Я визжала, пытаясь скрыться от потока воды.

Одежда уже насквозь промокла, но Дэниел продолжал гоняться за мной вокруг машины со шлангом в руках.

Мы хорошо провели несколько дней в лесничем домике Неро и решили, что пришла пора возвращаться в город. Время близилось к ночи. Мойка, на которую мы заехали по дороге, была пуста, если не считать нас. Свежий воздух тут перемешался с запахом бензина, и я вдыхала поглубже, желая насладиться этим.

– Прекрати! – прокричала я.

– Что-что? – будто не расслышав меня, громко переспросил мужчина.

– Прости! – смеясь, исправила.

Двумя минутами ранее, дождавшись, когда Дэниел будет занят настолько, что не сможет одновременно с этим следить за мной, подкралась с противоположной, от той в которой ранее мыла машину, стороны и обрызгала его водой, мечтая посмотреть, как мокрая футболка облепит его мускулистую грудь.

Кто знал, что у него так легко получится вырвать шланг из моих рук! И… мокрой по итогу окажусь я.

Хотя мне всё-таки удалось совершить шалость, поэтому всё время, пока убегала, желание остановиться, чтобы поглазеть на него, не отпускало меня.

Чёрная футболка обтянула косые мышцы на боках мужчины, его татуировки на руках блестели под светом фонарей, и немного капель задержались на шее, так и подзывая меня слизать их.

Проводить с ним время было весело и…

Увлекательно.

Утром, днём и ночью.

Только всё равно не так, как я того хотела. Однако всякий раз, когда мы заканчивали с оргазмами, принесёнными руками и губами, на большее у меня сил уже не было. Дэниел падал рядом со мной и мы засыпали, чаще всего принимая душ уже после короткого сна.

Пока я вспоминала дни, проведённые наедине с ним, поток воды внезапно перестал биться о спину. Я остановилась, потеряв мужчину из виду, и обернулась.

– Дэниел?

– Да, Сирена? – шепот обжёг мочку моего уха.

Мужчина закрутил меня, и уже через мгновение я ударилась о бок машины, прижатая к нему телом мужчины. Он всё ещё держал шланг, вода без остановки проливалась на асфальт под нашими ногами, но мы смотрели только друг на друга, пытаясь отдышаться.

– Теперь нам придётся ждать, пока я не высохну, чтобы отправиться домой.

Дэниел мог просто снять футболку, чтобы не намочить кресло, в моём же случае так не выйдет. Хотя то, как он опасно прижимался ко мне, должно быть уже сделало его не менее мокрым, чем меня.

Я хотела посмотреть.

– Я могу просто раздеть тебя.

Я стала улыбаться, но когда мужчина кинул шланг на асфальт, ухватился за собачку на моей шее и медленно повёл ей вниз, расстёгивая кожаную черно-синюю куртку, под которой ничего не было, перестала.

И под «ничего» я подразумевала совсем ничего.

Дэниел распахнул подолы в стороны, оголил грудь и, не разрывая зрительного контакта, опустил голову.

– Ты замёрзла?

Я понимала, что он был возбуждён, когда хрипел на уровне со мной. И это будоражило моё нутро.

– Дэниел, – вздохнула я, закатив глаза, когда мужчина обвёл языком один из затвердевших сосков.

– Ты обещала никому не рассказывать, – причмокивая, напомнил он.

Я засмеялась, сжимая бёдра от давления, нарастающего между ними. Хотелось вылезти из своих насквозь промокших джинсов, чтобы прохлада успокоила разгорячённую кожу, а затем губы Дэниела вернули её в прежнее состояние.

Он переместился от одной груди к другой, мучая меня.

– При условии, что ты будешь хорошо себя вести, – меняя правила, на протяжном выдохе, больше похожим на стон, произнесла я.

– Ммм, нет, – мужчина прикусил немного кожи, посасывая её, наверняка оставляя свой след. – Тогда сегодня ночью тебе придётся довольствоваться ужином.

– Так нечестно!

– Правда? – нагло поинтересовался он. – Я думал, мы против правил.

«Мы против правил» звучало идентично «мы вдвоём против всего мира».

В доме наедине друг с другом мы вели себя, как и полагалось двум возлюбленным – страстно, но как только выходили на улицу, происходило что-то, что нельзя было поместить в рамки обычной страсти. Мы были готовы заживо поглотить друг друга.

Однако ни одному из нас не нравилась идея, что кто-то мог подглядывать. Только мы не думали, что находились в общественном месте, когда нападали, не советуясь с голосом разума.

Мне постоянно хотелось целовать его.

Трогать его.

Чувствовать его взгляд на себе.

Дэниел выполнял все мои прихоти и мне даже не приходилось говорить ему о них, будто он был в моей голове. Или наши желания настолько пересекались, что он просто делал то, чего сам хотел.

Но факт оставался фактом – рядом в любой момент мог оказаться кто угодно, а мне не хотелось, чтобы кто-то, кроме него, видел меня в таком виде. Запыхавшуюся, полуголую и жаждущую немедленного продолжения.

Или что ещё хуже – сохранил этот вид не только в своей голове, но и на карте памяти.

– Дэниел, – я попробовала оттолкнуть мужчину, но это было похоже только на жалкую попытку оторвать его губы от себя. – Камеры…

В углу прямо над нами висела небольшая купольная камера слежения, на которую мы оба не обратили внимание, пока Дэниел не заставил меня запрокинуть голову от тяготы его пыток.

– Они выключены, – сообщил он.

– О…

Я прищурилась и, правда, красное свечение индикатора отсутствовало.

– Думаешь, я бы стал делиться этим видом?

Он отпустил мою грудь, выпрямляясь на месте и не отводя от меня своих глаз. Однако его большие ладони быстро заменили рот, и мужчина принялся массировать мягкую плоть и щипать соски, заставляя меня прерывисто вдыхать и выдыхать.

Губы приоткрылись, требуя поцелуя. Дэниел тут же наклонился и сделал это. Его язык стал играться с моим. Мы выпустили по стону прямо в рот друг другу.

Я отчаянно хотела вернуться в домик, потому что в квартире нас ждали Деметрио и Арабелла, которые не ни при каких обстоятельствах не допустят того, чтобы через стенку их брат трахал меня.

Одна из рук Дэниела больше не касалась меня, и я подумала, что он проскользнёт ей под резинку моих джинс, но вместо этого уже через секунду и вторая его рука перестала трогать меня.

Я протестующе укусила его за губу, получая в ответ ухмылку, которая не прервала поцелуй, а затем почувствовала, как грудь снова сжимается под кожей, потому что он застёгивает куртку.

– Это всё?

– Ты когда-нибудь устаешь? – поцелуи перешли к моей челюсти и шеи, пуская мурашки по затылку.

– Начинаю после первого оргазма.

Дэниел тихо засмеялся, и я улыбнулась, когда вспомнила, что мы ни разу не заканчивали после одного, продолжая испытывать друг друга до тех пор, пока не валились с ног.

– Я бы с радость раздел тебя, Талия, – шепотом мне на ухо признался мужчина. – Но не сделаю этого.

– Почему?

Он застегнул куртку до самой шеи, щёлкнув замком под подбородком.

– Потому что я не делюсь твоими видами, – напомнил. – А тут имеются зрители.

Дэниел кивнул в бок и я перевела взгляд на будку, которая ранее, как я думала, пустовала, однако сейчас лицо охранника чуть ли не вжималась в окно от любопытства, подглядывая за нами.

– Он…? – взволновалась я, забыв о сказанном им ранее.

Грозный ответ не заставил ждать:

– Конечно, нет.

Подняв глаза на мужчину, возвышающегося надо мной, сглотнула.

– И как мы поступим?

Он посадит меня к себе на колени, чтобы не испортить обивку салона? Если сейчас он скажет, что ему всё равно на свою машину, то я просто не позволю…

– Я переоденусь, а ты сядешь на меня, – перебив поток моих мыслей, рассказал Дэниел.

Рот слегка приоткрылся от представления того, как это будет выглядеть. Очень заманчиво.

– Тогда ты снова станешь мокрым.

– С тобой мне не привыкать.

Господи! Я закрыла лицо ладонями, смеясь.

– Когда перестанешь делать вид, что не подумала об этом раньше меня, пожалуйста, открой багажник, – наклонившись ко мне, тихо и с улыбкой произнёс он.

Я сразу убрала руки, действительно начиная думать, что он имел суперспособности, после чего оттолкнулась от машины, когда Дэниел уже стал отходить, и открыла дверь.

– Только… не поворачивайся к нему задницей, – предупредила. – Я тоже не жажду делиться твоим видом.

Грудь мужчины затряслась, когда он кивнул мне.

Я пролезла в салон, аккуратно оперевшись на одно колено, чтобы ничего не намочить и нажала на кнопку. Послышался звук открывающегося багажника, однако я не вылезла обратно, собираясь попялиться на Дэниела, потому что моё внимание привлёк ключ, с шейки которого слезал синий лак.

От чего он? Дэниел носил его в связке с ключами от машины, мотоцикла, квартиры Каморры, дома Неро и ещё несколькими ничем не отличающимися друг от друга.

Уинтер потянулась на заднем сидении, продолжив спать, и я мельком глянула на неё, а когда собиралась вернуть взгляд к ключу, случайно посмотрела в зеркало заднего вида, висевшее над лобовым стеклом.

Дэниел уже переодел штаны, которые намокли из-за того, как сильно он прижимал меня к себе, и застёгивал ремень. Закончив с ним, мужчина схватился за края своей футболки и стянул её с себя. Его грудь и живот блестели от остатков воды, заставляя татуировки переливаться на свету.

– Талия?

Я затрясла головой, возвращая себя на землю.

– А?

Затем, выпрямившись, обернулась.

Дэниел натянул на себя сухую точно такую же черную футболку и смотрел на меня. Потом подошёл ближе, помог мне выжать волосы и устроился на водительском месте, похлопывая себя по бёдрам.

– Едешь?

– Нет, – поддразнила. – Останусь здесь, чтобы радовать глаз охраннику.

Мужчина резко схватил меня за руку и потянул на себя. Я упала внутрь машины, приземлившись к нему на колени, и пропустила смешок.

– Ты… снова мокрый, – проинформировала его, когда наши губы стали разделять считанные сантиметры.

– Ещё с тех пор, как только твоя задницу торчала из салона.

Было сложно постоянно не улыбаться в компании его.

Дэниел захлопнул дверь и устроил меня на себе так, как ему нужно. И то было удобно для меня, но для него…

– Я буду мешаться тебе.

– Ммм, нет.

Он взял мои ладони в свои и положил их на руль, а сам устроил свои ступни около педалей.

– Будешь помогать.

Он – скорость. Я – направление.

Мы выехали с мойки, будучи идеальным тандемом, который совсем немного выходил за рамки правил дорожного движения. В салоне тихо играла музыка, Уинтер перебралась вперёд и сидела у меня на коленях, прыгая кверху, и всё было хорошо, пока телефон на консоли не запищал.

Дэниел незамедлительно принял звонок.

– Да?

Я расслышала женский голос на другом конце трубки, однако не смогла различить его. Кто там?

Мужчина кинул телефон на пассажирское сидение ещё до того, как она закончила говорить с ним, положил свои руки поверх моих на руле и резко развернул машину через две сплошные, из-за чего я упёрлась боком в дверь. Со всех сторон послышались сигналы, но Дэниел не обратил на это никакого внимания, выжимая педаль газа.

– Что случилось?

– Деметрио, – только и ответил он.

***

Наша машина со свистом остановилась в неизвестном мне районе. Красно-зелёная подсветка по крыше и окнах длинного, но невысокого здания била по глазам и создавала ощущение не самого приятного места. Фары освещали асфальтированную дорогу, вход с заднего двора и двух людей перед ним.

Мы с Уинтер сидели на пассажирском сидении, перебравшись на него сразу после звонка, перевернувшего сегодняшний день, поэтому Дэниел вылетел из машины, едва поставив её на ручник, и я, оставив котёнка внутри, последовала за ним.

Но успела сделать лишь пару шагов прежде, чем остановиться, ужаснувшись от увиденного.

Они были ранены?

Деметрио стоял на коленях. Его руки, белая рубашка и нижняя часть лица были не просто покрыты кровью, а залиты ей. Он держался за голову, пачкая в ней свои светлые волосы, и дрожал всем телом, не раскрывая глаз, когда Арабелла трясла его за плечи.

Сама девушка выглядела ни чуть не лучше. Её платье было разорвано в нескольких местах, волосы, всегда выглядящие идеально, разлохмачены, а кровь струйками стекала к локтям и капала в общую лужу, образовавшуюся между ними.

– Очнись, Cucciolo! [с итал. Щенок] – кричала она.

Щенок. Щенок. Щенок.

Я перестала дышать, наблюдая за этим.

– Что с ним? – спросил Дэниел, опускаясь на колени прямо перед ними.

– Он меня не слышит, – дрожащим голосом, так сильно не похожим на её привычный тон, произнесла девушка.

Арабелла продолжала трясти Деметрио и давать ему пощёчины, пытаясь привести в себя, но все попытки, казалось, были тщетны, словно разум покинул его тело и никто, как бы не старался, ничего не мог с эти поделать.

Это выглядело… больно.

Моё сердце сжалось.

Но я не стала подходить ближе.

– Деметрио? – осторожно спросил Дэниел, оказываясь на месте девушки, когда она отодвинулась в сторону.

Арабелла Делакруз выглядела потеряно. Напугано. Страх и ужас охватили её тело. До этого момента я не думала, что это возможно.

– Дэниел?

Деметрио открыл глаза, уставившись на брата перед собой.

– Это я, – спокойно ответил он ему, хотя я видела подрагивание в его руках.

– Ты был здесь?

Мужчина, незаметно для Деметрио, махнул в сторону машины, и Арабелла быстро поднялась с колен, следуя его инструкции.

Я проследила за тем, как она подбежала к багажнику, недолго порылась в нём и вернулась обратно к своим братьям, держа в руках то, за чем, вероятно, Дэниел послал её найти.

Он продолжил успокаивающе гладить Деметрио по спине, шепчась с ним о чём-то, что я не могла расслышать, как бы не старалась.

Арабелла передала ему шприц. Он снял с него колпачок, откидывая его в сторону, и сразу вогнал иглу в ягодичную мышцы. Парень, казалось, даже не почувствовал этого.

Я не замечала, чтобы люди боялись Деметрио.

Скорее они опасались его, как надвигающейся бури, которая в любой момент могла поглотить их. Но я не испытывала ни капли отрицательных эмоций в компании с ним. А эти люди… они будто знали больше меня или видели его насквозь, что было невозможно, потому что вот он – насквозь. И таким его знает только его семья.

– Они не тронули тебя? – невнятно, словно его горло было забито чем-то, спросил он.

– Никто не трогал меня, Деметрио, – успокоил его Дэниел. – Я был с Талией.

Парень открыл глаза и поднял голову, чтобы посмотреть на меня. На его лице была выписана надежда на то, что слова Дэниела были правдой. И я кивнула, подтверждая это.

– Спасибо, – прошептал он мне.

«За что?» – пронеслось в моей голове. Но я не произнесла этого вслух. Щёку жгло от взгляда Арабеллы, однако это длилось недолго, потому что мужчина уже отпустил своего младшего брата, и сестра заменила его, продолжив стоять рядом.

Дэниел, поглядывая в сторону Деметрио, подошёл ко мне.

– Ты говорил, что вы не убиваете ради удовольствия, – тихо от ужаса, переполняющего моё нутро, напомнила я ему.

– Посмотри на него, – мужчина кивнул себе за плечо. – Думаешь, ему весело?

Нет… Конечно, нет. Однако, что произошло здесь на самом деле было неизвестно мне.

– Там не было людей, Талия.

Мои глаза бегали от него к Деметрио и Арабелле, которые больше выглядели, как пострадавшие, нежели нападавшие.

Но что тогда с теми, кто внутри здания?

Дэниел попытался развернуться, чтобы пойти и проверить это, но я схватила его за кисть, удерживая на месте.

– Нет. Вдруг там кто-то есть.

– Поверь мне, – он наклонился, чтобы поцеловать меня в лоб. – Внутри не осталось живых, – его шепот заставил меня вздрогнуть. – Оставайся здесь.

Я дождалась, когда он подойдёт ко входу, но едва успела шагнуть вперёд, когда Дэниел, словно зная, что я всё равно последую за ним, остановился и посмотрел на меня через плечо.

– Не иди за мной, – со всей строгостью, на которую был способен, произнёс он.

После чего мне осталось только смотреть на то, как мужчина исчезает внутри. Сердце забилось быстрее, чем на мойке. Только не от чего-то приятного, а от опасения за всех, кто здесь находился.

Не желая накручивать себя, отвернулась от двери и заметила, что Деметрио всё ещё стоял на коленях, но девушка оставила его, отойдя в сторону.

– Деметрио? – обеспокоено позвала я.

– Не трогай его, – Арабелла резко схватила меня под локоть, останавливая, когда я решила подойти ближе.

Кровь с её ладони отпечаталась на моей коже и я поморщилась, вырываясь из хватки, но больше не приближаясь к что-то шепчущему себе под нос парню.

Деметрио крепко сжимал крест в своей ладони, его губы быстро двигались, произнося слова, которые мне не удавалось разобрать, а подбородок смотрел вверх.

– Что он делает? – шепотом спросила я.

Арабелла искоса недоверчиво глянула на меня, словно мы с ним не были настолько близки, чтобы она рассказала мне об этом, но всё же ответила:

– Молится Святой Деборе.

Он рассказывал, что его мама верила в Бога. Но сам Деметрио никогда не говорил, что придерживался той же веры, что и она, потому что он верил в неё. Она и есть Святая Дебора в его представлении?

Мы обе следили за Деметрио. За его головой приподнятой к небу, закрытыми глазами и лицом омытым кровью.

– Что там случилось? – сглотнув, решила узнать я.

Арабелла повернула голову в мою сторону, прищурилась и, возможно, собиралась сказать мне, однако Дэниел, вышедший из здания, не дал ей такой возможности.

Она тут же отвернулась обратно и направилась к Деметрио, который опёрся ладонями об асфальт, тяжело дыша.

Дэниел остановился напротив меня и заправил мои волосы за уши, как постоянно делал, но как только его большой палец коснулся виска, он поморщился, после чего сразу оторвал от меня свои руки и вытер их об джинсы.

Я коснулась того самого места и вляпалась в кровь, на которую мне даже не пришлось смотреть, чтобы понять, что это была она.

– Что теперь будет?

– Поезжай с Арабеллой, – Дэниел не приказывал мне… он просил. – Она объяснит тебе, что делать.

– Но я хочу остаться с тобой.

Он выглядел, как Деметрио, только пока почти не был испачкан кровью, стоял на своих двоих и мог говорить.

– Талия… – мужчина посмотрел в бок, будто не мог подобрать слов.

– Дай мне заглянуть внутрь и я уеду с ними.

– Нет, – отрезал он.

– Почему? Что там?

– Пожалуйста.

Одно слово и интонация, с которой оно слетело с его губ, заставили меня заткнуться. Я до боли прикусила щеку изнутри, стараясь подавить внутреннюю дрожь.

– Я поведу, – не оборачиваясь, предупредила всех.

Арабелла уже тащила Деметрио в конец улицы, где стояла его машина. Дэниел проводил их взглядом, взял моё лицо в свои ладони и поцеловал. Мягко.

– Спасибо.