Родригес использовал фары, но не сирену, чтобы ускорить их поездку в больницу. Бэллард же воспользовалась этими минутами для того, чтобы позвонить своему лейтенанту домой и сообщить ему последние новости. Дерек Робинсон-Рейнольдс, начальник голливудских детективов, ответил сразу же, отправив Бэллард смс-сообщение с просьбой сообщить последние новости.

— Бэллард, я ожидал услышать тебя раньше, чем сейчас.

— Извини, Л-Т[6]. Нам нужно было поговорить с несколькими свидетелями, прежде чем мы смогли разобраться с этим делом. Я также только что узнала, что наша жертва умерла.

— Тогда мне придется вызвать Западное Бюро. Я знаю, что они уже работают полным составом над вчерашним убийством.

Убийствами занималось Западное бюро. Робинсон-Рейнольдс был готов передать расследование, но знал, что его коллега из убойного отдела Западного бюро без радости примет его.

— Сэр, вы, конечно, можете это сделать, но я еще не определила, что это за дело. В полночь было много людей, стрелявших из оружия. Не уверена, что это – случайность или умысел. Сейчас я отправляюсь в больницу, чтобы осмотреть его.

— А никто из свидетелей этого не видел?

— Не те свидетели, которые остались. Они просто видели жертву на земле. Все, кто видел, как это произошло, разбежались еще до того, как на место прибыли полицейские.

Наступила пауза, пока лейтенант обдумывал свои дальнейшие действия.

Они находились в квартале от больницы. Бэллард заговорила раньше, чем Робинсон-Рейнольдс ответил.

— Позволь мне начать, Л-Т.

Робинсон-Рейнольдс молчал. Бэллард изложила свою версию.

— Западное бюро работает по принципу "беру два"[7]. Мы же еще даже не знаем, что это было такое. Позволь мне оставить дело, и мы посмотрим, что будет утром. Я тогда тебе позвоню.

Лейтенант наконец заговорил.

— Не знаю, Бэллард. Не уверен, что хочу, чтобы ты была там одна.

— Я не одна. Я с Лизой Мур,помнишь?

— Да, да. Сегодня ничего нет?

Он спрашивал о Полуночниках.

— Пока нет. Мы сейчас въезжаем в Голливуд Прес. Семья жертвы уже здесь.

Это подтолкнуло Робинсона-Рейнольдса к принятию решения.

— Ладно, я воздержусь от Западного бюро. Пока что. Держи меня в курсе независимо от времени, Бэллард.

— Принято.

— Хорошо.

Робинсон-Рейнольдс отключился. На телефон Бэллард пришло сообщение, когда Родригес остановился за машиной Бэллард, оставленной Мур в отсеке для машин скорой помощи.

— Это был Дэш? — спросил Родригес. — Что он сказал?

Он использовал сокращенное имя Робинсон-Рейнольдса, которым большинство сотрудников отдела называло его, когда не обращались к лейтенанту лично. Бэллард проверила сообщение. Оно было от Мур:

Здесь не говорят по-английски.

— Он дал нам зеленый свет, — сказала Бэллард.

— Нам? — спросил Родригес.

— Вероятно, ты мне тоже здесь понадобишься.

— Сержант Байрон велел мне в два счета вернуться.

— Сержант Байрон не отвечает за расследование. Отвечаю я, и ты со мной, пока я не скажу иначе.

— Понял, если только ты ему скажешь.

— Обязательно.

Бэллард нашла Мур в приемной скорой помощи в окружении группы плачущих женщин и одного подростка. Семья Раффа только что получила плохие новости о своем муже и отце. Жена, три взрослые дочери и сын в разной степени проявляли шок, горе и гнев.

— О, Боже, — сказал Родригес, когда они подошли.

Никому не нравилось вмешиваться в травму, которую приносит неожиданная смерть.

— Я слышала, ты хочешь когда-нибудь стать детективом, Ви-Род, – спросила Бэллард.

— Да, черт возьми, — ответил Родригес.

— Хорошо, я хочу, чтобы ты помог детективу Мур опросить семью. Не просто переводи. Задавай вопросы. Какие-нибудь известные враги, его связь с Лас-Пальмас, кто еще был в магазине сегодня вечером. Узнайтеимена.

— Хорошо, а что насчет тебя? Где…

— Мне нужно осмотреть тело. Тогда я присоединюсь к вам.

— Понял.

— Хорошо. Сообщи детективу Мур.

Бэллард отделилась от него и пошла к стойке регистрации. Вскоре ее привели в медпункт, который находился в центре отделения скорой помощи. Его окружали многочисленные смотровые и процедурные кабинеты, разделенные занавесками. Она спросила у медсестры, не перенесли ли еще тело жертвы огнестрельного ранения из процедурного кабинета, и ей ответили, что больница ждет, когда его заберет бригада судмедэкспертов. Медсестра указала ей на закрытую занавеску.

Бэллард отодвинула пастельно-зеленую занавеску, вошла в помещение для осмотра на одну койку и закрыла за собой занавеску. Тело Хавьера Раффы лежало на кровати лицом вверх.

Его не пытались накрыть. Его рубашка — синяя рабочая рубашка с его именем на овальной нашивке — была расстегнута, а на груди виднелась мазь, вероятно, от электродов дефибриллятора, который использовался при попытке привести его в чувство. На коричневой коже груди и шеи виднелись беловатые пятна. Глаза были открыты, а изо рта торчало резиновое устройство. Бэллард знала, что его поместили в рот до того, как применили дефибриллятор.

Бэллард достала из кармашка на поясе пару черных латексных перчаток и натянула их.

Обеими руками она осторожно повернула голову мертвеца в поисках входного отверстия. Его волосы были длинными и вьющимися, но она обнаружила входное отверстие в верхней части затылка под волосами, покрытыми кровью. Судя по его расположению, она сомневалась, что там было выходное отверстие. Пуля все еще находилась внутри, что с точки зрения криминалистики означало разрыв.

Она перегнулась через кровать, чтобы внимательно рассмотреть рану. Она поняла, что та была получена от малокалиберной пули, и заметила, что некоторые волосы вокруг нее были опалены. Это означало, что оружие при выстреле держали на расстоянии менее фута. В волосах Хавьера Раффы она увидела крупинки сгоревшего пороха.

В этот момент Бэллард поняла, что это неслучайность.

Раффа был убит. Убийца воспользовался моментом, когда все взгляды были устремлены в полуночное небо, а вокруг раздавались выстрелы, чтобы поднести пистолет к голове Раффы и нажать на курок. И Бэллард поняла, что ей нужно это дело, что она найдет способ держать эту разгадку при себе, пока она не укоренится в мозгу слишком глубоко, чтобы ее можно было оттуда вытащить.

Она знала, что это может быть тем самым решением, которое ей нужно, чтобы спасти себя.