Теперь я знаю: обладать странными дневниками – тяжёлое бремя. Я навлёк на себя все возможные проклятия. Цапка следит за мной из каждого тёмного уголка.

И при свете дня иные ходят по улицам. Недавно я видел странного школьника лет тринадцати. Он выделялся из толпы чудаковатым поведением. Подросток оглядывал всё вокруг, как с непривычки, словно был чужим среди людей.

Я вспомнил о нектохетах, и школьник сразу уставился на меня, будто прочитал мои мысли. По его лицу поползла кривая улыбка и он произнёс: «Ты всё знаешь!»

За мной следят какие-то взрослые ребята, делая вид, что просто гуляют. Наверное, это правительственные агенты. Не они ли прошлой осенью вломились ко мне в дом и украли вещи из мира хумов?

За мной увязался ещё один воришка. Пионер с плюшевой головой. Я видел его в своём дворе. Может, он хочет забрать дневники?

Чувствуя, что мне осталось недолго, я рискнул и отправился на кладбище поездов, пролез в старый вагон и нашёл тетрадь на пружинах, о которой рассказывал Витя. Когда уходил, мне в след смотрела призрачная проводница.

Записи в тетради делали люди, пропавшие в поезде. Трудно в них разобраться. Я уже ничего не соображаю от постоянного напряжения.

Нужно передать кому-то свою коллекцию дневников. Чувствую, что мне скоро конец. Кто-то должен обнародовать записи. Пусть люди узнают правду. Эти твари боятся правды.