— И кто же тот, что вас так удивил? — спокойно спросил у неё.

— Змей Горыныч, — заговорщически выдала она, а Милава почему-то смотрела в сторону, будто пытаясь что-то скрыть.

Нет, всё-таки Голицына красивая, раз верит во всякую ерунду.

— Рэм, ты не смотри на Любомилу, как на дуру, я подтвержу её слова, хоть он и не приводил никаких доказательств, хотя и упомянул, что, если попросите, он откажет, поскольку слишком велик, что может повредить станцию, — вступилась за неё Воротынская.

— Да-да, он ещё сказал, что тоже с Земли, но не с нашей, а из этой вселенной. И по-русски говорил, — продолжила гнуть свою линию Голицина.

— Но история там шла совсем другим путём. А ещё нам рассказали, почему мы потеряли силу. Оказывается, ману выделяют не все звёзды, и потому во вселенной уровень её очень мал настолько, что мы не способны ею пользоваться, а вот пси вполне, — добавила к её словам Милава.

— Слушайте, вы же серьёзные дамы, а на такую ерунду повелись. Кто его знает, что тут за пси-моды водятся, а вы… Наверняка решил к вам так клинья подбить, — ответил им, обратившись к самой вероятной версии.

— Рэм, ты не видел его спутниц, а то бы не нёс такую глупость, — заявила мне Любомила обиженно.

— Кстати, он приглашал нас всех к ним, поболтать. Они тут проездом, даже не в соседнюю галактику, а их кластер. Местные же за пределы не летают. Пойдёмте, вы с ними познакомитесь, сами всё поймёте. Кстати, одна девушка дракона, а вторая эльфийка, но все они сейчас в человеческом образе, чтобы окружающих не смущать и не пугать, — вновь расширила её речь Воротынская.

Пришлось посмотреть девушкам внимательно в глаза. Нет, сознательно они не пытаются соврать или обмануть.

— С тем парнем действительно очень красивые девушки, — грустно добавила Тора, после чего тяжело вздохнула и посмотрела вверх.

Кстати, да, она же их сопровождала и должна была видеть этого трёхглавого змея.

— И как он тебе? — обратился к ней с вопросом.

— Внешность довольно заурядная, так что возникает серьёзный вопрос, как такие девушки оказались рядом с ним и совершенно не тяготятся его обществом. Так что есть вариант, что присутствует нечто, чего мы не видим, однако делает его уникальным, раз они спокойно сидят рядом с ним. Да и местные не жужжат, а похоже, даже опасаются, что про нас не скажешь. Но самое главное, мой дар на нём не работает никак… — дала своё описание кэтианка.

— Хм, всё чудесатей и чудесатей. Вы хотите сказать, что вероятность, что он действительно Змей Горыныч, есть? — всё ещё сомневаясь, спросил у девушек.

— Во всяком случае, представляется он как Агнимир Горынычев, и, если спрашиваешь напрямую, отвечает, пусть и обтекаемо, — высказала своё мнение Воротынская.

— Рэм, да пошли, от нас не убудет, а узнать можем многое, — энергично вмешалась Голицына.

Но пошли мы не сразу. Провожатого выпроводить надо было, без смертоубийства, даже если он очень будет настаивать, потом местных работников за хобот поймать, чтобы упаковали свои экзотические блюда, да и вообще…

* * *

— Здравствуйте, — поприветствовал я улыбчивого бугая совершенно неопределяемого возраста.

Сидели мы словно на каком-то пикнике за собранным в один, из множества мелких, столом. Нет, ничего пригласившая нас сторона из еды не заказала, так что не зря мы со своими туесочками. Так-то непонятно, во сколько обойдётся откушать в компании межгалактических путешественников. Да, когда взглянул на спутниц мужика, сразу все подозрения насчёт наших женщин отпали. Вряд ли с таким букетом в руках кто полезет на клумбу нарвать не самых шикарных цветов. Да, приходится признать… И да, его взгляд был говорящий, когда он понял, что старший в нашей банде я. Молодость, конечно, с возрастом проходит, но сейчас как раз тот случай, когда не успела…

— И вам доброго здравьица, — поприветствовал он в ответ.

После этого мы все помолчали. Не знал, что говорить, он просто на меня смотрел и не проявлял инициативы, как надеялся. Ведь он же зачем-то нас приглашал.

— Вы правда Змей Горыныч? — наконец, задал ему вопрос.

С чего-то же надо было начинать, так почему бы не с этого.

— Абсолютно, — не моргнув глазом ответил оно утвердительно.

— Что, тот самый⁈ — не удержался и уточнил.

— Не уверен. Ведь я не знаю, что за фольклор был у русских на Земле в вашей вселенной. Нет уверенности, что совпадения были достаточными. Да и опять же, с чем сравнивать, с настоящей планетой в настоящей Солнечной системе или виртуальной её копией. Но рискну предположить, что всё-таки не тот, ведь по меркам сроков нашей жизни стал им недавно, после того как женился. Да, это у меня от жены, подцепил, так сказать, почти как триппер, — на последней фразе он хохотнул.

Обе его девушки синхронно посмотрели на него недоумённо.

— Не обращайте на них внимания. Проблемы разного происхождения, да и жили мы в основном в разных этнокультурных общностях, — добавил он после.

— Э-э-э. Прямо даже в растерянности от такого ответа. Вроде вы и ответили на мой вопрос, но так… что тут как хочешь, так и думай, — высказал ему.

— Не обижайтесь. Просто хотелось ответить максимально точно, хотя и понимал примерно, о чём вы спрашиваете, поскольку мы всё же русские и есть между нами некоторая общность. Однако у меня нет понимания, насколько она велика, но исходя из наших понятий вежливости, не используя познание и потому довольно сильно ограничен, хотя мои возможности к восприятию мира и чрезвычайно превосходят ваши, предположительно. Вы ведь довольно интересны по своему внутреннему строению и уже очень сильно отличаетесь от обычного человека. Тут и полностью заменённая нервная система, и встроенный аналоговый компьютер, возможно даже с искусственным интеллектом. Хотя нет, если он там и присутствует, то в весьма зачаточном состоянии. Но со временем, вполне возможно, и разовьётся там ваша аналоговая копия. Множество радаров и других датчиков, позволяющих сильно увеличить стандартные каналы восприятия внешней информации. Укреплённый скелет и суставы, вживлённые усилители мышц. Потому и сказал, что предположительно. По местным понятиям вы весьма продвинутый КИ-мод, — наконец, он замолчал, прекратив меня сдавать моим спутникам с потрохами.

— Ха… ха. Ну вы, блин, даёте. Столько сказать и не сказать ничего, кроме того, что видите нас насквозь, — высказался насчёт его слов.

— Зря вы красите мир в чёрное и белое. Я знаю, что вам ответить на первый вопрос. Нет, я не тот самый Змей Горыныч. Скорее это моя жена подошла бы на его роль, если бы в сказках его не описывали как мелкую ящерицу, ведь наш размер измеряется десятками километров в длину. Сами можете прикинуть, насколько мы не похожи на содержимое сказок. К тому же я вам сказал, что относительно недавно стал им, а вообще изначально был человеком, что для моего нынешнего состояния Несущего свет очень необычно, — и тут он порвал нам все шаблоны по самые помидоры, а может, и огурцы.

— Несущий свет⁈ — непроизвольно воскликнул я, переспросив.

Сами понимаете, чтобы вот так, встретить бога в кафешке, да ещё и человека… в прошлом, при этом ещё и русского. Тут даже одного совпадения… короче, невероятно, а тут сразу три раза. Естественно, все мои спутницы уставились на него, вытаращив глаза.

— О, в вашей вселенной про нас что-то известно, — удивился он в ответ.

— Нет-нет, у нас как раз никто ничего не слышал, а вот тут нам рассказали про храм, посвящённый странным местным богам с таким названием. Может, это просто совпадение? — спросил в конце у него.

Он сразу отвечать не стал, а посмотрел на одну из своих спутниц, ту, что эльфийка. Дракона тоже удивлённо на неё глянула.

— Да не стреляйте вы в меня своими взглядами. Всё равно не убьёте. Эта галактика довольно специфична, потому здесь и тусуюсь, а многие наши подтягиваются сюда отдохнуть и поразвлечься собственной персоной. Вот и появился культ, — ответила она им.

— Так вы не боги? — наконец, спросил я то, что думаю, выдохнув.

— Симвайн меня зовут, — представилась эльфийка.

— Извините меня грубияна, а это Ракна, — представил вторую спутницу этот Агнимир.

— Так вот, корректно ответить на ваш вопрос невозможно, — произнесла после него Симвайн.

— Почему? — пришла очередь удивляться мне.

— Всё просто. Боги мы или нет, мы ответить не можем, поскольку с нашей точки зрения все наши силы понятны, но с вашей колокольни… вопрос уже не такой однозначный, — скорее ушла в философию, а не отвечала мне эльфийка.

— Давайте приведу пример. Вот две ваши очаровательные спутницы, княжны Голицына и Воротынская. Они утратили свою силу, но мне очень несложно её им вернуть, потому что у меня есть мана, которой могу с вами поделиться. И расстояние при этом не имеет значения. Про нахождение в другой вселенной не скажу, нет такого опыта, но возможно и это не преграда. И секрет такого умения прост, это квантовая телепортация. С одной стороны, красивое объяснение, а с другой стороны, так можно передать только информацию, но когда в дело вступает мана, то нарушаются естественные физические законы, и она спокойненько перетекает туда, куда нужно. И вроде всё объяснено с точки зрения науки, если бы не сама эта самая мана и то, чтобы это сделать, надо воспользоваться определёнными волшебными техниками и построить таковые же печати за время значительно меньшее, чем описывается фемтоскундами. А это в свою очередь предполагает наличие очень значительных вычислительных ресурсов. Вот и смотри, насколько это соотносится с человеком, а насколько с богом, — добавил от себя ещё и Агнимир.

— Вы правда можете вернуть нам силу? — тут же влезла Голицына.

— Да, пользуйтесь, — сказал он и щёлкнул пальцами.

Как ни странно, первой ситуацией воспользовалась Воротынская, зажгя на пальце небольшой огонёк, примерно как у зажигалки.

— Блин, на самом деле работает, — высказалась Голицына, причём «блин» из её уст прозвучал словно отборнейшая матросская ругань.

Вот как она этого добилась⁈ Мне до неё далеко… да что там, бесконечность.

— Но как⁈ — не удержалась, задала свой вопрос Воротынская.

Что тут скажешь, аналитик, а тут существо из сказок творит вообще что хочет.

— Вот, а вы думали, что маной нельзя запастись и только пользоваться? — спросила у неё Симвайн.

— Получается, можно создавать накопители… — констатировала факт Милава.

— Вы правы. Но скорее всего у вас ничего подобного нет, даже теории, позволяющей хотя бы найти дорогу. А между тем эта звёздная система очень уникальна в этом плане. Здесь есть потухшая звезда, но очень непростая, и как раз тут можно добывать нужные вещества для создания такого накопителя, и это уникальная возможность, которая есть даже не во всех близлежащих кластерах. Но сами понимаете, вы вряд ли сообразите, что именно вам нужно на местных трансурановых рудниках островка стабильности. Но это так, присказка, — добавила эльфийка.

— Агнимир, вот как так можно? Нам его упрашивать пришлось, а простым прохожим так просто канал выделил, — обиженно спросила эта Ракна.

— Мне просто интересно сравнить их с нашими, — спокойно ответил он.

Да, подход у него понятный. Чего стоят наши пятёрки в сравнении с какими-то их магами. А если им силу не вернуть… то ничего и не узнаешь.

— Всё это хорошо, но, девушки, вы напрочь сбили тему нашего разговора, — пришлось срочно встревать, иначе так ничего и не узнаю.

— Полноте вам, Рэм, сдерживать любопытство своих спутниц, — отреагировал на это Горынычев.

Как-то называть его Змей Горынычем слегка перебор, наверное.

— В целом понятно, что вы себя богами не считаете…

— Вот тут вы, возможно, ошибаетесь. Это можно утверждать только про нас троих, но не про наш вид в целом. Живём мы долго, значительно дольше вселенных, можем нечто такое, на что у вас, возможно, и фантазии не хватит. А почему бродим среди людей… так и среди нелюдей тоже бродим. Скучно нам, да и темп нашей жизни таков, что можем просто не заметить, как жизнь зародилась в звёздной системе, а потом погибла в силу разных причин природного или созданного собой же характера. Да, я в недавнем прошлом человек и для меня это пока несколько… но что скажу через пару сотен миллиардов лет об этом… — резко поправил он меня.

И да, тут реально задумаешься, а точно они не боги, учитывая какими временными периодами он оперирует, при этом совершенно не скрывает, что когда-то был человеком. А кто он тогда сейчас? Неужели Змей Горынычи так много живут⁈ Сильно сомневаюсь. Природу не обманешь… или обманешь, просто мы не знаем чего-то. Ведь они же сказали, что у нас может и воображения не хватить, чтобы догадаться, что они могут. Блин, да нельзя самого себя всё время уничижать!

— Но при этом оперировать фемтосекундами и я могу… во всяком случае, чисто теоретически. И с нами есть телепортер, реальный, а не квантовый, — выдал ему наш ответ Чемберлену.

— А как насчёт маны? — ехидно спросил он.

— Так я не волшебник, а эспер! — гордо его отфутболил.

— О, тот самый граничник, — почти радостно произнёс он.

Сначала хотел возмутиться, но ни в одной интонации ничего подозрительного не было, и как бы против самого не обернулось любое возмущение или протест.

— А можно объяснить, что вы под этим подразумеваете? — решил уточнить.

Чисто на всякий случай, а то потом наши учёные из меня душу вынут, почему не спросил, а они из-за этого прорыв в науке не устроили. И поди что докажи потом.

— Вы работаете с кипящим вакуумом, а мана для вас лишь посредник, потому хватает даже фоновых концентраций, соответственно ваша сила работает везде, если во вселенной эта синяя субстанция вообще присутствует, — объяснила вместо него Симвайн.

— Постойте, мана имеет цвет⁈ — взвилась Воротынская.

Мне тоже хотелось бы узнать, просто она успела первой задать вопрос.

— Вот! Видите, как вам ещё далеко до полного познания окружающего мира. Да, в окрестностях вашей звезды, скорее всего, её можно налить даже в обычный стакан, если знать, как, но ваши маги не могут, и это тоже факт. А ещё бывает кристаллическая мана, и её вполне реально было бы и сюда привезти, но вот использовать… она сама по себе стала бы бомбой, и если в зоне высоких концентраций этой энергетической субстанции она бы просто взорвалась, то здесь могла бы и всю звёздную систему разворотить, не оставив никаких следов причин этого. Разумеется, при достаточном количестве. Помнится, в академии шарик сильно большего размера кристаллизовал по молодости, чем для описанной мной ситуации бы понадобилось. Так-то вот, — в этот раз в его интонациях присутствовали нотки учителя, рассказывающего свой предмет нерадивым ученикам.

Судя по лицам Голицыной и Воротынской, нашим магам до их, как до луны пешком. Ну, и не только я не понимал, о чём он тут.

— Нате, держите, — этими словами он протянул им пару запаянных колб с неким синим порошком.

— Это оно? — осторожно оглядывая свою, спросила Милава.

Ну что можно сказать, аналитик, любопытство побеждает осторожность.

— Не совсем. Это порошок кристаллической маны. Только ради бога, не начинайте экспериментов здесь, вернитесь сначала домой. Обычную в жидком агрегатном состоянии по понятным причинам здесь дать не могу. Стекло для неё проницаемо, здесь. Это утверждение тоже не совсем верно, но в данном случае самое простое. А вокруг её концентрация так мала, что она очень быстро испарится, — добавил Горынычев.

— Она и правда синяя, — выдала вслух Голицына заторможенно.

— Нам просто незачем вас обманывать. Так что считать нас богами или просто прошаренными в законах природы товарищами, дело ваше. Так-то если что, можно и пересмотреть значение термина Бог и пользоваться себе на здоровье. И нам приятно, и с вас никакого убытка, — добавил он в конце, хохотнув.

Вот ведь стервец, повернул всё шиворот навыворот. С одной стороны, называть их богами… а с другой, а и правда, что, жалко, что ли? Последнее, это если понимать, что он вовсе не всемогущее… а не проехал ли он мне по ушам насчёт этого… Блин, тут никакие аналитические способности и даже хвалёное пси не спасут, раз он как хочет манипулирует маной, значит, может как угодно исказить любые наши способности. Вон, взял волшебницам и вернул силу, а захочет, отберёт дар, и плевать, что про некие накопители сказано и даже где материалы для них искать. Что толку, если мы не знаем даже, на что смотреть, и просто выкинем то, что на самом деле нам и нужно. Вот и порассуждай тут, бог он или нет.

— Скажите, а вы можете вернуть мёртвого к жизни? — задал я ему вопрос, неожиданно даже для себя, который раз и навсегда закроет этот вопрос с их божественной сущностью.

— Я да, Симвайн возможно, но скорее поскряжничает такие ресурсы тратить, а Ракна нет совсем. То, что мы путешествуем вместе, вовсе не делает нас равными, что можно было понять уже по тому, что я могу дать другим ману, даже своим спутницам, а они нет. Есть только одно исключение. Передать другому, с моего разрешения. И опять же мне понятен смысл твоего вопроса про возвращение умерших. Я более того скажу, могу вернуть к жизни даже… ну, не знаю, неандертальцев, к примеру. Если вы понимаете, о ком идёт речь. Но могу не значит, что стану. С моей точки зрения — это никак не решит твою дилемму, боги мы или нет, потому как это для нас просто знание о других энергиях, о которых вам неизвестно. К примеру, эфир. Но подразумеваем под этим термином мы обычно не то, что вы бы подумали. Это особая энергия изменения жизни. Без неё невозможны оборотни, которые вам известны лишь по сказкам и легендам. А между тем вы сейчас нас видите как людей именно потому, что мы умеем пользоваться и этим эфиром. Но для вас это просто бесполезная абракадабра, поскольку вы даже на последствие его существования можете взглянуть только в нашем лице. Оживление тоже достигается третьим видом особой энергии, так называемой эссенцией чуда. И если она попадёт к вам в руки, её можно будет отличить от маны лишь цветом, потому что, если не уметь ей пользоваться и составлять нужный купаж… никого вы оживить не сможете. Но она при этом ещё и самая редкая, поэтому Симвайн может пожадничать с её применением, а в моей звёздной системе её и добывают, потому и более вольготное распоряжение этим ресурсом. А если взглянуть на Ракну… нашим взглядом, то станет понятно, она с нами не одного вида и совсем не ровня и в основном специалист по уничтожению всего живого в континентальных масштабах, при этом являясь очень сильным волшебником, который разве что оживить мёртвого не сможет. Так что она тоже вполне способна претендовать на звание бога, — загрузил всех нас этот Горынычев так загрузил.

— А… это… блин! — выразила наше общее состояние Воротынская.

— Змей Горыныч — бог, дракон тоже и эльфийская богиня. Вот нам повезло встретить собеседников, и вы тут проездом? — немного нервно высказалась Голицына.

И осуждать её за это не могу, несмотря на то что она глава рода, и довольно долго, и вроде как зачерствела, окаменела и вообще…

— И вы с нами заговорили, потому что увидели знакомые технологии Живущих во тьме, но из ваших правил вежливости сразу всё выяснять не стали, а по старинке решили их поприветствовать, но натолкнулись на нас, русских, то решили просто поболтать? — задал вопрос ему, понимая, что скоро ум за разум зайдёт и моя способность тут не поможет.

— Можно сказать и так. Никто нас никуда не гонит, хоть мне и нужны транспортные линии в свою галактику. Однако не горит. Но по ходу дела увидел вот ту ушастую, из породы кошачьих. Не обижайтесь, просто шучу, пусть и грубовато. Правда, ассоциации вы вызываете… Тора, вы знаете, что лакуны губительны для живых организмов из реального мира? — задал он довольно странный вопрос в конце.

— А откуда вы знаете, как меня зовут, нас ведь не представили? — нахохлилась она и не стала отвечать, а задала свой вопрос.

Обиделась… оно и понятно. Нарисовался понимаешь, шутит.

— Зря вы недооцениваете мою наблюдательность. К вам ведь обращался наш юный друг, пусть и в ультразвуке. Он, между прочим, ещё и постоянно обменивается разными данными, в том числе и через те самые системы квантовой телепортации. Я же не кричу, что невежливо нас обсуждать, думая, что этого никто не слышит. Может, мне просто из симпатии охота вам помочь. И не надо на меня так смотреть, и пси владею, и вижу, что Рэм на вас глаз положил, а вы против этого ничего не имеете, — как он дал… стране угля.

Не… думаю, встревать не буду, пусть сама выкручивается, размышляя в тот момент, как так получилось, что покраснел словно помидор, при том, что все реакции тела контролируются через Лискин.

— А что такое лакуна? — наконец, задала она правильный вопрос.

Ответ на него, думаю, не один я хотел бы услышать.

— Некий пространственный пузырь, создающий копию реального места и к нему привязанный. Это если просто, а так результат работы с неполными мерностями. Собственно, из-за чего он губителен для всего живого, попавшего туда из реальности. Нет, сразу там никто не погибнет, но это обязательно произойдёт, если торчать там достаточно долго. А сначала станет страдать генетика, и начнутся проблемы с потомством, — опять стал он пространно всё объяснять.