— Что мне делать? — выдохнул я.

Мейлор развернулся к камину, провёл рукой по гладкой деревянной полке.

— Чтобы спасти Ренову от проклятья, ты должен изгнать дрейганских отродий из своего королевства. Покуда хоть один дрейганец остаётся здесь, тьма продолжит распространяться.

Я оцепенело сидел на месте.

— К сожалению, твои брат и сестра сейчас пособствуют злодеям, — продолжал он. — Какую бы ложь им ни скормили, дрейганцы пересекли границу с одной лишь целью — отнять у тебя королевство. Если им это удастся, Ренова будет разрушена. Ты должен защитить свой народ и свою власть, ты меня понимаешь?

— Но что я могу сделать? — сквозь зубы выдавил я. — Ты же мой советник, так посоветуй мне.

Мейлор обернулся.

— Мы на войне, Кир. Когда враг прорывается через твои ворота, ты должен принять бой… и победить.

— Ты хочешь, чтобы я воевал против собственного брата?

— Я хочу, чтобы ты защитил своё королевство, чего бы это ни стоило. Помни, что не ты начал эту войну. Как бы это решение ни причиняло тебе боль, ты совершаешь благое дело.

Я опустил голову на руки, тяжело дыша.

— У тебя нет опытных воинов, но в твоём распоряжении немало стражников, — продолжил Мейлор, удовлетворившись тем, что я осознал всю серьёзность ситуации. — Ты созовёшь их, и на рассвете мы отправимся на север. Если будем действовать быстро, то уже через неделю мы встретим их в Бреклине.

— Откуда ты знаешь, каким путём они пойдут? — спросил я, приподняв голову.

Лицо Мейлора посуровело. Он развернулся к двери.

— У меня свои способы добывать информацию.

31

АМАЛИЯ

Хоть вещей у нас с собой немного, на покупку лошадей и приготовления к отъезду ушла большая часть утра. Несколько местных стражников поедут с нами, чтобы выступить в роли свидетелей, готовых подтвердить рассказы о случившемся в Йу. Уорнер лично приставил к нам Карла и Юджина. Аэрон заверил, что ни один из них не участвовал в заговоре против Бритона во время его Реквимара.

— Даже выехав позже, чем собирались, мы вполне успеем добраться до Альдмера до заката, — сказал Гейдж Ризу. — До него всего четыре часа верхом.

Кесс подошла ко мне, расправляя платье для верховой езды. Её волосы были собраны в пучок, хотя несколько мягких завитков всё же выбились из причёски.

— Я так рада, что в этот раз еду с вами, — сказала она.

— Я тоже рада, что ты с нами. Но если ты и в прошлый раз хотела, почему не поехала?

— После вестей о том, что случилось с Бритоном, Гейдж запретил мне покидать Кенроу. Я решила, что догоню вас, как только получу первое письмо Гейджа с описанием проделанного вами маршрута. — Её лицо помрачнело. — Фантазировала, как ты обрадуешься неожиданной встрече в Солете. Уговорить родителей было несложно. Я сказала им, что поеду навестить Лестру.

— Представляю, как ты испугалась, когда вместо меня ты встретила полуживого Гейджа под присмотром Кента.

Она кивнула, но затем легко улыбнулась.

— Это уже в прошлом. Сейчас мы с Гейджем живы и здоровы.

На солнце хорошо видна её светлая кожа, покрытая маленькими веснушками, которые Кесс в детстве ненавидела.

— Не боишься сгореть? — спросила я, понимая, что она непривычная к долгим поездкам верхом.

— Я купила шляпку. — Она наклонилась, чтобы погладить Эмбер, жаждавшую внимания. — Хотя сама знаешь, как я терпеть не могу шляпки.

Ещё несколько минут мы так стояли, ждали, пока мужчины закончат нагружать лошадей, и вот пришло время выезжать.

Мы с Ризом снова ехали вместе. Мы продали коня, купленного в Хёнвейле, обменяв на крупного, сильного тяжеловоза, который спокойно выдержит двух всадников.

Риз сегодня в хорошем настроении, ему значительно лучше, чем в прошлые дни. Похоже, вчерашний вечер с друзьями-рыцарями помог поднять ему дух.

Вскоре мы выехали на дорогу, покидая Йу.

Уже через несколько недель я буду дома. Сопутствующие мысли легли на сердце тяжким грузом.

— Ты какая-то притихшая, — отметил Риз, сидя позади меня. — О чём думаешь?

Я тихо усмехнулась.

— Обо всём.

— Может, расскажешь мне о том, что видишь вокруг? Я ещё ни разу не был в этой части Реновы.

Я обвела взглядом природу вокруг.

— Здесь холмистая местность, много лугов. Подсолнухи цветут.

Я не рассказываю Ризу о периодически встречающихся мёртвых участках или полях, сожжённых крестьянами в надежде остановить распространение заразы.

— Что ты знаешь об этих местах? — спросил Риз, очевидно, стремясь затянуть меня в разговор.

— Деревня, в которой Гейдж предлагает нам остановиться на ночь, расположена на южном берегу Реновийского озера, но я сама ещё никогда тут не бывала. Говорят, озеро очень красиво. Семья Кесс раньше приезжала сюда каждое лето. Я умоляла родителей отпустить меня с ними, но отец никогда не соглашался.

Риз молчал. Я повернула голову к нему, но расстроилась, вспомнив при виде повязки, что глаз его я увидеть не смогу.

— Твоё детство, наверно, было совсем иным, — тихо добавила я. — Моей самой большой проблемой было, что папа не отпускает в поездку на лето, а ты тем временем сражался за свою жизнь.

— У нас тоже бывали счастливые моменты, — сказал Риз. — Но соглашусь, что не такие, как у вас.

Я уже не первый раз испытывала чувство вины за свою беззаботную жизнь и точно не последний. Меня нередко посещали мысли, что зрение должна была потерять я, а не Риз. У него и так была непростая судьба, он прошёл через многое. Я бы отдала ему своё зрение, если бы могла.

Солнце припекало всё сильнее по мере того, как поднималось высоко в небе. Рыцари Риза изнывали от жары: люди севера никогда не ещё не проводили лето в южном королевстве.

— А я думал, в Дрейгане жарко, — жаловался Морган. — Здесь ещё воздух такой влажный. У вас, реновийцев, жабры что ли? Вы этот воздух вдыхаете или пьёте?

Я засмеялась, хотя не могла с ним не согласиться: влажность сегодня просто невероятная. Даже я вся вспотела под одеждой.

— Остановимся на несколько минут! — объявил Триндон, когда дорога привела нас к широкому мелководному ручью. Солнце отражалось на поверхности воды, настолько чистой, что было видно все камешки на дне.

Принц спешился, стягивая с себя дублет и рубашку, и побежал к воде.

— Что такое? — спросил Риз.

— Твой брат решил покрасоваться, как павлин, — ответила я, смеясь вместе со всеми.

— Перед кем ты устроил это представление, Триндон? — крикнула Кассия. — Среди нас нет свободных девушек.

Принц развернулся и раскинул руки, широко улыбаясь.

— Ничего страшного. Любоваться же им можно?

— Тебе нельзя, — произнёс Риз мне на ушко. Его тихий горячий рык развеселил меня.

Не сдержавшись, я подразнила его в ответ:

— Тогда спускайся и покажи мне, как выглядит настоящий мужчина.

Не успел Риз ответить, как Триндон прыгнул в воду, образовав кучу брызг. Едва нырнув, он удивлённо вскрикнул. Морган и Льюис обнажили мечи, но быстро стало понятно, что никакой реальной угрозы нет.

— Что там? — спросил Риз.

— Холодно! — пожаловался Триндон, вновь развернувшись к нам.

— Попробуй на вкус, — крикнул ему Аэрон. Он не улыбался, но глаза его сияли. — Если помрёшь, будем знать, что эту воду лучше не пить.

Вскоре все спешились, желая отдохнуть. Мужчины плескались в воде как дети, крича и хохоча. Триндон притащил Кассию к воде, грозя бросить, но та ловко увернулась, и в итоге он полетел в воду животом вниз.

Я сидела на траве, наблюдая за ними и наслаждаясь этой передышкой. Риз лежал рядом, греясь на солнышке. Он снял дублет и рубашку. Я смахнула муравья с его живота.

— Если будешь долго так лежать — появится загар.

Он улыбнулся.

— Следы от повязки будут странно смотреться.

— Люди решат, что ты бандит в маске, который плохо скрывается.

Риз тихо усмехнулся и протянул мне руку. Я вложила свою ладонь в его, и он переплёл наши пальцы. Впервые за несколько недель я чувствовала полное умиротворение.

— Нам надо ехать дальше, — сказал Гейдж несколько минут спустя. — До деревни осталось немного, но лучше приехать туда пораньше. Не уверен, что местный постоялый двор сможет вместить всех нас. Надо будет поискать ещё какие-нибудь места для ночлега.

Мне совершенно не хотелось покидать это место, но всё же я забралась на нашего огромного коня с куда большей лёгкостью на сердце. Хотя бы на несколько счастливых минут я смогла позабыть про все тревоги и просто наслаждалась жизнью

Мы прибыли в Альдмер, как раз когда тени только начали расти. Мы ехали по улицам, собирая немало внимания, пока не заметили стражника.

Тот узнал Карла с Юджином и приветственно махнул им, с любопытством поглядывая на нас.

— Мы сопровождаем его королевское высочество принца Бритона, — неожиданно помпезно объявил Карл, явно наслаждаясь возложенной на него почётной задачей.

Развеселившись, я перевела взгляд на Бритона. Брат сидел с прямой спиной, выглядя как самый настоящий король.

— Ваше высочество? — произнёс стражник, уставившись на Бритона. — Но старший принц погиб.

— Не погиб, — спокойно возразил Бритон. — Последние несколько месяцев я провёл в Дрейгане и вернулся с важными сведениями о болезнях и тварях из Разлома. Я пришёл победить тьму и вернуть свой трон.

Стражник, похоже, счёл, что ему это всё мерещится.

— Это правда, Стюарт, — благоговейным тоном подтвердил Юджин. — Мы своими глазами видели, какие чудеса произошли в Йу. — Он указал на Триндона. — Этот человек победил монстра высотой с городскую стену.

Триндон расправил плечи, наслаждаясь всеобщим вниманием.

— Мы хотели бы остановиться здесь на ночь, — сказал Бритон, бросая на Триндона весёлый взгляд. — Взамен я и мои люди готовы рассказать вам, как можно справиться с ночными тварями.

— А что насчёт наших полей? — отчаянно воскликнул крестьянин, присоединяясь к разговору. — Мой урожай погибает!

Ещё несколько человек поддержали его.

— Моя дочь тяжело больна! — выкрикнула женщина, проталкиваясь через толпу. — Вы можете ей помочь?

— Как только мы разрушим проклятье, поля возродятся, — произнёс Риз. Люди настороженно посмотрели на моего супруга, глаза которого скрывала повязка. — Но это произойдёт только после того, как истинный король займёт трон.

Жители деревни вновь перевели взгляды на Бритона. Крупный мужчина выступил вперёд. Судя по копоти на его фартуке, это местный кузнец.

— Покажите нам, как защититься от монстров. Если ваши слова подтвердятся, мы вас поддержим.

Бритон принял его условия. Мужчина кивнул, на его лице отразилась надежда.

— Если вы отведёте меня к своей дочери, я помогу ей, — обратилась Серафина к матери больной девочки.

— Вы врач?

— Я врач, — сказал Кент, — но вам сейчас нужна она.

Женщина растерянно переводила взгляд с Кента на Серафину и обратно.

Бритон посмотрел на Серафину, беззвучно спрашивая разрешения раскрыть её личность, та кивнула. Мой брат развернулся к людям:

— Она фея.

Эти слова, как всегда, вызвали бурную реакцию.

— Если у тебя правда есть магия, — скептически произнёс парень, самодовольно переглядываясь с дружками, — покажи нам её.

Серафина улыбнулась, подняла ладонь и создала огненный шар.

— С удовольствием. Что предпочитаешь: превратиться в свинью или лягушку?

Парень резко побледнел. Люди ахнули при виде настоящей магии.

Кузнец громко расхохотался и хлопнул парня по спине.

— Думаю, из Деннисона вышел бы отличный поросёнок.

Серафина засмеялась вместе с ним и погасила пламя.

— Я Кольтер. — Глаза кузнеца лучились весельем. Он протянул руку Бритону. — Добро пожаловать в нашу деревню. Давайте провожу вас в таверну.

32

РИЗ

— Сейчас посмотрим, как идёт процесс заживления, — произнёс Кент, разматывая повязку на моих глазах.

Я сидел на краю кровати в комнате, где мы с Амалией будем ночевать сегодня. Она, мой отряд рыцарей и Бритон с Кассией каким-то образом умудрились втиснуться в одну комнату. Понятия не имею, сколько здесь места, но, полагаю, не сильно много, судя по тому, как они медленно расступались и всё равно задевали друг друга, пытаясь разместиться.

Я уже и не помню, когда последний раз чувствовал себя таким беспомощным. Кровь стыла в венах от страха. За последние дни я несколько раз снимал повязку, но ни разу не решился проверить зрение.

А теперь у меня нет выбора, иначе все в этой комнате поймут, какой я трус.

Собравшись с духом, я открыл глаза… и оказалось, что мой мир всё ещё погружён во тьму. Тревога дубинкой ударила по голове. Я моргнул несколько раз, но тени не рассеивались.

— Глаза действительно уже зажили, — подтвердил Кент. — Есть какие-нибудь болезненные ощущения?

— Нет, — безжизненным тоном ответил я.

— А как твоё зрение? — спросил Кент, хотя наверняка уже знал ответ.

Ком образовался в горле. Я замотал головой, сомневаясь, что смогу произнести это вслух.

Амалия тихо втянула воздух. В одном вздохе были слышны и горе, и сочувствие.

Остальные стояли вокруг пугающе тихо.

— Что ж, хорошая новость — тебе больше не нужно носить повязку, — сказал Кент, хотя в его голосе отчётливо было слышно разочарование. — Да и времени прошло совсем мало. Давайте подождём ещё несколько дней, прежде чем делать выводы.

У нас нет нескольких дней. Я не могу явиться в Кенроу в таком состоянии. Я же просто бесполезен. Даже если мы снимем проклятье, как я буду править своим народом? Какой вообще толк от слепого короля?

Я изо всех сил держался, чтобы сохранить лицо. Но внутри эмоции бушевали, бунтовали против развиваемого годами самоконтроля. Мне хотелось швырнуть что-то или заорать. Я чувствовал себя совершенно жалким и бесполезным против нового врага.

Однако помня о том, что я в комнате не один, я просто прочистил горло.

— Кто-нибудь, скажите мне… У меня реально загорело лицо вокруг повязки, как предупреждала Амалия? Я похож на того, кто в свободное время помышляет разбоем в маске?