— В нынешних обстоятельствах я бы на вашем месте не пытался покинуть замок Милейн, — ответил Мейлор. — Уверяю, здесь вы ни в чём не будете нуждаться.

Рыцари Риза переглянулись. Мейлор подтвердил наши опасения. Если захотим уйти, то только с боем. Впрочем, нам сейчас никуда и не нужно. Кир тоже остаётся в замке.

— Спасибо за гостеприимство, — обратился Бритон к Киру, вопросительно вскинув бровь.

Киру хватило совести поморщиться на секунду, но затем он улыбнулся и посмотрел на Кассию.

— Мы не представлены.

Бритон ощетинился, но всё же положил ладонь на поясницу принцессы.

— Это Кассия, принцесса Дрейгана. И моя наречённая.

— Я так понимаю, твой Реквимар, хоть и пошёл катастрофически не по плану, в итоге всё же обернулся успехом, — произнёс новоиспечённый король, напряжённо глядя на Кассию. Но не столько с ненавистью, сколько со страхом.

— А ты, похоже, короновался без соблюдения всех традиций.

Лицо Кира окаменело.

— Времени было мало. Мои брат и сестра пропали без вести. Мне пришлось в одиночку справляться с королевством, когда началось распространение тьмы.

— А как же отец? — спросил Бритон.

— Отец занемог. — Кир злился всё сильнее. — Он сильно переживал из-за твоей смерти и исчезновения Амалии. Если бы ты был в Ренове вместо того, чтобы, позабыв про семью, разгуливать по Дрейгану, ты бы уже об этом знал.

Бритон шагнул ближе и понизил голос так, что слышали только мы.

— Он занемог от болезни? Или от яда?

Кир побледнел. Его зрачки расширились от страха.

— С чего ты это взял?

Бритон бросил быстрый взгляд на меня.

— Птичка на хвосте принесла.

— Нельзя же верить всяким гнусным слухам, Бритон!

Бритон посмотрел ему прямо в глаза и серьёзным тоном ответил:

— Ты прав, Кир, нельзя.

Мейлор с улыбкой наблюдал за этими пререканиями, явно наслаждаясь разладом в семье.

— Давайте вы продолжите этот разговор позже, — тихо прервала я братьев.

— Серафина права, — присоединился Аэрон. — У нас была тяжёлая неделя. Нам всем нужно отдохнуть.

Аэрон коснулся моей спины, и в этот миг я ощутила удивление и злость Мейлора. Я отпрянула от рыцаря, как от огня. Аэрон недоумённо посмотрел на меня.

— Не здесь, — шепнула я. — Не на глазах у Мейлора.

— Я его не боюсь, — ответил Аэрон.

— А я боюсь… за тебя. Я видела, что Мейлор сделал с Кианом. Меньше всего я сейчас хочу, чтобы его ревность и гнев были направлены против тебя.

Аэрон хотел возразить, но я направилась к выходу из зала.

Горничные выстроились в ряд, готовые проводить нас к нашим покоям. И хотя это маловероятно, я всё же надеюсь получить несколько дней передышки, пусть даже под крышей врага.

Кент нагнал меня по пути.

— Как думаешь, нам здесь что-то угрожает?

— Пока нет. Но не могу гарантировать, что так будет и дальше.

Врач кивнул.

— Сейчас лучшее время, чтобы попытаться исцелить Риза. Чувствуешь в себе силы?

— Не уверена, что смогу сфокусироваться в такой обстановке, — пробормотала я. От одной только мысли сводило живот.

Всю эту неделю я тайно изучала книгу, которую дал мне Кент. Я много узнала о человеческих глазах, о том, как они устроены. Но мне кажется, что я всё ещё знаю слишком мало. Одно дело смотреть на картинки в книжке… другое — применять магию на практике.

— После всех проверок я убеждён, что его зрение само по себе уже не вернётся. Так что хуже ты точно не сделаешь.

Я развернулась к Кенту, не дойдя до горничных.

— Ты уверен?

Он ободряюще улыбнулся.

— Уверен.

— Я зайду к Ризу попозже, — нервно произнесла я. — Спрошу, хочет ли он попробовать. В конце концов решение за ним.

— Это правильно.

— Позвольте проводить вас до ваших покоев? — одна из горничных вышла вперёд.

— Да, конечно.

— Как я могу к вам обращаться?

— Серафина.

Она улыбнулась. Похоже, это имя ей о чём-то говорило.

— Я лично приготовила ваши покои. Прошу, следуйте за мной.

Я пошла за ней, прекрасно понимая, что это лишь вопрос времени, когда Мейлор зайдёт ко мне.

***

Как и следовало ожидать, он пришёл вскоре после того, как я осталась одна.

Я открыла дверь, но не спешила впускать его в свои временные покои. Гостиная была достаточно большой и уютной, а спальня — отдельно. И я не хотела, чтобы Мейлор заходил в какую-либо из этих комнат.

— Тебе по вкусу твои покои? — поинтересовался Мейлор, тепло улыбаясь. — Я лично выбрал их для тебя, зная, как ты любишь утреннее солнце.

— Что за игру ты ведёшь? — тихо спросила я. — К чему это показное гостеприимство?

Он состроил обиженный вид.

— Ты ранишь меня в самое сердце, Сера. Я надеялся, ты оценишь, как я добр к твоим питомцам. Знаю, как сильно ты к ним привязана. Особенно к тому темноволосому рыцарю. Он ведь недофейри, верно?

— Не называй его так! — вспылила я.

Мейлор хмыкнул и прислонился к дверной раме.

— Признаюсь, я бы предпочёл, чтобы их всех перебили, но ничего страшного, если я немного подыграю мальчишке-королю. Это всё равно ничего не изменит. Мир так или иначе погибает. Если я дам им чувство ложной безопасности, то это случится ещё проще.

— А если Бритону удастся убедить Кира, что ты всё это время водил его за нос, и тот согласится отречься от трона?

— Исключено, — легкомысленно отмахнулся Мейлор. — Мальчишка с детства мечтал о короне. Теперь, когда он её получил, он так просто её не отдаст.

— А если всё же отдаст? Что тогда?

— Тогда сложится весьма досадная ситуация… выход из которой я уже предусмотрел. Ни один из принцев, ни уж тем более милая принцесса не станут вставлять мне палки в колёса, если я буду угрожать их отцу. — Он пожал плечами, словно вся эта беседа навевала на него невыносимую скуку. — Будем надеяться, что до этого не найдёт. Проклятье кенилафе порой имеет весьма жуткие последствия.

— Что с тобой? — выдохнула я. — Когда ты стал таким бездушным?

Он посмотрел мне в глаза.

— Какой чудесный вопрос. Возможно, если копнёшь достаточно глубоко, ты найдёшь на него ответ.

— Не перекладывай вину на меня, — сказала я. Слова Аэрона придали мне сил. — Мне жаль, если я разбила тебе сердце, не ответив на твои чувства, но за свои действия отвечаешь ты сам. Не я довела тебя до этого, Мейлор. Ты многие годы сам питал эту ненависть, и она разрасталась, подобно проклятью Разлома, разъедая тебя изнутри.

Его пальцы сжали дверной косяк. Глаза гневно сверкнули. Но в следующее мгновение его черты расслабились.

— Ты не сможешь победить, Сера. Твоё маленькое милое заклинание не исправит всего того ущерба, что уже был нанесён. Мне больно видеть, как ты страдаешь из-за чего-то, чего уже нельзя изменить. Наслаждайся последними деньками в окружении столь дорогих твоему сердцу людишек в спокойствии и безопасности… это мой подарок тебе.

Он уже развернулся, чтобы уйти, но я остановила его.

— Что значит «последними деньками»?

— А ты не чувствуешь? Цунами всё набирает силу, готовясь хлынуть из Разлома и погрузить весь континент во тьму. Осталось немного.

— И ты так спокойно об этом говоришь? — Паника во мне нарастала с каждой секундой. — Ты готов умереть ради своей мести?

— Ты и я прожили долгую жизнь, скоро она так или иначе подойдёт к завершению. — Он улыбнулся. — Лично мне по душе такой конец. Оставим след в истории.

Я вскинула руку, чтобы ударить его по лицу, но он поймал моё запястье. Я прожигала его взглядом, дрожа от закипающей злости, а он просто смотрел на меня.

На следующих словах его голос внезапно изменился, прозвучав прямо как раньше. Мягче, менее цинично.

— Зная всё, что знаешь сейчас, если бы ты могла повернуть время вспять… ты бы выбрала меня вместо Киана?

Он отпустил моё запястье и достал из-под рубашки и дублета цепочку на шее. Золотое колечко висело на ней, поблёскивая даже в столь тёмном коридоре.

— Помнишь его? — спросил он, глядя на кольцо. — Я купил его, когда мы были ещё совсем юными. Сотни лет я носил его с собой… жалкое зрелище, согласись?

Я обескураженно моргнула. Сотни лет? Я видела это кольцо лишь однажды, когда ещё была с Кианом… и Мейлор умолял меня выбрать его. Сколько же он носил с собой кольцо до этого?

— Ответь, — продолжил Мейлор, выпустив кольцо из пальцев. — Ты знаешь, я пойму, если ты солжёшь. Так что? Ты выбрала бы меня?

— Мейлор… — начала я, но не знала, что сказать.

— Нет? Даже чтобы спасти их всех? — Он мотнул головой в сторону остальных покоев. — Тогда ты такое же чудовище, как и я.

Он снова развернулся, но продолжил на ходу:

— Подумай ещё хорошенько. Может, когда это всё закончится, я спрошу тебя снова. — Он остановился и оглянулся на меня через плечо. — Кто знает? Вдруг твой ответ… всё изменит.

Как только он ушёл, я прислонилась к дверной раме и судорожно выдохнула. От нашего противостояния я вся на нервах. Он не просто сказал правду — я действительно чувствую, что наше время на исходе, — но и загнал меня в ловушку. Боюсь, он не шутит, когда даёт мне шанс предотвратить катастрофу.

Из-за угла появился хмурый Аэрон. Заметив меня, он ускорил шаг.

— Я только что встретил Мейлора на лестнице. Ты в порядке? Он запугивал тебя?

При виде рыцаря мне стало тяжело дышать, даже больно.

Вскоре Мейлор снова предложит мне выбор. Либо я останусь с Аэроном, чтобы вместе встретить конец света, либо уйду от него, предав его доверие и разбив ему сердце… чтобы он смог жить дальше.

Без вмешательства Мейлора у человечества был шанс снять проклятье и закрыть Разлом. Но из-за его интриг…

Вряд ли.

37

СЕРАФИНА

Я подошла к покоям реновийского короля. Возможно, стоило позвать с собой Аэрона. Но Кир в своей записке, принесённой горничной несколько минут назад, просил меня прийти одну, и моё любопытство взяло верх.

Вот уже несколько дней как мы находимся в замке, под домашним арестом, ждём своего смертного часа. Бездействие напрягало меня, но я не могла найти выхода из сложившейся ситуации.

Нам нужно переманить Кира на свою сторону.

Стражники молча смотрели на меня, когда я подошла и остановилась перед ними.

— Его величество пригласил меня, — сказала я.

Один из стражников кивнул и постучал в дверь, объявляя о моём приходе.

Кир открыл дверь и облегчённо выдохнул, увидев меня. Выглянул в коридор.

— Ты одна?

Я кивнула, и он распахнул дверь шире, приглашая меня войти:

— Проходи.

Стражники нерешительно склонили головы, пропуская меня. Видимо, гадали, кто я и насколько высоко моё положение.

Как только я оказалась внутри, Кир закрыл дверь и развернулся ко мне.

— Ты ведь фея, да?

Я внимательно посмотрела на него, улавливая боязливую надежду и отчаяние, которые он пытался скрыть под видом лёгкого интереса:

— Да.

— Ты путешествуешь в компании дрейганской знати. А значит, ты здесь, чтобы уничтожить нас.

Нахмурившись, я пересекла комнату и опустилась в кресло.

— Это Мейлор так сказал?

— Это мои собственные наблюдения. Ты ступила на территорию нашего королевства, и дрейганское проклятье начало распространяться на наших землях. Я лишь хочу понять, за что? Что мы тебе сделали?

Вздохнув, я указала ему на соседнее кресло.

— Садись, я расскажу тебе свою историю.

Кир колебался, с опаской наблюдая за мной.

— Пожалуйста, — добавила я. — Разве не будет справедливее выслушать обе стороны?

После нескольких секунд сомнений он всё же сел, и я поведала ему о том, как началась война и из-за чего на самом деле был создан Разлом. Кир внимательно наблюдал за мной. Его лицо оставалось бесстрастным, но в эмоциях творился хаос.

Когда я закончила свой рассказ, он упёр локти в бёдра и опустил взгляд в пол. Его замешательство довлеющей тенью окутывало комнату.

— Я понимаю, как ты смогла завоевать доверие моего брата, — после долгой паузы произнёс он. — Твоя история звучит весьма убедительно.

— Но ты мне не веришь?

Он поднял глаза, встречаясь со мной взглядом. Он молчал, но я легко считывала его. Он не знает, во что верить и как лучше поступить. Он испуган и растерян. Он совершил слишком много ошибок за весьма короткий срок.

— Я поверю, если ты сможешь доказать, что разделяешь интересы моего брата, сестры и королевства. Если сделаешь кое-что для всех нас.

Напрягшись, я кивнула, чтобы продолжал.

— Мейлор дал моему отцу зелье.

— Да, мне уже известно об этом, — тихо произнесла я, догадываясь, к чему он клонит.

— Отец сейчас в полной власти Мейлора. Теперь, когда я стал королём, меня не устраивает столь мощный рычаг давления в руках фейри. Я хочу, чтобы ты сняла чары и освободила моего отца.

Он смотрел на меня, затаив дыхание, полный нерешительной надежды.

— Проклятье кенилафе невозможно отменить, — осторожно ответила я. — После приёма зелья между изготовившим его и выпившим образуется нерушимая связь.

Кир вскинул голову, охваченный яростью.

— Должно же быть хоть что-то, что ты можешь сделать… Ты же фея!

— Мне жаль, Кир.

Его глаза сверкнули.

— Обращайся ко мне как подобает!

Сложно поверить, что он родной брат Бритона и Амалии.

— Уходи, — приказал Кир, вскочив с кресла. — Было ошибкой приглашать тебя сюда.

Он подошёл к окну и смотрел на город. Моё сердце болело за него — он так молод, но уже несёт в себе слишком много чувства вины и горя. Это тяжёлая ноша, хоть он и взвалил её на себя сам.

— Прошу, подумай обо всём, что я рассказала. Судьба королевства действительно зависит от тебя. Мы не сможем спасти континент без тебя.

Он ничего не ответил, и я ушла.

***

— Серафина, — окликнул меня Триндон, — о чём задумалась?

Стояла глубокая ночь, но мы собрались в гостиной Риза и Амалии, пытаясь разработать план. Морган горел желанием вступить в бой и сбежать отсюда. Что нам это даст — непонятно. Пока Кир остаётся королём, Бритон занять трон не сможет. Прямо сейчас нам нет смысла куда-то уходить.