Павел стоял на массивной гранитной плите, и топал ногой. С видом «Суслик, выходи! Выходи давай, суслик! Тебя все ждут!». Суслик не выходил, и вообще, никак не откликался. Будто его не существовало. Не было там, по ту сторону черной мглы гранита, никакого этого «суслика», а тем более двух.

Плита работала, продолжая принимать в себя пахучие гниющие трупы разнообразных тварей, словно бы делала это в автоматическом режиме. Как и исправно принимала почку в пропитанных магией конвертах, особой пленке, для передачи спец приказов в бумажном виде, которую используют в ассоциации, не столь для безопасности или еще чего еще такого, сколько для статуса. Для обозначения важности послания, и принадлежности письма именно к охотникам.

Вот только на саму почту, простую корреспонденцию в этих довольно дорогих конвертах, или те самые спец послания, реакция была нулевой. Что на официальные приглашения, на красивых бланках, что на тупые записочки, вложенные в газетёнки, и написанные лично председателем, все одно. Реакции нет, и «суслик» той стороны, никак не проявлял активности, в ответ на послания. Будто с той стороны…. Никого и не было. И на топот по плите, детки тоже не откликались.

До наглости лезть к ним в замок, никто пока не опустился. Для простых репортеров и прочего сброда, как останавливающий факт хорошо работает десятиметровая высота стен, если считать от уровня грунта, а для всех остальных… сам факт того, что любопытно-наглые могут прилезть в дом к пятеркам, откуда могут потом никогда и не выбраться. Ведь эти деточки… явно не горят желанием делится со всеми своими тайнами.

Как пример, попытки подсунуть в тушки существ различные электронные жучки и следилки, впихав их внутрь тварей, привели к тому, что туши с электроникой, просто застревали на месте жучка внутри мертвого тела. И либо выдавливали его наружу, ведь по сути тушка начинала висеть над пропастью на этом маленьком клочке металла, либо просто висели на нем, вызывая затор на разгрузке.

Вплоть до образование огромной горы существ сверху на плите! Много тон вонючей плоти, что требовалось убрать прочь, найти то существо, что учинило проблему, и все назад закидать-загрузить. Учитывая процессы разложения и гниения давно валяющейся под открытым небом и дождями существ — не самая приятная работенка! Даже несмотря на то, что холод пришедшей зимы, и остатки магии, сдерживают эти процессы как могут, пусть и не останавливают целиком.

Тоже самое происходило и с любыми иными предметами и посторонними включениями, что были в тушах, и не были пропитаны магией тварей, пока те были живы, или и вовсе, до того, как попали в тела атаковавших город тварей. Мусор, хлам, пули, обломки строений, оружия, и прочее!

Особенно много проблем принесли не напитанные и не пропитавшиеся магией пули вояк! Так как трупы с ними отказывались лезть внутрь приемников! Как и с частями тел людей внутри, кусками зданий, что тварь зачем-то съела пред смертью, и деревьями с парка, что был буквально съеден целиком одной из стай тварей, незадолго до того, как существ истребили дети.

И передача тел существ «на ту сторону» сильно замедлилась, а потом вообще застопорилась. Ведь все твари, кроме тех, которых в чистую убили дети или Торнадо Смерти еще на подступах к городу, не дав им вступить и шагу в Ван, все остальные так или иначе содержали в себе какие-то примеси, мешающие переносу.

И чтобы избавится наконец от всей этой вонючей кучи подле плиты переноса, горы плоти, что начала быстро расти и жутко вонять, стремительно приходя в негодность, прямо у места приема, у каменных плит, пришлось организовывать большие дробилки для туш, приспосабливая для этого дробилки для камня, что должны были переработать в щебень остатки разрушенных зданий.

Это, кончено же не избавило тушки от примесей того, что черные плиты близнецов не принимают, пули, кирпич, и прочий «мусор» из вонючей каши никуда не делся, и никто его не отфильтровывал — это сложно! И не всегда ясно, что именно нужно убирать, что мусор, а что и так норм, и будет «съедено» без проблем черным зевом. Но с делом сортировки и фильтрации вполне справлялись сами плиты, на поверхности которых после прохода месива оставались «непереваренные куски», которые можно было просто смести в сторону.

И по итогу, процесс транспортировки даже ускорился! Восемь дробилок на каждую плиту из двух, по две машины разгрузки одновременно в каждую дробилку, и… вонь! Жуткая невыносимая вонь на всю округу! Но с этим ничего не поделаешь.

И стоит радоваться, что в плиту, как в пропасть, вместе с остатками существ, уходят и все возможные проблемы с инфекциями, и болезнями магического толка. Мутировавшие черви, и прочие… гады, что выживая и изменяясь под остаточным излучением магии плоти, могли принести существенный вред не только экологии города, но и его жителям, людям, и даже охотникам! В чьих телах, тоже, есть мана, пусть и иная, и… слабые охотники, могли бы оказаться в зоне риска.

Ничего не поделаешь и с тем, что все, что хоть более-менее стоящее, у деток тупо отбирают. Не так как раньше, в наглую, но… отбирают. И помимо машин погрузки и перевозки в порталы камни, идут и машины-колонны к грузовым терминалам, и эшелоны поездов разъезжаются по всей стране и не только, доставляя страждущим их продукт.

И Павел даже не сопротивляется этому всему. Ведь благодаря массовой утилизации, упавшая цена на существ, как и спрос на них, резко подскочил, и попер в гору. И ему даже удалось продать часть добытого, за хорошею сумму! Тем самым окупив затраты ассоциации на проводимые работы, выписанные штрафы, и прочие «мелкие неурядицы». И даже детям осталось! На карманные расходы, так сказать.

Помимо этого, есть еще и те, кто ходят по руинам разрушенных районов города, целенаправленно выбирая особо понравившиеся образцы, те, что представляют особую ценность. Видовые аномалии — Циклоп с тремя глазами! Или паук, у которого аж восемнадцать ног! Особый фон магии — он там у одного краба, почти не упал! И за него даже состоялся аукцион!

И Павел по итогу выручил миллион с никчемушной продажи! Можно было и больше, но тогда бы аукцион пришлось проводить более обширный, что время, и риск, что фон существа упадет в ноль, как и у всех вокруг, таких же. И ценность краба, станет такой же, как и у вех прочих — чуть больше, чем никакая, даже по текущему подросшему курсу, в сто пятьдесят Юнь за кило целого существа, и треть от этого за кашу из них. Каша с мусором — еще в два-три раза дешевле идет, но все равно востребована — дешёвая полу магическая присадка в стройку, почему бы и нет?

Ну и просто, наименее тухлые образцы тоже собирали, для проведения научных изысканий — ученым Павел порой вообще дарил дары за бесплатно, лихо распоряжаясь по сути не своим имуществом. Ученых он, так или иначе уважал, и ему, так или иначе, нужны были данные исследования по монстрам из разносторонних источников для перекрёстного анализа. И «корма» для умов своего филиала.

Ну а в то, что дети обидятся за разбазаривание ценного ресурса Иф не верил. Все же, этот «товар» он всунул им от безвыходности, потому что другого ничего у него и не было. А раз удается этот мусор вполне неплохо продать, так почему бы детям лучше не дать деньги или иное? Что они просили? Землю, услуги, юридическую помощь? Они же там сами говорили, что не против всего этого! Хотя конечно сами виды услуг, не обговаривались никак. Как и размер денежной оплаты.

И председатель все равно чувствует себя немного вором, и должником, надеясь рассчитаться ну хоть как-нибудь! Или… и не брать в займы вовсе — ни каких доспехов, кроме своего нагрудника никто от деток так и не получил! А ведь покушения уже были вновь! Правда одно, провальное. И на самого же Павла.

Нагрудная чешуя показала себя всю свою великолепную эффективность! И бомбу, что ему буквально прилепили к груди, он ощутил, чем угодно, но только не грудью. И, к примеру, срезанный взрывом под самый корень нос, ему долго пришивали целители, и нос утратил подвижность, а по периметру появилась тонкая полоска шрама. Невелика потеря! Учитывая, что его могло бы просто порвать на кусочки. Мощи бы хватило вполне.

Максимум, жаль машину — все же спец заказ! А его подловили вновь прямо у неё, атаковав на подходе из невидимости. И, как понимает сам мистер Иф, предполагалось, что невидимка успеет сбежать до реакции жертвы и отдачи от направленного взрыва, но просчитался — Павел почувствовал невидимку, сумел схватить его за руку и даже её оторвал, отбрасывая наглеца в сторону, что и спасло неприкрытую чешуей кисть охотника от урона — рука оказалась немного за спиной, вне зоне поражения.

Шею спас манобарьр — старый волк, всегда берег горло! А вот носу столь сильно не повезло, и его… срезало начисто. Как не повезло и машине, и наглецу, угодившему «в застенки» и уже дающему показания «кто и зачем» подготавливая почву для ответной акции, и заставляя председателя торопится с её реализацией, во избежание других, более изощрённых покушений и акций устрашения.

Или каких-либо серьёзных провокаций и дискредитаций, его, его людей или охотников Вана в целом. И он даже уже знает, как свои слабые точки, что нужно срочно прикрыть, так и те, что наметились у беспечного противника, посмевшего пойти против охотников, возомнивших себя всемогущей мафией с многовековой историей и интернациональным контингентом.

Но это все, далеко не та причина, почему он, вот уже час подряд, беспрерывно постукивает по каменной плите. Прервал выгрузку в неё вонючей каши, дабы не травмировать чувствительные маленькие носики детей этой чудовищной вонью еще сильнее, чем она тут висит. Даже пахучие химикаты не спасают от запаха… стоит и топает, призывая детой. И все без толку.

Призывает, не из-за покушений, не из-за «Броню для всех!», или вопросов по жилью, для жителей, для тех, кому они там обещали или замку самих детей. Не это все причина, почему Павел желает бы видеть этих двух «сусликов», выползших из своей норки! Хоть и уже понимает, что выманить и простым стуком сейчас скорее всего не удастся — они там крепко спят, и их и пушкой не добудишься! Пушкой, в упор в ухо! Что там какой-то тихий стук ногою в дверь?

Причина прозаична — детки вновь вляпались! Но на этот раз — в хорошее! Только почему-то у Павла от этого хорошего свербит под ложечкой, и так и идет на ум ассоциация с медовой ловушкой, приманкой, обманом, сыром в мышеловке. Гигантскими проблемами, ведь выглядит потекший мед, уж очень хорошо, и даже в нем нет яда. К нему можно прилипнуть, утратив способности летать или даже бегать.

Для начала, СМИ получили отмашку… нет, не отмашку! Со СМИ просто сняли все запреты! Все ограничения и петли арканов! Все, кусаемое восхваления детей-охотников, их участия в битвах, и прочий показ детей, равно как и охотников Вана, с недавнего времени более не под запретом и может быть спокойно публиковано в сети! Может быть, объектом любой хвалебной статьи и публикации! И за это — более не последует никаких кар, а возможно даже представят к награде, за хорошую репортерскую работу. Если статья будет действительно хорошей и достойной внимания.

Дети вновь могут блистать с хорошей стороны и в хорошем свете! И спущенные с и без того разболтанной, но все еще крепкой цепи репортеры, понеслись во весь опор и в галоп с места. Начав кричать на все лады о том, что тут, в Ване было, кто кого и как спас, какой ужас был, и каким триумфом все обернулось! Кто и столь силен, ну и так далее.

Разошедшихся немного приструнили, но совсем капельку, и скорее даже не приструнили, а направили, намекнув, что ругать власть нехорошо, учится в школах надо, ну и всякое такое, согласно политики партии и правительства. Но не получив запретов, и немного передохнув, переосмыслив и переформулировав заголовки и новости, журналюги понеслись опять на полный ход, забив эфир давно просящимися и такими интересными, пусть и не всегда актуальными, новостями чуть ли не полностью всю сетку вещания некоторых каналов. Вытеснив все иные новости на второй план, утопи собой, и просто похоронив.

Даже уход Ледяной Королевы «на покой» с эстрады, что столь смачно хайповали до этого везде где только можно, оказался где-то там. На задворках вещания на этом фоне! И… что удивительнее всего — королева не была обижена! И после нескольких акций её фаньбазы, даже дала интервью для них, призвав к соблюдению законов и порядков, и попросив «дать дорогу молодым».

Дети-близнецы-охотники, за неделю заполонили собой все! О них говорили везде, о них шептались на улице. В туалетах, банях, на кухнях, на работе, в транспорте… везде вообще! К любому человеку на улице можно подойти и спросить, что он думает и получить его мнение по вопросу! А уж сколько этих «любых человечков» подходило к Павлу… заставляя его частенько прятаться от народа, которого порой столь сильно распирает, что они забывают к кому и с чем обращаются, желая удовлетворить своё любопытство.

Естественно, такой «Ор Выше Гор», но в хорошем смысле не мог пройти мимо правительства страны, в том числе и больших шишек ассоциации охотников. И они… отреагировали с одной стороны максимально адекватно и правильно, а с другой — странно и непонятно для Павла. Вновь так, да. Опять.

С одной стороны, с детей были сняты все обвинения! Вообще всё, что шли от ассоциации! И пятый ранг им официально присвоили! И с долгами разобрались! Фактически их обнулив и даже деньги начислили! Пусть и не особо много, но все же! Вернули все украденное!!!

А с другой — с чего такая щедрость? Тем более с чего эта им, всем тем, кто еще совсем недавно устраивал массовую травлю и нанимал Рыцаря на работу палача-конвоира за крупную сумму, присылать к Павлу заготовки под карточки охотников пяти звезд, вместе с оборудованием для их активации, пусть и обязательным возвратом всего этого после активации карточек детей⁈ И при этом требуя обязательного участия деток на скорейшей официально церемонии присвоения ранга… Чтобы все, как по канонам. Но… зачем? С чего… такие перемены? Общественное давление? Или какой-то план?

Прочие органы страны, полиция, санэпедемстанция, равно как и иные службы, по итогу тоже сняли свои многочисленные обвинения. Кроме тех, что были правдивыми, и с которыми согласился бы и сам Павел. Но их было настолько немного, и они были зачастую такими смешными, что… о их существовании можно и не вспоминать. И расчет выписанных по ним штрафам уже произведен, из появившихся на счетах детей средств. Так что близнецы-копейщики, ныне чисты пред законом, словно хрустальные бокалы.

Вот только теперь слишком много важных людей хотят их видеть! И сейчас, спустя десять дней, как дети исчезли, отправившись спать, на председателя охотников Вана уже начали потихоньку, но со вполне болезненно так давить, требуя, чтобы он, прекратил наконец прятать «своё тайное оружие» и показал деток почтенной публике, что так жаждет их видеть.

И у Павла было только одно секретное оружие, что способно их сейчас вывести из сна! И его как раз подвезли.

— Ну наконец-то! — сказал он, принимая специальный контейнер, со специальным продуктом внутри.

Нежнейшим кремовым бисквитом, выпеченным из пшеницы, напитанной магией. Как и с прочими добавками, содержащих ману. Это по итогу должно позволить этому поражённому, пройти сквозь камень под их ногами, словно мусор-плоть существ, попав на ту сторону черного зева, распространяя соблазн ильные ароматы.

Хоть Павел и не уверен, что там, куда идет почта и кажа из монстров, это пирожное, можно будет почуять-заметить. Но… попытка! Иного плана-варианта у него все рано нет. На различное оружие-снаряжение эту «рубку» не поймать — они сами его делают! Получше многих прочих! А вот на сладости… дети падкие! И председатель это уже видел, и в этом уверен.

Ради этого пирожного пришлось многим пожертвовать! Ведь оно должно быть свежим, ароматным, и… магическим! Ведь как выяснили опытным путем, простые магические предметы, будь это пули из орочьей стали, или кинжалы этих самых орков, тоже вполне могут проходить сквозь гранит камня-приемника тушь.

Не идет туда, сквозь камень, только напитанная личной маной броня, та, что на охотниках, или та, в которую её вложил мастер. А все остальное… вполне проходит! И благодаря этому, Павел уже знает, что тушки монстров, сначала перемещаются куда-то в замок, а оттуда… а вот там сигнал особых магических маячков пропадает, словно бы его что-то подавляет, или там стоит гигантский шредер, что еще разок все измельчает, в том числе и маяк, уничтожая.

Хотя последнее все же маловероятно — маяки были весьма крепкими штучками. Да и даже раздробленные на части, все равно бы продолжали передавать сигнал, словно простая метка. Но… после попадания в замок, след через мгновение обрывался. И Павел уже видел такое, когда детки прятали что-то внутрь своих тел — оттуда сигнал уже не шел, никак, и никакой. Видимо туши, из замка, идут в их некое… хранилище. Вот только… где оно? Где прячется⁈

Ответ неизвестен, но туда погрузилось бисквитное пирожное, провожаемые взглядом надежды, что этого будет достаточно, чтобы пробудить сладкую парочку любителей крепко поспать и хорошо поесть от их долго сна.

— А еще есть? — высунулась голова девочки с заспанными глазами, спустя полчаса, когда надежа уже как казалось утратила смысл.