание – хотят изготавливать коврики для железной дороги и пилотских кабин в самолетах. Они отдают на аутсорсинг конструирование всего своего станочного парка, а также надзор и реализацию, и я подумал – если мне удастся их убедить, – не мог бы ты провести анализ их потребностей. Со своей собственной базы онлайн. Ты мог бы договориться с их специалистами, найти подходящее оборудование и… консультировать. Я догадываюсь, что ты знать ничего не знаешь об изготовлении напольных ковриков, но думаю, что подгонка оборудования мало чем отличается от того, что мы делали для «Боинга», и я думаю, ты вполне мог бы довольно быстро приспособиться. Ты знаешь, как это делается. И умеешь. Очевидно, что это неполноценная работа. Никаких премиальных или социального пакета. Для этого проекта ты мог бы работать по контракту. Но за этим может последовать и что-то другое. По крайней мере, ты будешь при деле и сможешь обновить свое резюме.

– Это было бы здорово, – согласился Росс.

– Никаких гарантий не будет, и оплата, вероятно, будет мизерной, но, если мне удастся их убедить, могу я сказать, что ты заинтересован в этой работе?

– Конечно.

– Тогда отправь мне свое резюме, когда вернешься. Как только я что-то узнаю – отказ или согласие, – дам тебе знать.

– Спасибо, – с благодарностью сказал Росс. – За мной должок.

– Благодарить меня рано. Но про должок я не забуду.

Они оба рассмеялись.

Поскольку Росс оказался в городе и у него было время, он сделал покупки в «Таргете», прикупил что-то из предметов первой необходимости, а после заглянул в магазин компьютерной техники и электроники. Он остановился в мотеле у хайвея Блэк Каньон, посмотрел телевизор в своем номере и отправился на ужин с друзьями. На сей раз они встречались дома у Патрика, где поели то, что взяли на вынос из «Тако Белл»[36], и поиграли в «Икс-Бокс»[37].

Утром он проснулся рано, проглотил несколько булочек и рогалик из бесплатного завтрака, потом взял в дорогу стаканчик кофе и тронулся в путь.

До Магдалены Росс добрался к полудню.

Возвращался он в хорошем настроении. Ранчо стало для него домом, и было что-то утешительное в этом зрелище: его маленький домик, а за ним – бесконечная пустыня. Лита приготовила обед – бургеры с котлетами из страусиного мяса, – и он присоединился к ней и Дейву на кухне Большого дома, где он с благодарностью съел два бургера.

– Как куры? – спросил Росс.

Дейв огорченно покачал головой.

– Несутся по-прежнему плохо. Не понимаю, что с ними. У пчел тоже плохи дела – мед совсем пропал. Не знаю, что это – то ли окружающая среда, изменения в которой нам не удается зарегистрировать, то ли… еще что-то непонятное.

– Ирония судьбы, да? – сказала Лита, когда Дейв, извинившись, вышел в туалет. – Теперь, когда у нас появились деньги, все наши планы летят коту под хвост. Неделю назад это просто уничтожило бы нас. А теперь мы хотя бы можем докупить кур. Как, наверное, и пчел. – Она покачала головой. – Странные какие-то вещи происходят.

Вернулся Дейв; обед он доел еще раньше, так что садиться ему не пришлось. Он кивнул Россу.

– Я собирался пройтись по ранчо, посмотреть, не выявится ли еще чего. Хочешь – пойдем вместе.

Росс встал.

– Конечно. Идем.

Лита вздохнула, изображая отчаяние.

– Ну, а я, судя по всему, буду мыть посуду. Женщинам отдых неведом.

Росс вышел из дома вместе с Дейвом, они отправились в курятник и в куриный дворик, но яиц нигде не нашли. Во время поиска кладок мужчинам пришлось отбиваться от агрессивных птиц. В конечном счете Дейв сам ударил одну из куриц корзиной и сбил ее с лап.

– Идем отсюда, – сказал он.

И они, повесив корзины на крючки, вышли через курятник.

– Ситуация ухудшилась, – обескураженно сказал Дейв.

– Думаешь, это какая-то болезнь или… – Росс не смог придумать никакой другой причины, потому что ничего не знал о курах и их содержании.

– Идем, – сказал Дейв. Он пошел вдоль дома к погребу и, прежде чем открыть входную дверь, огляделся – не смотрит ли на них Лита. – Хочу тебе показать кое-что. Лите я об этом не говорил и буду тебе благодарен, если и ты будешь держать язык за зубами.

– Конечно. – Росс был заинтригован. Он спустился следом за Дейвом в замкнутое пространство погреба, где стояло ужасное зловоние, которое ничуть не уменьшилось, когда они открыли входную дверь и впустили туда свежий воздух. – Черт побери! – Росс сжал пальцами ноздри, испытывая сильный позыв к рвоте.

– Я знаю, – сказал Дейв, который тоже сжимал пальцами ноздри. – Я вчера оставил здесь два освежителя воздуха, но они уже исчерпали себя. Но не беспокойся, через несколько минут привыкнешь.

Росс так не считал, и он не хотел оставаться здесь даже на одну минуту, но тут явно что-то случилось, и ему хотелось узнать, зачем Дейв привел его сюда.

Сразу за дверью на полке с левой стороны лежали инструменты и склянки. Дейв взял молоток с круглым бойком и положил его на стол в середине помещения, где в коробке лежали цветные яйца странной формы и размера. Рядом с коробкой на деревянной столешнице, в пятнах, похожих на пятна засохшей крови, валялись кусочки скорлупы.

– Смотри, – с опаской и явно нервничая, сказал Дейв.

Он вытащил крупное яйцо из коробки и, осторожно положив его на столешницу, придержал пальцем, чтобы не укатилось, а потом, легонько ударив по нему молотком, разбил скорлупу. Затем отошел от стола, глядя, как ширится трещина на скорлупе. Спустя несколько секунд в щели появился крохотный коготок, а еще мгновение спустя вся скорлупа разлетелась на куски, среди которых извивалось и корчилось какое-то покрытое слизью ящерообразное существо черного цвета. У него было тонкое тело, конечности с когтями и чересчур крупная голова с красными бусинками глаз и незакрывающимся ртом.

Это безобразное существо смотрело на них и верещало.

Дейв шарахнул по нему молотком и размозжил ему голову.

Растекшиеся кровь и мозги издавали зловоние сродни канализационной системе. Отвратительный запах в погребе стал еще невыносимее, и Росс, сглатывая комок в горле, отпрянул от стола. Дэйв тоже едва сдерживал рвоту, и несколько секунд спустя они оба уже поднимались по лестнице. Каким-то чудом, когда они выбрались наверх, ни одного, ни другого не вырвало, хотя оба и простояли несколько секунд наклонившись, уперев руки в колени, тяжело дыша и жадно глотая свежий воздух.

Дейв огляделся, не видит ли их Лита. Он тяжело выдохнул, выпрямился.

– Дело в том, – сказал он, и Росс услышал в его голосе неподдельный страх, – что они все разные. Насколько я могу судить. Нет двух похожих. Я обнаружил это вчера утром, когда принес в погреб шесть яиц, что мне удалось собрать. Одно из них раскололось сразу же, и из него выползло насекомое. Таких насекомых я в жизни не видел – оно было похоже на помесь осы со скорпионом. Большое такое насекомое. Оно поползло на меня, и я сбросил его на пол и растоптал каблуком. Я жутко испугался. Затем я разбил еще одно яйцо уже из любопытства. Оттуда вылупилось что-то совсем иное – это был маленький уродец с крысиной головой на раздувшемся теле серебристой рыбки. И производило оно звуки, похожие на крик ребенка. Сегодня утром я проверил еще одно яйцо, и в нем было что-то вроде змеи. Только… змеей оно вовсе не было. – За этим последовала долгая пауза. – Мои куры несут яйца каких-то чудовищ.

Эти слова повисли в воздухе.

– Я не понимаю, почему это происходит, – сказал Дейв, он явно пребывал в замешательстве. – Или как такое может происходить.

Он посмотрел на Росса, словно в ожидании ответа, но ответа у Росса не было. По какой-то причине он поймал себя на том, что думает об этом черном существе в ночном небе. И пропавшей собаке Джилл. И маленькой девочке на фермерском рынке.

«Грибок елдачок! Черножопый мясной пай».

Джилл была права. Последнее время здесь происходило много чего странного.

– И что будем делать? – спросил Росс.

– Не знаю.

– А что насчет?.. – он показал на открытую дверь погреба.

– Я об этом позабочусь.

– А что ты сделал с…

– С остальными? Я их закопал. Поначалу я думал отнести их к ветеринару – не знает ли он, что оно такое и каким образом оказалось в яйцах моих кур, – но оказалось, что ветеринара нет – он исчез. Я хотел было сжечь их, но потом подумал, что при таком зловонии дым может быть токсичным. И потом я не хотел, чтобы Лита узнала об этом. Сейчас очень непростое время. И потому я зарыл их под деревом. Вот тут. Глубоко. Так что коза их не откопает, чтобы съесть.

– И то же самое ты собираешься сделать и с этим?

Дейв пожал плечами.

– Пожалуй. Но остальные яйца я хочу сохранить. Хочу показать их кому-нибудь. Может, кому-то из других ранчеро. Может, они что-то об этом знают, может, у них происходит то же самое.

– Может быть, мне… – Росс показал на дом.

– Займи ее чем-нибудь. Не подпускай к окнам. – Дейв вздохнул. – Дай мне двадцать минут. – Он собрал волю в кулак, глубоко вздохнул и снова стал спускаться в погреб.

Росс направился к дому.