Мэр, 43 года

Насколько болен этот город? Хм, уж не меньше, чем я. Город выбрал меня, понимаете? И выберет меня еще раз.

Я тут проезжал мимо кладбища. Вижу – там пусто. Попросил остановить. Оказывается, это единственное место в городе, где я могу свободно прогуляться, не испугав детей и не дав десяток интервью.

На самом деле моя фамилия не Evil, а Awill. Газетчики переименовали меня после пресс-конференции, на которой я первый раз появился с пластиной. С тех пор меня иначе и не называют. А после победы мне даже табличку сделали с этим именем. Она у меня теперь всегда на столе. Мне нравится.

Я никогда не жду от людей ничего хорошего. Только плохого. Я избавлен от разочарований. А когда вдруг кто-то сделает что-то хорошее, я расцениваю это как приятный бонус.

Марагоджип и хорошая сигара. Такие у меня привычки. А на личную жизнь у меня нет времени. Двадцать лет назад я работал клерком. Мы занимались злостными неплательщиками. В основном это были штрафы за неправильную парковку, превышение скорости, ну и все такое. Полиция не могла справиться с потоком, а мы за свои проценты преподносили им нарушителей горяченькими. В мои обязанности входило «Первое посещение» – это когда человеку сообщалось, что у него есть возможность все заплатить или он садится в тюрьму. Тогда-то я и научился быть политиком, ведь если дело доходило до суда, нам причиталось гораздо меньше процентов.

Я люблю, когда на улице ноль. Вот-вот замерзнут лужи, и вода в них становится, как ртуть… С непривычки еще непонятно, что выдыхают люди, пар, или дым. Самое промозглое время. Еще не отвык от тепла.

Быть мэром – это давать интервью, присутствовать на открытиях торговых центров, сидеть с постным лицом на всяких заседаниях, посещать детские больницы и так далее. Иногда вся эта мишура занимает девяносто процентов рабочего времени.

Меня постоянно пытаются вылечить. Мои врачи уже свихнулись на методиках восстановления нервных волокон и чего-то там еще, но Франкенштейн не может выздороветь.

Когда мне говорят, что я должен думать о жителях города, я сразу же спрашиваю, о каких конкретно жителях и что конкретно я должен думать? Думать обо всех – это не думать ни о ком. Вы мне скажите четко, где проблема, и я займусь тем, чтобы избавить от нее город. А жители пусть сами о себе думают.

Когда мне брызнули кислотой в лицо, я вспомнил того персонажа из комиксов. Когда мне сделали эту пластину, я подумал: какая прекрасная была бы месть – назло им стать мэром. Пластина отличает меня от остальных. Они сами посадили меня в это кресло. Идиоты!

Зол ли я на того человека? Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха… Нет.