Андрей Бондаренко пишет:
«Сегодня, уверен, уже просто глупо спорить с тем, что Сталин в 30-е - начале 40-х гг. стремился, воспользовавшись мировым кризисом, совершить освободительный поход в Европу и продолжить процесс «добровольного присоединения к СССР новых советских республик». Но классическое право строго разделяет намерение совершить преступление от свершившегося преступления. Не СССР первым напал на гитлеровскую Германию, чего от нас добивались, к чему стремились подтолкнуть все оставшиеся не оккупированными немцами демократические страны, а все произошло совершенно наоборот. И это исторический факт».
А вот мнение профессора Данилова:
«Подготовленные мероприятия и практические дела Генштаба и западных приграничных округов совершенно отчетливо говорят о подготовке упреждающего удара по Германии.
…Какие же напрашиваются выводы и размышления в связи с публикацией в «Военно-историческом журнале» серии статей, призванных опровергнуть доказанную подготовку Советским Союзом упреждающего удара против Германии? Прежде всего то, что некоторые авторы склонны видеть в этой подготовке некое уязвление миролюбивой внешней политики СССР в предвоенное время. Нельзя, как мне кажется, представлять внешнюю политику СССР данного периода как политику, направленную исключительно на сохранение мира любыми средствами. Напротив, документы, да и практические дела Советского правительства и, в частности, Наркомата обороны, говорят о том, что она была активной, наступательной. И следует ли задним числом «смущаться» этим? Думаю, не следует».
И далее: «Наконец, конечно же, не может быть и речи о виновности СССР в развязывании войны с Германией».
Мне кажется, уважаемые российские военные историки стали жертвой той же самой советской пропаганды, не разобравшись в своих статьях в главном - зачем же СССР все это утаивал от народа? Они видят главную крамолу только в том, что СССР может быть признан как-то виновным «в развязывании войны с Германией». Доказывают всем ясное, что это Германия на нас напала, а не мы. Тут вообще не о чем спорить, а сам вопрос «кто на кого первым напал» является пустым и абсолютно неважным.
Не знаю, то ли смелости у историков не хватило, то не дошли в своих рассуждениях - но совершенно ясно, что СССР эту правду скрывал вовсе не от мирового сообщества, на которое ему было всегда наплевать, а от СВОЕГО НАРОДА. Чтобы сокрыть ответственность власти (Сталина, Жукова, Компартии и пр.) за Катастрофу 1941 года, которая вовсе не мир поразила, а наш советский народ.
Суть этой Катастрофы состояла в том, что планы обороны войск (существовавшие до весны 1941 года), были заменены начальником Генштаба Жуковым планами агрессии, что означало состояние небоеспособности практически всей армии до июля 1941 года. Суть в том, что если бы немцы напали до того, как в армии стали исполняться приказания Жукова по подготовке к агрессии, то немцы не смогли бы захватить даже Брест - ибо существовавшие до Жукова планы обороны страны напрочь лишали этой возможности гитлеровцев.
Маршал Советского Союза К.К. Рокоссовский, который с декабря 1940 г. служил в должности командира 9-го мехкорпуса в Киевском особом военном округе, вспоминал, что никак не мог понять смысла проводимых в округе мероприятий. По словам маршала, полевая поездка, проведенная накануне войны командующим округом, не позволяла определить, что ею преследовалось. Он писал: «Последовавшие затем из штаба округа распоряжения войскам о высылке артиллерии на полигоны, находившиеся в приграничной полосе, и другие нелепые в той обстановке распоряжения вызывали недоумение. Судя по сосредоточению нашей авиации на передовых аэродромах и расположению складов центрального подчинения в прифронтовой полосе, это походило на подготовку прыжка вперед, а расположение войск и мероприятия, проводимые в войсках, этому не соответствовали…»
Возможно, в сознании товарища Жукова, идеолога нападения СССР на Германию, все это выглядело системно, но, как сообщает Рокоссовский, политика скрытности, конспирологии большевиков (а Жуков был членом Политбюро), не ознакомляющих войска со своими планами, привела к обычной практике - к полному русскому бардаку в армии, которая куда-то переезжала и что-то делала, считая это, как говорит Рокоссовский, «нелепым» и вызывающим «недоумение». Все это создало полный Хаос в армии. По этому Хаосу в РККА и ударил Гитлер.
Трагедия в том, что управление войсками западных округов было утрачено Генштабом еще до нападения Германии, до 22 июня 1941 года. Находясь в стадии «развертывания», многие части и соединения пребывали в небоеспособном состоянии. Ветераны рассказывают, что прибывшие к границе танковые подразделения 22 июня 1941 года еще ждали свои танки, которые еще ехали по ж/д, находясь в Смоленске или Борисове, в других случаях были танки, но снаряды еще не перевезли с прежнего места дислокации, а еще в других случаях танки КВ и Т-34, прибывшие в Брест, ждали две недели (и не дождались) личный состав, еще к ним следовавший. Часть стрелковых подразделений оказалась вообще без вооружения, ожидая его прибытия. И т.д. Включая полное отсутствие карт местной территории у новоприбывших дивизий РККА (на дивизию 22 июня 1941 года приходилось 2-3 карты, хотя карта должна быть у каждого взводного).
Все это называется просто - бардак в армии. Автор этого бардака - начальник Генштаба Жуков. Приказом которого, в том числе, были сняты за два дня до фашистской агрессии проволочные заграждения на западной границе СССР, а ранее - снят весь личный состав и все вооружение (орудия и пулеметы) с укрепрайонов «Линии Молотова» и «Линии Сталина», на создание которых в предвоенное время тратилась треть производимого в СССР цемента. Причем когда 21-22 июня некоторые части попытались самовольно вернуться в эти укрепления, Жуков тут же разослал гневные телеграммы с приказом расстрелять командиров, решившихся на это, и под угрозой расстрела запретил войскам занимать «Линию Молотова» и «Линию Сталина». В этом плане кажется карикатурой на историю воссоздание сегодня в Беларуси «Линии Сталина» и какие-то игры артистов на ней, изображающих роль этих укрепрайонов, когда в них приказом Жукова были сняты все орудия и пулеметы, а самовольно занявшие эти укрепрайоны командиры были расстреляны приказом Жукова 21-22 июня 1941 года. Ясно, что без них сия «Линия Сталина» не представляла никакой угрозы наступающим немецким войскам - они ее и преодолели, даже этого не заметив. У нас же сегодня создают новую фантастику о войне для манипуляции массовым сознанием.
Замечу, что снятие войск с оборонительных укрепрайонов - вовсе не показатель для глаз Германии мирного поведения СССР, а как раз показатель его подготовки к агрессии, а вот если бы войска продолжали оставаться на оборонительных рубежах - это бы доказывало желание СССР обороняться, а не нападать. К тому же действительно остановило бы напавшие 22 июня немецкие войска. Однако немецкие генералы в мемуарах вспоминают, что эти линии обороны, на создание которых СССР потратил огромные силы, были или пустыми, или оборонялись взводами солдат, стрелявших из винтовок. Остановить немецкое наступление они не могли.
Вопрос ПРАВДЫ о подготовке нападения СССР на Германию в июле 1941 года касается в первую очередь и только наших народов экс-СССР, их отношения к этому факту. Ибо власти СССР именно от советского народа это прятали, а не от кого-то еще, опасаясь негативной реакции народа, способного узнать, что Катастрофа 1941 года и оккупация западной части СССР объясняются только авантюрными просчетами Политбюро и Генштаба, сделавших на состояние 22 июня 1941 года армию СССР небоеспособной.
Именно ответственность за эту небоеспособность - и есть главный секрет Полишинеля в СССР.
Хочу также обратить внимание исследователей истории войны на тот факт, что рассекречивание документов «Особой папки» является личной прерогативой президента России. И если Ельцин, а затем Путин рассекречивают планомерно документы по данному вопросу подготовки агрессии СССР против Германии в 1941 году, то это означает постепенную подготовку общественного мнения для принятия еще более шокирующих документов. В противном случае вообще непонятно, зачем понадобилось президентам России раскрывать эту правду о войне из «Особой папки», меняющую все предыдущие представления населения - ведь их никто об этом не просил. Видимо, есть в этом какой-то план.
А в завершение статьи приведу слова российского военного историка Андрея Бондаренко:
«Нашим историкам-профессионалам нужно не честь мундира защищать, не укреплять подпорками старые, обветшалые исторические догмы, а открывать правду истории во всей ее возможной неприглядности».