Безо всякого интереса Кристофер смотрел на шахматную доску. Торн настоял, чтобы они вместе наведались в клуб «Оникс», но это было последнее место, которое ему хотелось посетить. Сейчас тут все напоминало ему о Лиз: как она храбро вошла сюда, как встретилась с ним в номере, как заставила его сходить с ума от желания.
— Никогда не видел, чтобы ты был настолько равнодушен к шахматам, — сказал Торн и прищурился. — Ты не заболел?
Кристоферу больше не хотелось притворяться, будто его совершенно не занимают мысли о том, как исправить все, что натворил.
— Это точно, что ты не получал никаких известий от жены? Джессика уехала в Кент три дня назад.
Торн пожал плечами:
— Она сказала, что напишет. Вразумить Элизабет не так просто.
Кристофер чувствовал себя не в своей тарелке. Так продолжается с тех пор, как Элизабет уехала из Лондона. Вот уже две недели он не мог сосредоточиться на чем-то, не было никакого интереса к тому, что всегда доставляло удовольствие. Он не знал, что делать с собой, и если что-то не изменится в скором времени — если не будет известий от Лиз, — то совершенно точно сойдет с ума. Если именно это состояние называют «сходить с ума от любви», то ничего хорошего в этом нет.
Торн тяжело вздохнул:
— Ты отказываешься от ужина, от партии в шахматы, от выпивки. Остается только одно…
Кристофер даже головы не поднял. Неужели Лиз действительно так нравится сидеть в деревне и читать книги? Джессика до сих пор не вернулась в город. Может, съездить туда самому? Да! На рассвете и отправится. Надо предупредить кучера, чтобы подготовил экипаж.
— Ты не хочешь меня спросить, что это такое? — не отставал Торн, пытаясь отвлечь его от горестных мыслей.
Кристофер тряхнул головой:
— Что, прости?
— О господи, да ты не в себе. Никогда еще не видел тебя таким.
— Я люблю ее, Торн, — выдохнул Кристофер. — Ты можешь вызвать меня на дуэль, но я люблю Лиз.
Торн вскинул брови и покачал головой:
— Зачем? Если ты ее любишь, надо обязательно кое-что сделать.
— Что именно?
Вытащив из кармана ключ, Торн протянул его Кристоферу:
— Это сюрприз, про который я тебе говорил: найдешь в комнате сто пять.
Кристофер закатил глаза:
— Я ведь сказал, что люблю твою свояченицу. Ты всерьез думаешь, что мне хочется наверх?
Торн широко улыбнулся.
— Да, я в этом не сомневаюсь. — Подмигнув, он поднялся. — А я, пожалуй, отправлюсь домой, к жене. Тут хорошо переброситься в картишки, но ничто не сравнится с обществом Джессики.
— С обществом Джессики? Но я думал…
Торн никак не отреагировал — просто ушел. Прищурившись, Кристофер смотрел ему в след. Что за сюрприз он приготовил? Неужели… Быть такого не может. Торн не стал бы привозить Лиз сюда. Или все-таки привез? Скорее всего, нет, хотя Элизабет так независима, что могла и настоять, тем более если Джессика уже дома…
Зажав ключ в кулаке, Кристофер вскочил с места, бросился в дальний конец зала и, перепрыгивая через две ступеньки, преодолел лестницу, а потом чуть ли не бегом промчался по коридору до комнаты сто пять. В волнении он все никак не мог попасть ключом в замочную скважину и ругался на чем свет стоит.
Когда дверь наконец распахнулась, Кристофер перевел дыхание.
В центре комнаты стояла Лиз с загадочной улыбкой на губах, в той же самой черной маске с красными перышками и в том самом красном платье с кружевами.
— Почему так долго? — Даже неподражаемый французский акцент она воспроизвела для большей достоверности.
— Лиз? — Уголки его губ приподнялись в улыбке, сердце гулко забилось.
— Oui. Entrez vous[2].
Он захлопнул дверь.
— Зачем ты здесь?
Она обошла его и, повернув ключ в двери, посмотрела ему в глаза:
— Для начала я хочу еще раз услышать предложение руки и сердца, а потом надеюсь, ты свяжешь меня, я даже несколько шарфов прихватила.
У Кристофера загорелись глаза, и, шагнув к Лиз, он привлек ее в объятия.
— Во-первых, прошу прощения за то, что пытался, как дурак, командовать и не обращал внимания на твои возражения. — Кристофер поцеловал ее, но, когда она попыталась обнять его и продлить поцелуй, отстранился. — Еще я хочу сказать тебе то, о чем даже не догадывался в тот раз, когда просил твоей руки.
Она в задумчивости покусала губу и заинтересованно посмотрела на него из-под ресниц.
— Что именно?
Кристофер опустился на колено, взял ее руки в свои.
— Сегодня у меня нет с собой кольца, но вот что я должен был сказать тебе в первый раз. Я безумно тебя люблю, Элизабет Уитморленд, и не могу и дня прожить без тебя. Пожалуйста, скажи, что выйдешь за меня замуж. Умоляю, согласись стать моей женой. Я никогда не позволю себе доминировать в браке. Обещаю, ты останешься такой же, как сейчас, и будешь жить так, как привыкла.
Элизабет попросила его встать и привлекла к себе.
— Я тоже люблю тебя, Кристофер, но вот маркиза из меня получится ужасная, ты ведь понимаешь.
Он взял ее лицо в ладони:
— Почему ты так думаешь?
— Половину дня я хожу растрепанная, вечно теряю и пачкаю перчатки, не придерживаюсь моды и терпеть не могу всякие безделушки.
— Значит, будем читать и играть в шахматы, — сказал с улыбкой Кристофер.
— О, так это же здорово! — рассмеялась Лиз.
— Ты станешь самой продвинутой маркизой из всех, что видел высший свет.
— Ничего не имею против.
— Давай проложим путь будущим таким же необычным маленьким маркизам. — Он развернул ее к себе спиной и принялся расстегивать платье.
— Их что, будет много? — ужаснулась Лиз.
— Как получится — во всем есть светлая сторона.
Он спустил ей платье до бедер, и теперь она стояла перед ним в одной нижней сорочке.
Лиз провела кончиками пальцев по его лицу.
— Нет, дорогой. Светлая сторона этого брака — провести всю оставшуюся жизнь рядом с тобой, и неважно, в каком статусе.
— Это означает «да»? — Он притянул ее к себе, обнял и уткнулся лицом в шею. — Пожалуйста, скажи «да», и тогда у меня будут все основания уложить тебя в постель и любить до тех пор, пока не запросишь пощады.
— Да, — выдохнула Лиз, коснувшись губами его волос. — Я согласна, если сегодня все будет по-моему: это ты будешь просить у меня пощады.
Он вскинул брови:
— Уверена?
— О да. — Элизабет положила ладони ему на грудь и толкнула на кровать. — Помнится, в прошлый раз, когда мы были здесь, ты вроде бы выразил желание, чтобы я взяла в рот твой…
— Лиз!
— Что такое? — невинно захлопала она глазами. — Ты ведь сам сказал, что из меня выйдет самая необычная маркиза, не так ли?
Кристофер упал на спину, потянув ее за собой:
— Мне другой и не надо.
— Вот и прекрасно! У меня как раз возникла идея — играть в шахматы на раздевание. Медленная улыбка осветила его лицо.
— Мне нравится твой ход мыслей.
— И в этот раз, думаю, я позволю тебе выиграть.
— С нетерпением жду. Кто играет белыми?…
Внимание!
Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.
После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.
Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.