- Не хочешь пройти со мной в зал?

- Не могу, я же прислуга.

- Не волнуйся за это. — Он взял ее за руку, и медленно повел в сторону зала, в котором вовсю кипел праздник.

Мелодичные композиции сменяли друг друга, Холгард сидел за столом и, откинувшись на стуле, довольно наблюдал за гостями. Они действительно получали удовольствие от своего праздника, особенно живой, рыжий парень, жених его сестры.

Хайнг ввел под руку служанку, после чего кинул, и протянул ей ладонь, приглашая на танец. Нона даже слегка испугалась, раскрыла глаза и отпрянула, но потом взяла себя в руки, улыбнулась и протянула кисть старому знакомому. Среди гостей сразу можно было заметить несколько осуждающих взглядов, но в большинстве своем всем было все равно.

Хозяин вечера все еще сидел за столом, откинувшись, с интересом наблюдая за странной парой. Они о чем-то говорили, шепотом, отчего иногда даже не слышали друг друга, однако, вскоре с кухни раздался тихий колокольчик, и девушка незаметно выскользнула из помещения, а ее партнер с ухмылкой присел на стул.

- О чем ты вообще думаешь? Приглашать на танец служанку. — Рик сузил глаза и скрестил руки в замок.

- Да хоть дворника. Какое это имеет значение, когда вы давно знакомы? А даже если не знакомы, судить человека по его статусу не слишком красиво.

- И по чем тогда судить? По личностным качествам? — Хозяин вечера тихо засмеялся, от чего даже слегка подавился портвейном и закашлялся. — Статус может проиллюстрировать те самые «личностные качества». Достоин человек своими усилиями быть среди нас, или нет.

- Меня всегда возмущало твое высокомерие по отношение к среднему и низшему классу. Причины бедности, как и богатства у всех людей разные, они не определяют, какой человек будет хорошим, какой плохим. Я, вот, тоже не всегда был таким.

- Однако стал, тем самым доказывая свое право находиться здесь. Сейчас ты один за моих самых важных партнеров. Если у человека не хватает сил подняться, значит он не достоин уважения.

- Я так не считаю, но не вижу смысла спорить. — Шейн тряхнул головой и тоже откинулся на стуле.

- Да ну?

- Ну да, хотя бы потому, что ты пьян. — Гость снова ухмыльнулся и посмотрел в потолок. — Не было желания отодрать лепнину?

- Было, но сейчас нет времени этим заниматься, есть дела поважнее. Все равно я почти не смотрю вверх.

- Понятно. Все, в общем-то, как обычно.

«Синяя» бежала по коридорам на кухню, уже по дороге придумывая отмазки, что ее задержало и почему она не показалась вовремя. Дрожащей рукой она приоткрыла дверь на кухню, уже ожидая страшного выговора от Ран, хотя там стояла совсем другая девушка.

- Бель?! Что ты тут делаешь? Зачем звонишь? Сейчас все сбегутся!

- Не, только ты, остальные на улице, готовят небольшую развлекательную программу. — «Зеленая» улыбнулась во все зубы, после чего быстро подошла к коллеге и, что было сил, стала трясти ее за плечи: - с ума сойти! Ты знаешь гостей хозяина!

- Нет, не знаю, только одного. Мы с ним старые... знакомые. Пусти же! — Нона резко развела руки в стороны, освобождаясь от хватки любопытной подруги.

- О, выглядит круто! И давно вы знакомы?

- Довольно таки, только не общались несколько лет.

- Хозяину это может не понравится. Он не любит, когда служанки заигрывают с гостями.

- Я ничего не сделала, и потом, сказала же, мы — друзья. Старые...

- О, были знакомые, теперь уже и друзья! — Бель сузила глаза и поднесла лицо вплотную к «синей».

- Убери, иначе ударю. На нервы начинает действовать, между нами ничего нет.

Достаточно. — Девушка стиснула зубы и отвела недовольный, даже слегка злой взгляд в сторону.

- Ладно, ладно, не кипятись! Смотри, десерты уже готовы. Может не будем звать остальных и разнесем сами? Если все пройдет хорошо, нас даже похвалят.

- А если нет — уволят. Ладно, понесли, меньше всего я сейчас хочу видеть остальных горничных.

Двор выглядел, слово центральная улица столицы во время карнавала. Девушки носились туда-сюда, садовник, находясь в дальней части сада подготавливал фейерверки к запуску, а конюх должен был следить, чтобы в панике лошади не сорвались и не начали втаптывать в грязь цветы и людей.

Десерты вышло подать к столу без особых форс-мажоров и приключений. Холгард. внимательно наблюдал за действиями обеих служанок, стараясь заметить за ними хотя бы какой-нибудь косяк, или оплошность, но все шло гладко. Даже слишком.

Раз за разом раздавался звон бокалов, смехом люди оглушали друг друга, тем самым настроение в коллективе становилось еще горячее. Шейн с ухмылкой наблюдал за своей старой подругой, время от времени кивая ей, и что-то тихо спрашивая. Музыка не смолкала ни на секунду, и сквозь нее более не слышно ни пения далекого соловья, ни вой несчастной собаки.

Гости веселились, и даже самые угрюмые периодически улыбались и вливали в себя очередной бокал с дорогим алкоголем. Светские беседы были оставлены, в воздухе концентрировалось неадекватное веселье и тяжелые испарения спирта.

Вскоре на землю начали падать тяжелые, темные капли дождя, и в каждой из этих капель отражался свет богатого праздника. Среди прислуги стали разноситься недовольные возгласы, они, как можно скорее, стремились спрятаться на крыльце, под широким навесом. Внезапно небо озарила огромная, стреловидная вспышка света, после чего послышался вязкий, громкий шум. Начиналась гроза.

Минута, две, три... буря только набирала силу. «Синяя» и «зеленая», не отрываясь, смотрели в окно, где ветер носил из стороны в сторону богатые украшения. В следующую секунду вновь мелькнула острая молния, после чего тут же, в доме и на улице погасли все огни. Следом, уже в кромешной тьме раздался тяжелый, резонирующий с ветром гром.

Смех и говор тут же прекратились. Гробовое молчание заполнило все комнаты и коридоры. Полупьяные, веселые люди теперь притихли и, переглядываясь сквозь темноту пытались поймать выражения лиц друг друга.

- Судя по всему, авария на станции. Что будем делать? — Дрожащим голосом процедил один из гостей.

- Сейчас принесут свечи. Ничего страшного не лучилось, думаю, поломку скоро устранят. — Холгард протянул руку и безошибочно взял бутыль с алкоголем.

- Будешь пить? Сейчас??

- Почему нет? Я что, должен волноваться? Или, может, паниковать? — Вслед за последней фразой послышался короткий желчный смешок.

Отвечать, и уж тем более комментировать высказывание хозяина никто не решился. В коридорах раздавались тихие, быстрые шаги, служанки искали свечи и зажигалки. Запасной генератор и мелкие аккумуляторы мог запустить только садовник, однако он, куда-то, как обычно, пропал. Несколько девушек носились по саду, пытаясь отыскать мужчину, но эти поиски явно не заканчивались, а если заканчивались, то точно не успехом.

В руках у девушки с красной лентой чиркнула спичка, после чего она поднесла ее к толстой парафиновой свече. Фитиль начал медленно и тускло гореть, и служанка зашла в помещение, где приходили в себя ошалелые гости. Пройдя мимо стола, она приблизилась к хозяину, и тихо сказала ему на ухо:

- Разъехаться сейчас возможности не представится, дорогу частично развезло, не уверена, что все смогут выбраться на трассу. Однако тут выступает другая проблема. У нас не хватит комнат, чтобы разместить гостей. Что прикажете делать?

- Выйдет подвинуть прислугу? Сколько будет не хватать в таком случае?

- Всего одной комнаты, хозяин.

- Вот как.

- Если бы вы согласились взять к себе...

- Об этом и речи быть не может! — Рик стиснул зубы и немного повысил голос, но этого было достаточно, чтоб его услышали все гости.

- Хорошо, я поняла вас... мы что-нибудь придумаем. Найти вам подставку, или канделябр?

- Лучше найди садовника. Я предпочитаю искусственное освещение.

Девушка медленно поклонилась и вышла из помещения. Все остальные служанки старались перемещаться по дому быстро и осторожно, лишний раз не задевая стены, и картины на них. «Зеленая» сильно боялась темноты, часто и тяжело дышала, постоянно оборачиваясь и спотыкаясь. Ран пыталась собрать всех вместе, а повар на кухне во тьме и тишине доедал собственный десерт.

Перспективы на эту ночь были совсем не радужными: служанок расселят по две на комнату, чтоб освободить место для гостей, все комнаты нужно было проветрить и застелить чистым, хрустящим постельным бельем. Частично снимало проблему то, что многие гости были парой, соответственно ночевали вместе, но все равно места требовалось много.

Первоначальный страх постепенно проходил. Из праздничного зала вновь слышались оживленные разговоры, споры, и даже смех, однако к еде или напиткам более никто не притронулся. Вскоре хозяин радушно предложил всем присутствующим остаться, и они так же радушно приняли его предложение. Многие уже хотели отдохнуть, особенно девушки, хотя некоторые мужчины тоже.

Свободную комнату нашли, а, точнее, выдавили из сложившихся обстоятельств, вручив «синей» и «зеленой» матрасы и отправив их в библиотеку. «Красная» и «фиолетовая» провожали гостей до их апартаментов, за что пьяные представители высшего общества были крайне благодарны, выражая свои чувства щедрыми чаевыми.

Полупьяный Холгард не спал. Лежа, посреди огромной кровати, закинув руки за голову, он рассчитывал интегралы. Но, вопреки ожиданиям это не убаюкивало, а, напротив, будило. Со временем даже начало раздражать. Сознание, временно атрофированное алкоголем, делало это намного хуже, чем обычно. Вскоре мужчина плюнул на вычисления, и стал думать о своем. В такие моменты его мозг рождал странные, иногда даже неадекватные мысли, и эта ночь не стала исключением.

Возбужденный, он подскочил с кровати. Тишину в комнате испортил тяжелый, ядовитый смех. Он будет претворять свою идею, нужно, всего лишь, дождаться рассвета.

Бессонница — настоящая пытка после тяжелого дня. «Синяя» сползла со своего матраса и, как приведение, вышла в коридор. Шум дождя отвлекал, а редкие, яркие вспышки освещали путь. Ей никуда не было нужно, но странное желание подняло ее с матраса и направляло вперед. Горничная, словно зачарованная, медленно переставляла ноги, приближаясь к двери, после чего приоткрыла ее, и вышла на крыльцо, на улицу.

Холодный порыв ветра приподнял синей юбку, растрепал волосы. Она попыталась закрыть лицо рукой, но так от воздуха защищаться было неудобно и нерационально. Черное, низкое небо закрывало плотный туч, на многие километры не светил ни один фонарь. Девушка глубоко вздохнула и снова вошла в дом, однако тут же услышала, как кто-то спускается вниз по лестнице. Притаившись за углом, «синяя» замерла, пытаясь понять хотя бы пол еще одного, страдающего бессонницей безумца. Шаги были мягкими и осторожными, но вскоре прекратились, будто бы человек замер на лестнице. Послышался тихий кашель. Нона, было, попятилась, пытаясь уйти прочь, но незнакомец заметил чужое присутствие. Она уже тысячу раз успела пожалеть, что вышла ночью из библиотеки.

- Кто здесь? — голос был тихим, но уверенным.

- Доброй ночи. Полегче, я думала, у меня сейчас остановится сердце. — «Синяя» слегка посмеялась и вышла на свет, если вспышки молнии вообще можно назвать, светом. Разве что, периодическим.

- О, не ожидал тебя тут увидеть. Чего не спишь?

- А ты что не спишь? Шейн, будь это не я, у тебя были бы проблемы.

- Не думаю. Да и вряд ли кроме нас с тобой захочет выйти, погулять по коридорам ночью. — Сквозь тьму мужчина улыбнулся, но от этой улыбки становилось не по себе.

- В этом ты прав, дом спит. Ну... почти что. — Девушка смерила взглядом своего, друга, и жестом пригласила его на кухню.

- Не откажусь, да. — Сказал гость, отвечая на молчаливый вопрос.

Кухонный стол был убран и чист, за ним, посреди ночи сидели две фигуры, пили холодный чай и оживленно обсуждали влияние глобального потепления на мировую экономику. Не то что бы это было интересно, скорее погода вынуждала говорить на такие странные, отвлеченные темы.

Вскоре дождь прекратился, и они просто сидели, вспоминая старые прогулки и походы. Нона давно не испытывала такой легкости и веселья, последние дни ее были полны мрака и отчаяния. Будто она вернулась в те годы, когда брат еще был здоров, и они носились по миру в поисках приключений и... себя. Когда их все интересовало и они, держась за руки, проходили десятки километров наслаждаясь друг другом и окружающим миром. Будто бы те времена и не уходили, и сейчас ей даже нет двадцати. Так казалось, и эта иллюзия делала ее счастливой.

После очередной шутки девушка замолчала и полностью ушла в себя. Мужчина, видя это, не стал перебивать ностальгический настрой, и молча подлил себе крепкого ледяного чая.

Спустя десять минут в коридоре вновь послышались шаги. Нона обернулась, а Шейн, казалось, не обратил на это никакого внимания. Кого хотел, он уже встретил.

Шорох шагов приближался к кухне, пока в дверном проеме не показался темный силуэт. Молчал, вопросов не задавал, скорее просто наблюдал.

- Привет Холгард. Что, тоже не спиться? Или вышел воды выпить? — Хайнг неприятно ухмыльнулся и посмотрел в окно.

- Боюсь, я опоздал. Судя по всему, вы с прожорливой прислугой уже все выпили. — Рик сузил глаза. Его губы тоже, сами собой стали расползаться в страннойухмылке. Из головы никак не шли мысли, что посетили его в комнате, пока он был на кровати. — Настоятельно рекомендую разойтись по комнатам, потому как... – в ту же секунду во всех помещениях зажегся яркий, слепящий свет, - аварию на станции разрешили. Более нет смысле гулять, и тыкаться во все как слепые котята. — В следующую минуту мужчина развернулся, и медленно вышел из помещения. В спину ему смотрели два совершенно разных взгляда: один задумчивый, другой насмехающийся.

Хозяин медленно поднялся к себе на этаж, но в спальню возвращаться не стал, зашел к себе в кабинет. На столе лежал странный, небольшой пульт, на котором находился абсолютный минимум кнопок управления. Мужчина закинул голень на колено соседней ноги, нажал на пульте небольшую кнопку в левом верхнем углу, и уставился в висящий на стене телевизор. Его вниманию тут же предстали восемь квадратов, на которые был поделен экран. На каждом из них была большая комната, или коридор дома. Последний показывал положение вещей на кухне, где, как ни в чем не бывало, сидели два человека.