Читать порно, когда у тебя под рукой нет мужчины, который помог бы с внезапно появившейся проблемой, – плохая идея. А когда он есть, ходит без рубашки большую часть времени и ложится с тобой в одну постель, но при всём этом не прикасается к тебе, – ещё хуже.

Сантьяго Риверо издевался надо мной.

Возможно, это была месть за то время, когда я всячески пыталась соблазнить его? В таком случае, это слишком жестоко по отношению ко мне. Просто бесчеловечно!

Хотя с недавних пор в моей голове появились мысли о том, что он мог сторониться меня в сексуальном плане и по другой причине. Я пыталась не думать об этом, тем не менее отражение в зеркале из раза в раз подталкивало меня к сомнениям.

Ненавижу.

Мой муж обожает меня, глупая голова!

Поэтому, откинув даже толику неуверенности, я вышла из дома, чтобы найти его и напомнить, что мы были не только молодыми родителями, но и супругами, которые в последний раз занимались сексом… э-э-э… я уже и не помню.

Это плохо.

Долго искать Сантьяго не пришлось. В последнее время он зачастил купаться перед сном, что было совсем не похоже на него. Раньше он не входил в море без меня, ведь как бы я ни старалась, он так и не научился плавать. Я стала догадываться, что он специально даже не пытался научиться, чтобы я сопровождала его. И спасала.

Конечно, каждый раз это заканчивалось его благодарностью за спасение, после которой у меня тряслись ноги и ему приходилось относить меня в дом на руках.

Я много потеряла, не видя, как сексуально он выходит из воды.

Прямо как сейчас.

Мокрые шорты прилипли к его накачанным бёдрам, грудь блестела из-за капель, собравшихся на ней, а татуировки практически сливались с цветом кожи из-за того, что до участка, на котором он плавал, не доходил свет фонарей.

Я сглотнула, почувствовав жар, распространившийся по всему телу. Я очень, очень соскучилась по нему, как по мужчине.

Или он трахнет меня.

Или я трахну его.

Сантьяго не вернётся в спальню с синими яйцами, с которыми он ходит на протяжении последних нескольких месяцев, а я перестану думать, что со мной что-то не так. Это должно прекратиться.

Сегодня. Без вариантов.

Я помахала ему, и он помахал мне в ответ.

– Где Сиа? – заметив меня, громко спросил Сантьяго, чтобы я точно услышала его.

Мы уложили её вместе, после чего он быстро скрылся из виду. Очевидно, нашла я его уже здесь.

– Всё там же, – ответила я. – Талия присматривает за ней.

– Талия? – Его брови приподнялись.

Я кивнула.

Она не впервой помогала мне. Я не боялась оставлять её наедине с дочерью, даже когда та не спала. Мне казалось, Талия была тревожнее даже нас с Сантьяго, когда дело касалось Сии, поэтому можно было не волноваться за сохранность нашего сокровища.

Я следила за мужем, не отводя от него глаз. Не стеснялась рассматривать его.

Дойдя до меня, он улыбнулся, приобнял меня за талию и чмокнул в лоб. Чмокнул в лоб, мать вашу! После чего прошёл мимо, чтобы взять полотенце и избавиться от капель на своём теле, которые я бы не отказалась слизать с него.

Я ждала от него первого шага, но он бездействовал, а у меня больше не было сил терпеть.

И эти дерьмовые мысли не давали мне покоя.

Ар-р-р!

– Ты больше не хочешь меня? – не выдержав, спросила я и повернулась к нему.

Сантьяго перестал вытирать волосы и нахмурился.

– Ты больше не хочешь меня? – повторила, насилуя своё эго.

Никогда не чувствовала себя более неловко. Чувствовать себя неловко – вообще не про меня. Обычно мне всё равно.

Однако не тогда, когда дело касается его.

Любовь сделала из меня тряпку.

– Почему ты так думаешь?

– Когда ты в последний раз нормально целовал меня?

– Только что?

– Ты поцеловал меня сюда. – Я ткнула пальцем в лоб. – Это ненормально.

– Раньше тебе нравилось, – напомнил он. – Я часто так делал.

Мне до сих пор это нравилось: некий акт нежности, которой мне не доставало до брака с ним.

– Но не когда я стояла перед тобой в одном бикини!

Сантьяго прошёлся глазами по моему телу, из-за чего мне захотелось укутаться в парео ещё сильнее.

– Ты не стоишь передо мной в одном бикини.

Что… Это всё, что он хочет мне сказать?

– Ладно. – Я прикусила губу изнутри, чувствуя ком в горле, который мешал мне говорить. – Я поняла тебя. Увидимся в спальне.

– Постой. – Он развернул меня лицом к себе, схватив за локоть, когда я пошла в сторону входа с кухни. – Что ты поняла?

– Отпусти меня. – Я попыталась вырваться из его хватки, но, конечно, это не увенчалось успехом. – Я хочу спать, Сантьяго. Поговорим об этом завтра или лучше когда-нибудь никогда, окей?

– Не окей. Ещё минуту назад ты не хотела спать. Что ты поняла? – твёрже повторил Сантьяго.

– Что ты меня не хочешь! И что брать тебя на парные роды было ошибкой! Теперь я противна тебе!

Это было настолько унизительно, что я даже не могла смотреть ему в глаза. Мне хотелось убежать от него как можно дальше. Нужно было послушать тех женщин в больнице, пытающихся отговорить меня от этой затеи за спиной Сантьяго.

Но он сам предложил мне это. Я лишь дала своё согласие.

– Противна мне? Не хочу тебя? – возмутился он. – Посмотри на меня, Амелия. – Его пальцы сжали мой подбородок и повернули голову так, чтобы наши взгляды пересеклись. – Мне приходится купаться в холодном море, чтобы расслабить эту штуку между ног, прежде чем лечь в одну постель с тобой. Поскольку если я не сделаю этого, ты окажешься лишена сна, которого тебе и без того не достает.

Я громко сглотнула, когда Сантьяго опустил мой локоть, но следом тут же взял меня за кисть и направил её вниз, а затем сжал вокруг своего члена. Он был таким горячим… Купание совсем не помогло ему.

– Тебе даже не нужно менять свою удобную домашнюю одежду на бикини, чтобы сделать меня твёрдым.

Дыхание перехватило. Едва подступившие к глазам слёзы решили не проливаться. Однако ком в горле почему-то становился только больше.

– Я не трогаю тебя, потому что твой врач запретил мне это делать, пока ты полностью не восстановишься. Мне хочется, чтобы ты тоже получала удовольствие от секса. Он не только для меня.

Я вышла замуж за слишком хорошего мужчину.

И, кажется, всё-таки собиралась расплакаться.

– Прошло два месяца, – прошептала я.

Моя ладонь всё ещё находилась на члене Сантьяго, поэтому я сжала её крепче, чтобы он понял меня без слов. Он тихо застонал, стараясь держать глаза открытыми, и нехотя убрал руку.

– Я бы сначала проконсультировался с врачом. Тебя же… Я бы не думал о сексе после того, что ты пережила.

Мне пришлось сделать эпизиотомию, и первый месяц я на самом деле не думала ни о чём, кроме того, чего мне стоила наша малышка, потому что эта адская боль сопровождала меня на каждом шагу. Буквально. Затем она стала постепенно стихать, а сейчас остались лишь её отголоски.

Прошло уже больше времени, чем врач дал на восстановление. Разумеется, это не значило, что Сантьяго мог вытащить из меня душу своим членом. Но я была готова к сексу.

Разозлившись, я зарычала и, больше не желая тратить время на отговорки мужа, поцеловала его. По телу пробежались мурашки.

– Ты пожалеешь об этом, – прорычал он, не отрываясь от меня.

– Пустые угрозы, Idiota.

Он фыркнул, медленно двигая меня назад. Мы отходили прямо к стене дома, пока моя спина не врезалась в неё, и Сантьяго стянул с меня парео, оставив в одном бикини.

– Я скучал, – простонал он, целуя мои ключицы.

Жалеть о сексе с Сантьяго Риверо? Издеваетесь? Этот мужчина создан для удовлетворения женщин.

Поправка: женщины. Он – мой.

Всё было великолепно, пока его рука не скользнула вниз по моему телу. Она прошлась по животу и оказалась в моих трусиках, но это уже было не так важно, поскольку я поняла, что он почувствовал этот… неплавный переход. Мой живот больше не был плоским.

Хоть я никогда не была худой, весь жир скапливался в нужных местах. В этот же раз произошёл сбой, подкосивший меня.

– Всё в порядке? – спросила, когда поняла, что Сантьяго не пошёл дальше.

– Кажется, это я должен спросить тебя, Амелия. Тебе больно?

– Нет. – Я покачала головой.

– Тогда почему ты так напряжена?

Я попыталась насладиться на его пальцы, чтобы отвлечь его, однако он тут же вынул руку из трусиков, не позволяя мне уйти от ответа, который я так сильно не хотела ему давать.

– Что происходит?

– Я хочу трахнуть твои пальцы.

– Я тоже этого хочу, но чем дольше ты что-то от меня скрываешь, тем сильнее отдаляешь нас от получения удовольствия, поэтому ответить мне в твоих интересах, Zorra.

Сглотнув, я отвела взгляд. Отвратительное чувство наполнило меня.

– Ну… тебе все нравится?

– О чем ты?

Сантьяго смотрел на меня так, будто правда ничего не видел, поэтому мне стало страшно указывать ему на свои изменения.

Вдруг после этого он заметит их…

– Мы можем просто продолжить?

– Нет.

– Как сложно быть замужем за хорошим парнем, – проворчала я себе под нос.

Услышав это, Сантьяго пропустил смешок и спросил:

– Ты жалуешься сейчас?

– Немного.

Он любит меня. Он хочет меня.

Он любит меня. Он хочет меня.

Одни и те же слова крутились в голове, когда я пыталась уверить в этом саму себя, чтобы открыться ему.

– Мне кажется, что… что я толстая, – быстро прошептала, не в силах произнести это во весь голос. – Точнее, не кажется.

– Что?

– Я толстая, – увереннее повторила я, вернув с ним зрительный контакт. Карие глаза уставились на меня в полном недоумении, будто Сантьяго резко перестал понимать итальянский.

– Я расслышал тебя.

– И?

– И думал, что женился на девушке, которая съедала на завтрак дневную норму калорий, но никогда не задумывалась насчёт этого.

Да, раньше было именно так. Честно говоря, я ничего не знала о своей дневной норме и сколько калорий было в бокадильо, которые Сантьяго привозил мне на завтрак по сей день.

Во время беременности я стала ненасытна и меня это не смущало, так как я думала, что после родов мой прежний вес быстро вернётся. Не тут-то было… За последние два месяца ушло много лишних килограммов, но не все. Я всё ещё чувствовала себя… тяжело.

– Хочешь сказать, я всегда была такой?

– Какой?

– Толстой, Сантьяго! – воскликнула я. – Эти растяжки… Они просто ужасны.

Глаза адски зажгло.

Фу, ненавижу плакать. Зачем Господь придумал слёзы?

– Если ты думаешь, что я не видел их раньше, то ошибаешься. Я помню наизусть буквально каждый сантиметр твоего тела.

У меня и раньше были растяжки, однако в отличие от тех, что появились во время беременности, они мне даже нравились. Они были тонкими и белыми и неплохо смотрелись на моей загорелой коже. Эти же… отличались.

– Эти новые, и они не такие, как те, к которым ты привык.

– Где? Покажи мне.

Я обняла себя за дрожащие плечи, боясь показаться ему. Раскрыться перед ним.

– Амелия, – выдохнул он, смягчив тон. – Ты боишься, что я что?

– Я ничего не боюсь, – быстро проговорила я.

– Отлично, тогда покажи мне.

Показать ему?

Хорошо, я покажу.

Сама виновата. Не нужно было давить на него. Он не настаивал, а у меня было время привести себя в форму. Теперь же Сантьяго хотел увидеть меня.

– Вот. – Я указала на правый бок с синеватыми полосами. – Вот. – Затем ткнула пальцем на внутреннюю сторону левого бедра. – И вот. – На грудь, которая выросла и перестала помещаться в старые бикини. – Ещё здесь. – Немного под коленями. – И здесь. – И также на руках. – Доволен?

Мои щёки пылали от стыда. Я снова отвела взгляд в сторону.

Я не могла винить во всём этом беременность. Просто кому-то надо контролировать аппетит.

Сантьяго долго молчал. Мне захотелось оттолкнуть его и убежать. Спрятаться где-нибудь, пока я не вернусь к той Амелии, от которой он не мог оторваться. К той Амелии, отражение в зеркале которой нравилось мне самой.

Я сжала кулаки, держа себя в руках и не поддаваясь порыву.

И спустя какое-то время вместо сотен вариантов ответов Сантьяго спросил… это:

– Как долго Талия будет сидеть с нашей дочерью?

Что?

– Пока мы не вернёмся.

– Пока мы не вернёмся? – переспросил он, расплываясь в довольной улыбке. – Значит, время не ограничено?

– Так, – растерянно подтвердила я.

– Значит, я могу не торопиться, – медленно развязывая узелки моего бикини, решил он.

А… О…

Я задержала дыхание, наблюдая за тем, как сначала низ, а затем и верх моего купальника падают на песок, оставляя меня абсолютно голой перед ним.

– Блядь, – выругался муж, не отрывая глаз от моего тела. – Как ты можешь считать это некрасивым?

Просто. Потому что так оно и есть. Я не придумала себе проблему. Возможно, Сантьяго и принимал мои изменения, но факт оставался фактом. Моё тело больше не то, что до беременности. Я прекратила ездить на велосипеде, приостановила тренировки по верховой езде и ела бокадильо не только на завтрак, что сказалось на том, как теперь выглядит моё отражение в зеркале.

Сантьяго опустился на колени, удивив меня, и я инстинктивно сжала бёдра, между которыми больше не виднелось просвета, когда я держала их вместе. Ещё и это… Господи!

Он посмотрел на меня снизу вверх.

– Раздвинь их. – Его пальцы впились в кожу на внутренней стороне моего бедра. – Я хочу увидеть то, что чувствую.

Я была мокрой. Конечно, была. Невозможно чувствовать себя иначе, когда твой муж – загорелый, практически двухметровый итальянец с шикарным телом, татуировками и карими глазами.

Иногда – всегда — я завидовала самой себе.

Послушавшись его, подвинула левую ногу в сторону, и Сантьяго закинул её себе на плечо. Он глубоко вдохнул. Веки затрепетали, а затем его голова так внезапно оказалась между моих бёдер, что я даже не успела отреагировать.

Дрожь прокатилась по телу, когда его язык щёлкнул по клитору. Один раз. Два. Три. Мои глаза закатились от наслаждения.

– О…

– Здесь всё как прежде, – дал знать Сантьяго, облизывая меня. – Так же невероятно. Блядь, твой вкус снился мне.

Он застонал, погрузив язык между моих складок.

– Сантьяго, – захныкала я.

Голова закружилась. Звезд, украшающих ночное небо, стало в разы больше. Я бы ни за что на свете не доставила себе такого удовольствия без помощи этого мужчины. Это просто невозможно. Он делал своим языком что-то восхитительное, из-за чего каждый мускул в моём теле сжимался от наслаждения. Я зарылась пальцами в его кудрявые тёмные волосы, царапая кожу головы.

Сантьяго Риверо жадно, но в то же время осторожно ел меня.

Эти непристойные звуки заполнили собой всё вокруг. Мои щёки запылали от мысли, что кто-то мог услышать нас. Его. То, как он любит меня.

Я застонала, когда почувствовала пришествие долгожданного оргазма. Мышцы внизу живота напряглись, но я не получила желаемого, так как Сантьяго внезапно остановился.

Я была готова накричать на него за это.

– Я родила тебе дочь, – на всякий случай решила напомнить я. – Оргазм – меньшее, что я заслуживаю.

Он засмеялся.

Ему смешно?

– Мой рот безусловно очень хорош, Zorra, – поднимаясь с колен и снова возвышаясь надо мной, произнёс Сантьяго. – Но он – не совсем то, что тебе нужно, так ведь?

Да, я хотела его член больше всего, но всё остальное было ни чуть не хуже. Мой муж умел пользоваться своим телом.

Я успела лишь облизнуть губы и вздохнуть перед тем, как он с легкостью, словно не ощущая лишних килограммов, которые отказывались уходить, оторвал меня от земли.

Из-за этого я снова почувствовала себя неловко. Скоро Сантьяго почувствует, как я изменилась. Когда-то он мог носить меня на руках часами, даже не останавливаясь для передышки, а теперь…

Я тяжелее, чем раньше.

– Даже не думай, – предупредил он.

– О чём?

– Не знаю, Амелия, но выражение твоего лица не нравится мне. Поэтому чем бы оно ни было, не думай об этом.

Голос в моей голове поддержал его:

Да! Хватит! Ты красивая! И сексуальная! И у твоего мужа стоит по утрам, потому что ты прижимаешься к нему на протяжении всей ночи. Муки обходят его стороной только днём, пока он торчит на работе, ведь по вечерам ему приходится стоять в холодном море, чтобы не наброситься на тебя перед сном, хотя он даже не умеет плавать.

Estúpido!

– Хорошо, – ответила я, прислушавшись к ним обоим.

Сантьяго улыбнулся и крепко поцеловал меня.

– Хорошая девочка. – Он щипнул одну из моих ягодиц, за которые придерживал меня, прижимая к себе на пути к…

– Куда ты меня несешь?

– Туда, где ты трахнешь меня.

Я обняла Сантьяго за шею и потёрлась киской о низ его твёрдого живота, пытаясь хотя бы немного ослабить давление, которое образовалось из-за предвкушения.

– Не терпится почувствовать меня внутри? – хмыкнув, довольно спросил он.

– Да, – прошептала я, поцеловав его челюсть и вырвав ещё один стон из его горла. – Мы уже близко?

– Практически на месте.

Всего полминуты спустя Сантьяго остановился посреди пляжа, внушительная часть которого была огорожена и принадлежала вилле Риверо, и опустился на песок вместе со мной. Его руки всё ещё прижимались к моей заднице, а член лежал прямо под ней.

Как хорошо, что окна спальни, в которой находились Талия и Сиа, выходили на двор с другой стороны. Никто не мог увидеть нас.

Сантьяго не позволил бы кому-то увидеть меня.

Хоть большую часть времени он выступал в роли самого добродушного мужчины, которого я когда-либо знала, его ревнивая сторона иногда давала о себе знать. Мне особенно нравился наш секс после того, как я напоминала ему, что я счастлива быть замужем за ним и больше не иметь дела с ублюдками, называющими себя мужчинами. И я подкрепляла свои слова, объезжая его как профессиональная наездница.

Его любимая поза.

Нынешняя ситуация тому доказательство.

– Надеюсь, ты не потеряла навыки верховой езды, – прохрипел Сантьяго, устраивая меня на себе. – Хочу видеть, как твои красивые сиськи трясутся, пока ты трахаешь меня.

Моя самооценка не зависела от его мнения, но его комплименты, взгляды и прикосновения безусловно подкрепляли её.

– Или хочешь вытаскивать песок из своей задницы после того, как мы закончим?

Я засмеялась, мотая головой.

Даже в такой напряженный и горячий момент он смог вытянуть из меня улыбку. Сантьяго Риверо – настоящее чудо.

– Готова, Zorra?

Едва получив кивок в ответ, он проскользнул в мою киску. Мы синхронно застонали, замерев на мгновение, прежде чем начать двигаться.

Это ощущалось иначе, чем все наши предыдущие занятия сексом.

Словно я вновь лишилась девственности.

Но теперь это было с ним.

С мужчиной, которого волновали мои ощущения во время процесса. Которого я любила и который любил меня.

Это всегда должен был быть он.

Если бы он не наблюдал издалека так долго, всё могло сложиться совсем по-другому. Однако мне нравилась наша история. Я бы не хотела ничего в ней менять. Главное, что мы были вместе.

Сейчас.

И навечно.

Сантьяго перестал делать толчки, поднимая бёдра навстречу моим, но я продолжила, не желая останавливаться.

– Давай, – он шлёпнул меня по бедру, – скачи на мне.

– Сантьяго!

Его губы набросились на мои. Мы жадно целовали друг друга, и его руки стали поочередно сжимать мою талию, грудь и задницу, словно он не мог насытиться мной и хотел меня всю разом.

– Эта киска сжимает меня так, будто не собирается выпускать, пока не получит всё до последней капли.

Да, он ощущался так приятно, что одного раза мне не хватит. Я слишком соскучилась по тому, как быть наполненной им.

Рот Сантьяго опустился к моей груди, и язык стал осторожно играть с твёрдым соском, перекатывая его из стороны в сторону. Я была особенно чувствительна в этой зоне в последнее время, по этой причине кожа покрылась мурашками от наслаждения и сладкой пытки.

– Они стали больше, – невнятно, потому что его рот был занят мной, произнёс Сантьяго. – Мне нравится.

У меня не было сил отвечать ему. Я просто скакала на нём, как он и велел мне. Оргазм приближался с каждым новым толчком и шлепком ягодиц о его бёдра. Мне захотелось кричать, когда Сантьяго укусил меня за шею прямо рядом со шрамом, вытягивая из меня удовольствие.

В животе разлилось тепло. По ногам пробежала дрожь. Хорошо, что сильные руки держали меня, иначе я бы свалилась на песок. Я обмякла, а Сантьяго пришлось сделать ещё несколько толчков самостоятельно, чтобы кончить вслед за мной. Он стонал моё имя, взрываясь внутри меня:

– Амелия!

Мы обняли друг друга, постепенно приходя в себя. Сердце стучало в ушах. Меня будто поглотило пламя. Сантьяго прижался своим лбом к моему, тяжело дыша, и наши губы легко соприкоснулись, заставив нас улыбнуться.

Я так любила его. Наверное, он даже не понимал насколько. Слова были так ничтожны для описания моей любви. Мне бы не хватило написать и тысячи книг, чтобы в полной мере выразить свои чувства по отношению к нему.

Когда мы успокоились, я поцеловала Сантьяго, снова украв его дыхание.

Мне не хотелось делить его с остальным миром.

Мой Калабрийский Король.

Мой любимый Idiota.

Мой муж.

Мой.

– Я люблю тебя, – напомнил Сантьяго. – И твое тело. – Его ладони соскользнули с моей талии к бёдрам, поглаживая пострадавшие участки кожи.

Его прикосновения были такими нежными, что это заставило меня усомниться в реальности, ведь ещё недавно он оставлял красные следы на тех же местах, шлёпая меня.

– Спасибо, – прошептала я, и уязвимость, которую я ненавидела, но могла проявить перед своим мужем, читалась в тоне.

– Спасибо? – переспросил он. – Тебе спасибо, что позволяешь мне трогать это горячее тело.

Сантьяго продолжил свои ласки, вероятно, думая, что расслабляет меня, но это только завело меня по новой.

– Ещё я позволяю тебе целовать его.

– Да? – усмехнулся он, припадая губами к моей шее. – Что ещё?

Кажется, моим нервным окончаниям хватило нескольких минут, чтобы восстановиться. Что ж… Кто я такая, чтобы отказывать им в удовольствии?

Я протянула руку назад, сжала член Сантьяго и направила его в себя, вырывая по стону из нас обоих, когда его головка вновь проникла внутрь моего влагалища.

– Трахать его.