Харт, Корн и Лотерик появились в назначенном месте минута в минуту. Выглядели при этом сногсшибательно — настоящие огневики.
Плечи широкие, бёдра узкие, форменные костюмы сидят так, что не хочешь, а залюбуешься. Я улыбнулась, вспомнив нашу первую встречу — всё-таки не просто так Клэс тогда стонала от восторга. Есть с чего стонать.
Увидев меня, парни приосанились. Корн посмотрел весело, Лотерик снисходительно, а Харт хитро.
— Ну что? Готова к приключению? — спросил главарь этой небольшой банды.
Я кивнула и подошла ближе. Действительно была готова, но прежде всего к телепортации. Внутри всё замерло от предвкушения, впрочем, разум я тоже не теряла и, конечно, уточнила:
— Куда мы всё-таки?
— Сюрприз! — отозвался Харт.
После этого мне протянули руку и я, дрогнув, прикоснулась к пальцам старшекурсника. Миг, и он активировал телепорт.
Меня снова потащило сквозь пространство. Стремительно, сильно, неотвратимо — будто я зверь, на которого накинули аркан. Сопротивление было невозможно, хотя я, повинуясь инстинктам, всё-таки упиралась. А меня тянуло, тянуло, тянуло… И что-то внутри не выдержало, перед глазами снова закружился калейдоскоп.
Образов было много, они сменялись с невероятной скоростью. При этом я умудрялась погрузиться в каждый — прочувствовать воспоминания от и до.
Вот я гуляю по улице, вот захожу в магазин, чтобы купить хлеба… Вот сижу с приятелем в кафе и ем мороженое… А вот стою перед дверью аудитории и сильно нервничаю — мне предстоит сложный, почти судьбоносный зачёт.
Вот плаваю в море, и внезапная мелкая волна бьёт прямо в лицо — я жмурюсь и, развернувшись, плыву к берегу. Новый кадр — я мерею новое платье, критично осматривая себя в зеркале. Платье село не настолько хорошо, насколько хотелось. Но в целом, конечно, сойдёт.
После этого проваливаюсь глубже. Более ранний период: я первоклассница, стою на торжественной линейке с букетом цветов в руках. Мне сказали, что в моей жизни начинается новый «большой этап», и это немного пугает. Скоро нас поведут на первый урок…
Родители, чьи образы прежде ускользали, встали передо мной в полный рост. Мама — такая красивая и яркая, папа — полноватый, но очень добрый… А потом я вспомнила брата и сестру… Двух бабушек, деда, дядю по отцовской линии и его жену — румяную тётю Тамару.
Вспомнила нашу квартиру и комнату, которую я делила с сестрой. Школьных подруг, одноклассников и приятелей… Я вспомнила практически всё!
Телепортация тащила дальше, вперёд, а моя память вдруг “развернулась в обратную сторону”. Меня откатило назад, я словно пробежала по наполненному картинками тоннелю. Снова увидела аварию. Услышала визг тормозов, почувствовала сильнейший удар. Боль.
Я опять отделилась от тела и устремилась к свету, но кто-то поймал и дёрнул в сторону. Поволок, вопреки всякому сопротивлению, и именно на этом моменте воспоминания иссякли. Я словно ударилась в стекло.
Стекло было непроницаемым и скрывало нечто важное. Стояло тут словно какой-то блок.
Сначала я обрушила на него кулаки, потом пнула. Блок не поддался, а я наоборот покачнулась — в уши ворвался такой неуместный в этой ситуации голос Харта:
— Эй, Ева, что с тобой? Тебе нехорошо?
А за Хартом и Лотерик:
— Да она сейчас снова в обморок бабахнется. Корн, лови!
Ощущения собственного, а не призрачного тела вернулись, и я действительно начала падать. Но меня подхватили сильные руки, я так и не коснулась земли.
Голова кружилась нещадно, рядом тихо ругались старшеклассники. Меня даже хлопнули по щеке, но бесполезно. Я возвращалась в реальность сама и очень медленно — бесполезно торопить.
Когда дурнота прошла, когда я смогла распахнуть глаза, то увидела синее-синее небо. Оно было таким чистым и бескрайним, что я растерялась. Приподнялась, чтобы взглянуть на парней, а заодно заметила, что городом тут и не пахнет.
— Где мы? — мой голос прозвучал хрипло.
— Ева, что с тобой? — вопросом на вопрос ответил Корн.
Огневики были в замешательстве, смотрели с испугом. Реакция понятная, вряд ли они видят женские обмороки каждый день.
Я заставила себя собраться и, при помощи Корна и Харта, встала. Корн продолжил придерживать, но уже за талию.
— Что такое? — спросил главарь банды. — Тебе же нравится телепортация? Ты же сама просила тебя телепортировать!
— Очень нравится. Просто… не привыкла ещё.
Угу, я лгала.
Моя правда моя была чересчур странной, а наши отношения не настолько близкими. Да что там старшекурсники? Я даже Морти про свои воспоминания не сказала — это было слишком личным. Да и смысл говорить?
— Напугала нас, — буркнул Лотерик.
Я посмотрела виновато и хотела пообещать, что больше такого не повторится, но всё-таки не сказала. Вместо этого прошелестела тихое “простите” и огляделась опять.
То, что я увидела, сначала вогнало в ступор. Секундой позже, когда я посмотрела в другую сторону, меня пробил самый настоящий мандраж. Мы стояли посреди довольно пустынной местности, неподалёку виднелись шатры походного лагеря, а по правую руку, всего в нескольких метрах, земля резко уходила вниз. Там был обрыв, от которого отчётливо веяло жаром.
— Это то, о чём я подумала? — выдохнула оторопело.
— Ну да, — отозвался Харт. Уже не такой гордый и радостный как в Школе. — Это восточный разлом.
Я взяла паузу, чтобы переварить услышанное, а огневик добавил:
— Вообще-то мы хотели тебя порадовать, а ты… Нетипичная реакция на телепортацию, если честно.
После этих слов мой собственный огонь начал впадать в какое-то странное состояние, в нечто на грани экстаза.
Разлом… Настоящий…
— И там подземное пламя? — сглотнув, уточнила я.
— Ну, разумеется, — хмыкнул Лотерик. — Что же ещё?
В лагере наше появление заметили, я увидела фигуры, которые поднимались на ноги. Кто-то неторопливо устремился в нашу сторону, но это было неважно. Повернувшись, я сделала несколько шагов к разлому, а Корн поймал за руку:
— Ева, спокойнее, — сказал он. — Это не шутки.
Меня явно хотели удивить, и сюрприз удался. Он был невероятным. Я, разумеется, не забыла свою самую первую встречу с подземным пламенем, но всё равно страсть как хотелось посмотреть. Я ведь магичка! Будущий боец!
Я сделала ещё шаг, и ещё…
— Главное — не торопись, — вновь подал голос Харт. И уже не мне, а Корну: — Подстрахуй её.
Мой локоть сжали крепче, а к разлому мы шагнули все вместе, вчетвером. Остановились в нескольких сантиметрах от края, я с восторгом и ужасом уставилась на лаву, которая колыхалась не так уж далеко.
Противоположный край разлома виден не был, масштабы поражали. Мы смотрели как заворожённые, а со стороны лагеря донеслось неодобрительное:
— Эй вы! Желторотые! Чего пришли?
Я ощутила, как мою руку обожгла метка. В следующую секунду магия словно занервничала, внутри рождался огненный вихрь.
— Вы чувствуете? — бросил вдруг Харт. — Магическое поле изменилось. Что-то происходит.
— Не может ничего произойти, — буркнул на это Лотерик. — Все процессы в разломах медленные. Это просто какое-то… ну даже не знаю что. Но точно ерунда.
А вот обитатели разбитого у разлома лагеря так не думали…
— Эй, желторотые! — новый окрик был куда злее предыдущего. — Отошли от края! Быстро!
На это Харт обернулся и махнул рукой, показывая, что всё в порядке. Вот только порядка не было — нет и нет.
Часть жидкой огненной массы вдруг вздыбилась, вставая этакой горой, а на её поверхности проявились три лысые головы. Элементали, которые поднялись из огня, сильно отличались от уродца, который встретился в подвалах.
Эти были выше, массивнее и страшнее. А тьма в их глазах, даже с такого расстояния, пробирала до костей! Я услышала шипение и уже знакомые слова:
— Ашмира. Хагаш.
Дрогнув, я качнулась назад, а огневики словно окаменели.
Ещё один мой шаг, я попыталась дёрнуть Корна, но подчинился старшекурсник не сразу.
— Уходим, — прошелестела я.
— Ашмира. Хагаш! — вновь прошипел один из элементалей и, невзирая на внушительное расстояние, я услышала. Меня обдало холодом.
Сзади, со стороны лагеря, раздался какой-то звук — словно ударили в тяжёлый колокол. Но этот звук смешался с шумом в ушах, и я ничего не поняла. В ужасе я смотрела на то, как на вершине лавового холма возникает ещё одна фигура… Тоже элементаль, но не бледный, как моль, а иссиня-чёрный. Его глаза сверкали кровавыми рубинами, казалось сам этот взгляд способен испепелить.
Ощущение опасности стало запредельным, а холм жидкого пламени покатился в нашу сторону. Он уподобился платформе, которая взяла курс к берегу. Элементали двигались к нам.
Харт и компания, наконец, ожили. Отпрянули, утаскивая от края и меня, но тут сверкнула вспышка. Короткий яркий телепорт всего в паре шагов от нас, из которого выпрыгнул… Дикарь.
— Р-р-р! — мгновенно оскалился зверь.
Я испугалась, растерялась, вот только самое страшное было впереди…
Гул колокола и другие звуки лагеря слились в нечто единое, но на фоне всей этой какофонии я чётко различила очень знакомый голос:
— Что за крики? Что здесь происходит?
И ответ:
— Элементали, ваша милость. Высшие! Внезапно и без всякой причины.
— Р-р-р, — снова Дикарь. Он готовился не просто драться. Зверь собирался отдать за меня жизнь!
Я подскочила. Потянулась, чтобы вцепиться в огненную шкуру и оттащить, но перепуганный Корн не пустил. Парень оказался очень сильным.
В ту же секунду я расслышала новую реплику Алентора:
— Высшие без причин не приходят.
А-а-а…
— Дикарь! — рявкнула я. — Ко мне! Быстро!
Померещилось или меня, вопреки всякой логике, тоже расслышали? Причём вовсе не эрс.
Новая вспышка рядом с нами, и я увидела Алентора. Высокого, статного и абсолютно, прямо-таки тотально спокойного. Правда спустя секунду его спокойствие рассыпалось в пыль, потому что…
— Ева? — прошипел Хозяин пламени. Бросил взгляд на эрса, и…
— Ко мне! — снова рявкнула я.
На этот раз волк послушался — перестал рычать и подскочил к хозяйке. У Лорда, невзирая на все его эмоции, глаза округлились.
— Так! Прочь отсюда, — рыкнул Алентор на Харта.
А потом уже мне:
— Ну, Ева… Ну…
Договорить Алентор не смог. Элементали были уже настолько близко, что я, кажется, ощущала на своей коже их дыхание. Я не поняла, что случилось дальше, как я очутилась в телепорте. Единственное, что запечатлелось в сознании — это как мои пальцы смыкаются на шкуре эрса, и что нас утаскивает вместе. В одну секунду, просто раз, и всё.
Уровень адреналина был таким, что даже образов из прошлой жизни не пришло. И это при том, что тащило нас с Дикарём долго… Восточный разлом, как выяснилось, находился на очень приличном расстоянии от Школы. А именно в Школу нас и перенесло.
Спустя несколько бесконечных секунд я осознала себя стоящей перед дверью собственной комнаты, в компании притихшего Дикаря, и очень чётко поняла — нам крышка. Как только его милость закончит разбираться с элементалями, он явится, и мне придётся объясниться.
Нет, я и так собиралась поговорить, но при других, более спокойных обстоятельствах…
— Нам конец, — выдохнула я, и эрс поддержал неожиданным поскуливанием.
Единственное, о чём я сейчас не беспокоилась — это о способности Алентора победить монстров. Даже не сомневалась, что Лорд справится. Что существам, которые вышли из подземного огня, лучше бы вернуться в лаву, чем вступать с ним в бой.
Никогда в жизни я не ошибался так сильно, как сегодня. Я был абсолютно уверен, что встречу адептку только вечером. Других вариантов не было и быть не могло.
Но эта невозможная девица опять умудрилась удивить! Как она здесь оказалась я примерно понимал, и следующим пунктом, после расправы над элементалями, в моём списке стояла расправа над Хартом.
Какого… он притащил её к разлому? Хотел покрасоваться перед хорошенькой огневичкой? Ну, я ему объясню! Ой как объясню!
— Придушу! — рявкнул я, захлопывая портал, в который отправил Еву.
Но расправа над адептами была вторичной. Прямо сейчас передо мной стояла более приятная, с точки зрения выброса агрессии, задача. Трое высших элементалей уже достигли края разлома. Трое высших и один вождь.
Чёрный, как смоль, с кроваво-красными глазами, вождь был опаснее целой армии вот таких бледных уродцев. Не окажись я здесь, опоздай хотя бы на четверть часа, мог бы попрощаться с одним из лучших своих отрядов. Против вождя не выстоять никому!
С элементами справиться тоже непросто, все это понимали и, видя уровень угрозы, командир отряда отдал распоряжение оказать помощь.
Ко мне уже спешили три десятка лучших бойцов, но я махнул рукой, останавливая их бег. Потом рявкнул громогласно:
— Всем отойти! Не вмешиваться!
И впервые за последние несколько лет, пригласил в бой эрса. Воздух пробила алая молния телепорта, и рядом возникла моя волчица. Та самая, протекцию которой я посылал когда-то за Евой, чтобы проводить в кабинет.
Элементали, у которых плохо развито чувство самосохранения, и которые видимо настолько жаждали уничтожить Еву, что не смогли остановиться даже при моём появлении, очнулись.
Огненный вал качнулся назад, отодвигаясь от берега — это было отступление, но…
— Эйнира, белые твои! — объявил я.
Волчица сорвалась с места. Прыгнула прямо на вздыбленный огненный холм, одновременно распахивая пасть. Очень сильная, невероятно ловкая, абсолютно неуязвимая для подземного пламени.
Я мог последовать за ней, но прыгать в огонь всё-таки не стал. Вместо этого призвал магию — бросок, и длинный огненный хлыст обвился вокруг тела вождя. Чёрный даже удивиться не успел, а я уже дёрнул хлыст на себя.
Пара секунд, и вождь катится по земле — враг так близко, что хочется улыбаться.
Убью. Уничтожу. Не оставлю даже пепла!
Одно плохо — моим людям нежелательно видеть такой уровень силы. Но пусть. Пусть знают, насколько страшен в гневе Лорд.
За спиной, со стороны разлома, рычала и шипела Эйнира — рвала высших элементалей на части. А я резал вождя с помощью огненных клинков.
Тот тоже призвал оружие, защищался как мог. Я ощущал невероятную, достойную уважения мощь своего противника! Но глаза застилала такая ярость, что ни испугаться, ни остановиться я не мог. Не мог, и всё.
Мир словно застыл. Погрузился в тишину, в которой слышались только звуки битвы — лязг магической стали, рычание Эйниры и предсмертные крики элементалей.
Мы даже не дрались — мы уничтожали! Убивали врагов, чтобы не убить своих.
— Ну, Харт, — тихо рычал я. — Ну, погоди. Скоро и с тобой обсудим. Молись! Молись, позёр малолетний, чтобы я и тебя не прибил!