— Ну давай, — зашипел Пудовкин и подтолкнул локтем Петю.

Они сидели на уроке музыки, на задней парте школьного амфитеатра, среди горшков с цветами и кактусами. Отсюда было лучше видно, как волновалась музыка. Музыка текла от фортепьяно, треугольников и маракасов в руках школьников, музыку излучала Клавдия Карловна — худенькая учительница пения и гармонии, стоявшая посреди площадки внизу.

— Что писать? — не унимался Пудовкин. Он даже головой затряс, чтобы Петя уже сделал что-нибудь.

А Петя грыз ручку и думал о Бабе-яге и ёлочной звезде. И держался. И ничего не писал. В конце концов Пудовкин, тяжело вздыхая, сам взял ручку и склонился над листком. Но затем, сдвинув брови, потянулся вперёд и сунул листок соседу с передней парты. На одну треть исписанный лист достался вертлявому и худенькому Игорю Гнездову.

— Посмотри письмо, а? — забасил Женя и вдогонку всучил Игорю свою ручку.

Тот кивнул, выглядывая из-за очков, отвернулся, а через пару минут вернул письмо. Листок покрывали несколько волн мальчишеских почерков:

Дедушка Мороз!

Я провёл этот год хорошо. Один рас сломал мизинетс, мы ездили с бабушкой на дачу и я собирал яблоки. (Сверху было приписано: «ни червивые и сам ни ел».)

Я слушал родителей и учитилей, и поэтому заслужил («поэтому заслужил» было зачёркнуто, а сверху приписано «теперь хочу»)

— Самокат,

— часы для подводного плавания,

— и собаку («собака» была зачёркнута, а сверху написано «лисицу»).

Миня зовут Женя Пудовкин, и я живу в комнате с глобусом и синими шторами — вы увидите в окно.

А ещё (это тоже было приписано Игорем) я хочу суперсилу: читать мысли и по-английски и прыгать высоко, чтобы до потолка доставать.

Женя внимательно осмотрел письмо и спросил Игоря, зачем тот написал о лисице и суперсиле. Гнездов снова обернулся, поправил очки и объяснил:

— Деда Мороза надо удивить, чтобы он выполнил желание. Хотя бы одно из всех. — И Игорь резко отвернулся: весь класс начал выть песню о дружбе, заготовленную на конец урока.

— Тебе — как? — между куплетами поинтересовался Пудовкин у Пети. И тоже то ли завыл, то ли замычал в такт мелодии.

Петя просмотрел письмо и вздохнул — точь-в-точь как папа утром. Мальчик представил, как вместо ног у Жени вдруг вырастают лапы кузнечика или кенгуру, а в его доме действительно появляется лисица. И волк. И ещё кто-нибудь из учебника по литературе или окружающему миру. И их, этих лисиц-волков, не выгнать и не накормить толком — прямо как Бабу-ягу. Но Петя не знал, как объяснить всё это Жене, поэтому просто взял ручку, поправил все «ни» на «не». И дописал: «Но если вы решите исполнить моё желание — я больше всего хочу квадрокоптер». На всякий случай.

Проглотив последнюю правку, письмо вернулось к хозяину, и Женя, довольный, что сразу два умных одноклассника проверили его домашнее задание, убрал листок в бирюзовый конверт. Кажется, тот достался мальчику от мамы: он был похож на упаковку от какого-то сертификата из магазина косметики и попахивал духами. Поэтому Женя, чуть смутившись от внимательного взгляда Пети, быстро заклеил конверт и подписал: «Деду Морозу от Жени Пудовкина». И заторопился из кабинета музыки, а потом и из школы: это был последний урок.