В этой главе речь пойдет о том, как в мифологии бурят и эвенков представлен Верхний мир. Мы рассмотрим мифы о небесных светилах – Солнце, Луне, планетах и звездах, – а также о божествах, обитающих в верхних сферах мироздания.
Солнце и Луна в мифологии бурят и эвенков иногда предстают самостоятельными одушевленными существами. Например, у бурят Солнце и Луна входят в число высших небожителей. Тэнгрия Эсэгэ-Малана называют отцом Солнца и Луны. Интересно, что сами Солнце и Луна при этом изображаются в виде бабушек. Говорят, хозяйка Солнца – бабушка «с восемью ногами, с восемью кругами», а хозяйка Луны – бабушка «с девятью ногами, с девятью кругами». В других мифах Солнце и Луна – это супруги, муж Нал-Саган-нойон[14] и жена Нал-Саган-хатан[15]. У Солнца и Луны двое детей: сын Былтыргэнэ-хубун[16] и дочь Тылтыргэнэ-басаган[17]. Они отличаются шаловливостью, часто проникают в юрты и дома земных людей и там начинают играть, отчего стоят треск и шум от ломающихся вещей. Миф о светилах-супругах есть и у эвенков. Мужа-Солнце у них зовут Дылача, а жену-Луну – Бега. Они кочуют по небу, как эвенки по земле. Только жена отстает от мужа – из-за этого Солнце и Луна появляются на небе в разное время. Миф объясняет это так: однажды Луна забыла на стоянке крюк для подвешивания котла, вернулась за ним и теперь никак не может догнать ушедшего вперед мужа. Также Солнце-Дылача постоянно накапливает тепло, чтобы затем отправить его на землю. Каждое утро он посылает своего сына Гарпани с факелом к отверстию, соединяющему небо и землю, чтобы тот светил людям.
Спальня в бурятской юрте. Иркутская губерния, нач. XX в.
ГАУК НСО «НГКМ»
У бурят и эвенков в фольклоре есть и другие сюжеты, связанные с Солнцем и Луной. Например, у бурят существует миф, объясняющий затмения Солнца и Луны тем, что их проглатывает чудовище Арааха. Этот сюжет пришел из индийской мифологии, в которой существовало предание о ссоре высших божеств: они разругались, не поделив между собой напиток бессмертия. И тогда Раху – одно из злобных божеств-асуров – проглотил небесные светила. Но бог Вишну разрубил Раху пополам, и Солнце с Луной вышли из его тела. С тех пор, если на небе вдруг исчезает Солнце или скрывается Луна, говорят, что Раху проглотил их. Но затмения не вызывают страх, так как считается, что в разрубленном теле Раху ничто не задержится надолго. В бурятском языке имя Раху стало звучать немного по-другому и сам сюжет о чудовище – виновнике затмений – несколько преобразился, соединившись с бурятскими мифами о сотворении мира.
Бурятское предание об Араахе
Было одно существо по имени Арааха. Бурхан создал напиток бессмертия – аршан[18], чтобы сделать бессмертными все живые существа. Была у него собака, которая пользовалась большим почетом. Говорят, что собака – следующее за человеком существо в ступенях перерождения. В следующей жизни собака обязательно должна родиться человеком. Эту собаку, которая всегда была рядом с Бурхан-багшой[19], почитали не меньше человека. Однажды, когда Бурхана-багши поблизости не было, к собаке подошел Арааха. Он попросил у нее аршан. Но собака не отдала его, потому что ей наказали ничего не отдавать. Тогда Арааха сказал: «Я сделаю так, чтобы на твоем голом теле выросла красивая шерсть» – и так, уговорив собаку, взял аршан бессмертия. Арааха выпил его, лизнул собаку, и она покрылась шерстью. Когда Бурхан-багша вернулся, Арааха уже успел выпить аршан и скрыться. Он стал бессмертным. Тогда Бурхан-багша послал в погоню за Араахой бурхана Ошорвани[20]. Он приказал догнать и разрубить его. А Арааха сказал Луне: «Если ты скажешь, что я здесь пробегал, я тебя съем». И Луна поклялась, что она ничего не скажет. Когда Ошорвани добежал до Луны, он спросил у нее про Арааху. Луна ничего не сказала, только указала головой в нужную сторону. Ошорвани побежал туда, догнал Арааху, метнул в него свою молнию-ваджру и разрубил его тело пополам. Задняя часть тела Араахи упала в океан, а сам-то он был бессмертный, остались у него только голова и пустая верхняя часть туловища. С тех пор он, желая отомстить Луне за обман, глотает ее. Но поскольку у него только половина тела, Луна, войдя в его рот, выходит с противоположной стороны[21].
Одно эвенкийское предание утверждает, что раньше Солнце светило на небе круглые сутки. Но однажды большой лось схватил его и побежал по небу. Вдогонку отправился охотник Мани. Ему удалось подстрелить лося и вернуть людям Солнце, но теперь оно постоянно движется по небу.
Чем-то похож на этот миф бурятский сюжет об Эрхы-мэргэне[22] – стрелке по Солнцу. Раньше на небе светило не одно, а сразу несколько солнц, из-за чего людям было очень жарко. Меткий стрелок Эрхы-мэргэн решил сбить своими стрелами палящие в небе солнца. И поклялся, что если он не сможет скинуть их все, то превратится в маленького зверька тарбагана. Эрхы-мэргэн попадал в солнца одно за одним, но в последний раз промахнулся. Так за свою самонадеянность Эрхы-мэргэн был превращен в тарбагана.
Почти у всех народов Сибири и Дальнего Востока существуют мифы о девочке на Луне. У бурят и эвенков тоже можно найти несколько его версий. По одной из них, мачеха возненавидела сына и дочку мужа от первого брака и однажды послала их ночью за водой на реку. После чего, не дождавшись их возвращения, начала причитать: «Пусть этих негодных детей возьмет или Солнце, или Луна!» Эти слова услышали Солнце и Луна и бросились с небесной выси к детям, которые заигрались у воды. Заметив, что Солнце и Луна приближаются к ним, мальчик кинулся на берег, где лежал ковер из шкуры овец, и спрятался под него, и его не взяли. Луна бросилась к девочке, которая ухватилась одной рукой за иву, а другой держала ведра с коромыслом на плече, и взяла ее на небо вместе с веточкой и ведрами на коромысле. С тех пор девочка осталась на луне. Другой вариант мифа повествует, что Солнце, кинувшись с неба к девочке, забрало ее к себе, опередив Луну. Тогда Луна стала умолять Солнце отдать девочку, и Солнце уступило. Луна унесла ее к себе на небо, и с тех пор на диске Луны стало виднеться черное пятно в виде человека. Буряты также говорили, что девочка, которая видна на диске луны, была дочерью земного человека Малана, звали ее Шобхоног Ганзу.
Раху – одно из злобных божеств-асуров. Иллюстрация из книги Дж. Дж. Виткама «Опись восточных рукописей библиотеки Лейденского университета». Нидерланды, 2007 г.
Leiden University Libraries
Многие мифы объясняют происхождение созвездий. Один из самых известных таких сюжетов – уже упомянутое выше эвенкийское предание о небесном охотнике Мани. Рассказывают, что, когда этот охотник гнался по небу за лосями, след от его лыж стал Млечным Путем, лоси и охотники – спутники Мани – обернулись звездами в созвездии Большой Медведицы, а самого Мани видят в созвездии Ориона, которое своим обликом напоминает стрелка.
Эвенкийское предание о небесной охоте
Покинув отчий кров, Мангы-Дёромго[23] решил идти на небо – подняться на тот хрустальный свод, который прозрачным колпаком окружает землю, где в изобилии водится дорогой и крупный зверь. Но чтобы взобраться на небесный свод, необходимо дойти до края земли, где вершины земного леса касаются неба, найти в небесном своде отверстие (хангар), которое известно Оксори (богу), Харги (черту) и Догивки[24], а также, но в редких случаях, хангар может найти и земной житель – герой. Мангы-Дёромго, как необычайный человек, нашел это отверстие и на своих лыжах легко помчался по небесному своду. По пути догнал двух охотников: Торопливого и Хвастуна. Мангы-Дёромго расспросил их, за кем они охотятся. Те сказали, что гоняют лося, но не могут догнать, а потому Торопливый торопит своего друга Хвастуна идти скорее за лосем, чтобы он к утру не скрылся из виду. Хвастун, имея за спиной котелок, уже заранее говорил, как он первым догонит лося и будет варить лосиное мясо. Мангы-Дёромго попросился в их компанию, и они втроем погнались за лосем. Скоро товарищи отстали от Мангы-Дёромго. Он один, как ветер, помчался за лосем, пересек на лыжах небесный свод и перед полночью увидел лося с левой стороны от себя, обернулся и пустил ему под лопатку двухконечную стрелу и убил лосиху, а теленок с перепуга метнулся в сторону, упал в хангар и таким образом очутился на земле (от теленка пошли теперешние земные лоси). Перед утром только пришли к убитой лосихе те два охотника – Торопливый и Хвастун. Современные люди в каждую ясную ночь теперь видят на небе охотничьи подвиги Мангы-Дёромго: след от его лыжни, который белой неровной полосой протянулся по небу, лося, лосенка и двух охотников – Торопливого и Хвастуна с котелком; самого Мангы-Дёромго в правой стороне небесного свода; стрелу[25].
Миф о небесном стрелке есть и в бурятском фольклоре. Созвездие Ориона – это божество Хухэдэй-мэргэн, известный также как хозяин грома и молний, который преследует трех маралов. Не случайно само это созвездие по-бурятски называют Гурбан hогоон – «Три марала». Однажды богатырь Хухэдэй-мэргэн погнался за тремя маралами и пустил им вдогонку свои стрелы. Одна из них попала в среднего марала и застряла в его теле. За маралами бежали их телята, а за ними – собаки Хухэдэй-мэргэна Асар и Басар. За собаками вслед гнались семь старцев. И все они превратились в звезды, а теперь видны на небе с конца октября до июня. Души трех маралов стали тремя наклонно расположенными звездами в поясе созвездия Ориона, охотник – ярчайшей звездой Сириус, его третья «кровавая стрела», поразившая живот зверя, – звездой Бетельгейзе.
Стрела, изготовленная эвенком Лючетканом из рода Мачакугырь, нач. XX в.
КГАУК «Красноярский краевой краеведческий музей»
Созвездие Большой Медведицы по-бурятски называется Долоон үбгэд – «Семь старцев». А вот что это за старцы, разные предания объясняют по-своему. Одна версия связывает появление созвездия с деяниями эпического героя Гэсэра, который спустился с неба, чтобы очистить землю от зла. Однажды он обратился за помощью к своей божественной бабушке Манзан-Гурмэ и попросил ее убить семь сыновей Хожира – главы черных небесных кузнецов, а из их голов приготовить семь ритуальных чаш. Из них он напоил допьяна бабушку Манзан-Гурмэ. Рассердившись, она бросила эти чаши в небо, и они сделались семью звездами. Менее распространен миф, согласно которому Большую Медведицу образовали семь юношей-сирот, отличавшихся умом и находчивостью. Они, преодолев большие препятствия, нашли потерявшуюся дочь богатыря и вернули ее отцу. За благородный поступок юноши были вознесены на небо, где превратились в семь звезд.
Бурят на лошади с луком. Забайкальская область, нач. XX в.
ГАУК НСО «НГКМ
Полярную звезду буряты называют Алтан гадаhан – «Золотой кол». Считается, что этот кол служит коновязью для коня одного из небесных божеств. Чьей именно – здесь мнения тоже расходятся. По одной версии, это коновязь Хурмасты – главы добрых западных тэнгриев. Две звезды около нее – его кони, жеребец и кобылица соловой масти. По другой версии, Полярная звезда считается коновязью Хухэдэй-мэргэна, вокруг которой всю ночь следуют семь старцев и стерегут его соловых коней. Эвенки же зовут Полярную звезду Буга саӊарин – «Небесная дыра». Имеется в виду, что это – вход в Верхний мир, отверстие, соединяющее небесный и земной миры.
Млечный Путь у бурят получил название Тэнгэриин оедол – «Небесный шов». Его происхождение объясняют по-разному. Иногда говорят, что небо прежде представляло собой бесформенное и безграничное пространство, которое распадалось на отдельные части. Тогда боги, творившие мир, сшили их, и так образовалось единое целое небо с небесным швом. Не менее известен миф, как небо пришлось зашить, дабы из него не высыпались звезды. В эпосе о Гэсэре рассказывается, что Млечный Путь – это молоко божественной бабушки Манзан-Гурмэ. Гэсэр однажды отправился по лестнице богов с горы Сумеру на небо, а за ним пошла его земная жена Алма-мэргэн. Манзан-Гурмэ рассердилась, увидев земную женщину, и в гневе прокляла Гэсэра. Он полетел вниз с неба и должен был разбиться. Однако, глядя на падающего внука, Манзан-Гурмэ сменила гнев на милость и, чтобы спасти Гэсэра, своим грудным молоком окропила небесное пространство. Это удержало Гэсэра, и он плавно спустился на землю. Есть и объяснение, согласно которому Млечный Путь образовался от бесчисленного множества людей, кочевавших вместе со скотом в западную сторону. Во время этого кочевья часть из них отделилась, вознеслась в Верхний мир и там продолжила путь. Теперь их маршрут хорошо виден в небе ночью.
Буряты и эвенки выделяли среди небесных светил планету Венера, которую по-бурятски называют Солбон, а по-эвенкийски – Чолбон. В бурятском пантеоне существует божество Солбон-Саган-тэнгрий[26], олицетворяющее эту планету. Его считают сыном тэнгрия Эсэгэ-Малана. Это божество покровительствует коням. Согласно народной примете, если осенью жеребенок родится после появления на небе звезды Солбон, он вырастет хорошим конем. В эвенкийской мифологии Чолбон – это место обитания человеческих душ, которые в будущем родятся на земле. На эту планету в своих потусторонних странствиях могут попасть шаманы.
Бурятский ритуальный коновязный столб сэргэ у скалы Шаманка.
SIB1903 / Shutterstock
В эвенкийской мифологии есть несколько высших божеств, которых считают создателями и покровителями мира.
В первую очередь это богиня Энекан-Буга (Небесная бабушка). Ее действительно представляли как пожилую женщину, живущую на небе. Иногда также говорили о ее обличии лосихи или оленихи, что неудивительно, так как эти животные занимали особое место в картине мира эвенков. Бабушка Энекан-Буга считается доброй покровительницей людей и животных. К ней обращаются с просьбами о помощи в различных ситуациях – например, перед выходом на охоту. Рассказывали, что добрая Энекан-Буга время от времени спускается на землю и посещает священные места эвенкийских родов. Именно на этих местах проводились обряды в ее честь, во время которых люди испрашивали себе счастья и благополучия.
Ритуальное обращение к Небесной матушке[27] Энекан-Буга
Небесная матушка!
Хорошую дорогу укажи,
Зверя пошли!
Почитаем тебя,
Небесная матушка!
Тебе подношение делаем.
Жизнь эвенка
Добром благослови,
Зверя посылай,
За оленями нашими присматривай!
Небесная матушка,
Хорошую жизнь нам дай![28]
Второй значимый персонаж эвенкийской высшей мифологии – это Сэвэки, который чаще всего выступает в мифах как творец и хозяин Среднего мира. Его считают помощником Энекан-Буга. Фольклор содержит противоречивую информацию о внешнем виде этого персонажа. В одних источниках он описан как старик, в других предстает в облике лося, также есть предания, в которых он является людям в образе старухи или же девушки. Рассказывают, что Сэвэки иногда появляется среди людей инкогнито, и счастье будет тому, кто сможет распознать в нем доброе божество.
В предыдущей главе мы уже рассказывали о мифах, где Сэвэки творит мир и человека. Также в фольклоре эвенков есть предания о том, как он создавал разных животных. После завершения сотворения мира основная функция Сэвэки заключалась в том, чтобы оберегать свои создания, защищать людей от бед и болезней, помогать находить добычу на охоте.
Предание о Сэвэки
Однажды к одному охотнику из рода Колтоски во время охоты в палатку пришла молодая красивая девушка и попросилась к нему. Охотник догадался, что это Сэвэки, и разрешил ей остаться. С ней он прожил весь охотничий сезон. Не допускал резких движений, громкого стука, так как она была очень пугливой. Охота у него в эту зиму выдалась богатой. Он добыл много соболей и другого зверя. Когда вернулся с охоты, то его начали спрашивать, как он смог добыть столько дичи. Тогда он и рассказал обо всем, что случилось с ним в тайге. После этого его покинула охотничья удача, и вскоре он умер. Все было бы хорошо, если бы он смог свою удачу на охоте и сожительство с Сэвэки держать в строгой тайне. Тогда его жизнь была бы счастливой, а промыслы – удачными[29].
Высшие божества-небожители в бурятской мифологии называются тэнгриями. Само слово тэнгэри в бурятском языке означает и небо, и божеств, которые там живут. Дело в том, что и само Вечное Синее Небо, как его называют монгольские народы, считается у них божеством.
Трудно сказать, сколько именно тэнгриев живет на небе. В фольклорных сказаниях, шаманских призываниях, сказках встречается множество имен. Здесь нужно отметить еще и то, что в разных местностях существовали свои версии бурятского пантеона, которые могли заметно отличаться друг от друга. И все же чаще всего можно услышать, что на небе обитают 99 тэнгриев – 55 добрых западных и 44 злых восточных.
У западных бурят есть предание о происхождении этих двух кланов небожителей, которые противостоят друг другу. Согласно ему мир сотворила Великая богиня-мать. У нее родились две дочери – Манзан-Гурмэ и Маяс-Хара[30]. Манзан-Гурмэ стала прародительницей добрых западных тэнгриев, а Маяс-Хара – злых восточных. Интересно, что ни у богини-матери, ни у ее дочерей, согласно преданиям, не было мужа. Они сами смогли зачать и родить высших небесных божеств. Бабушки Манзан-Гурмэ и Маяс-Хара считаются самыми старшими среди небожителей, мудрыми покровительницами всех тэнгриев.
Расскажем теперь подробнее о самых известных персонажах бурятского небесного пантеона. Чтобы вы лучше смогли представить мир бурятских божеств, стоит добавить, что о тэнгриях в фольклоре говорят почти как о людях. Они имеют человеческий облик, их небесные кочевья устроены так же, как и у людей. Жизнь тэнгриев подобна жизни знатных бурят. В их владениях пасутся большие стада, они ездят друг к другу в гости на конях, вступают в браки и рожают детей, иногда – воюют друг с другом так же, как это делают кочевые народы на земле. Примечательно, что, когда шаманы обращаются в своих призываниях к небесным божествам, они часто называют сразу имена самого божества и его супруги, обращаясь к ним вместе.
Эсэгэ-Малан-тэнгрий – одно из главных бурятских божеств. Часто именно его помещают во главе добрых западных тэнгриев. По одной версии, он является сыном Вечного Синего неба. По другой – Эсэгэ-Малан раньше был обычным земным человеком и попал на небо, выиграв пари у небожителей. Исполняя обязанности старейшины среди небожителей, он проводит собрания на Луне и Плеядах, где обычно собираются божества для совещаний.
Подвески с изображениями идолов, украшавшие костюм эвенкийского (тунгусского) шамана, 1930 г.
КГАУК «Красноярский краевой краеведческий музей»
Примечателен мифологический рассказ о мироустройстве, связанный с его именем: Хозяйка Земли подарила ему весеннее марево и горное эхо. Не сумев поймать подарок, Эсэгэ-Малан пригласил ее на небо и подарил ей лучи Солнца и свет Луны. Хозяйка Земли тоже не смогла их получить, и с тех пор весеннее марево и горное эхо принадлежат небу, а солнечный свет и лунное сияние – земле.
В шаманской мифологии Эсэгэ-Малан как верховный небожитель распоряжается человеческими душами. Например, чтобы испытать магическую силу шамана, он помещает душу человека в бутыль и затыкает своим пальцем. Шаман, превратившись в осу, жалит Эсэгэ-Малана в макушку. В попытке отмахнуться тот быстро убирает руки от бутыли, а шаман освобождает душу и улетает на землю. Эсэгэ-Малан наказывает его, лишив силы.
По отношению к обычным людям Эсэгэ-Малан выступает покровителем – могущественным и строгим, требующим к себе почтительного отношения. В одной бурятской сказке пастух отказывается принести Эсэгэ-Малану в жертву маленького ягненка, и в наказание хищные животные, посланные тэнгрием, начинают уничтожать стадо пастуха.
Жену Эсэгэ-Малана зовут Эхэ-Юрэн, и нередко в фольклоре они действуют совместно, как пара верховных божеств, – например, в мифе о сотворении мира, который мы приводили в предыдущей главе. Сведения о детях Эсэгэ-Малана противоречивы. В одном варианте у него трое детей: Солнце, Луна и Огонь. В другом детьми Эсэгэ-Малана называют иных бурятских тэнгриев, которые занимают более низкое место в мифологической иерархии.
Кроме родственников Эсэгэ-Малана в фольклоре упоминаются три его пастуха: Манжилай, Багшиндай и Добидой. Им приписывают особые роли во взаимодействии между людьми и небожителями. Так, Манжилая считают покровителем шаманов и посредником в общении между ними и высшими божествами. Багшиндай помогает защитить людей от козней злых восточных тэнгриев. Добидой, в свою очередь, является покровителем скота.
Хурмаста, как и Эсэгэ-Малан, может выступать главой добрых западных тэнгриев. Иногда его называют сыном Эсэгэ-Малана, но во многих случаях их рассматривают как равных друг другу и взаимозаменяемых божеств. Отметим, что в фольклоре западных бурят Хурмаста встречается не столь часто. А вот у восточных именно он выступает верховным небожителем, выполняя те же функции, что и Эсэгэ-Малан у западных.
Образ этого божества восходит к древней иранской мифологии, где почитали бога Ахура-Мазду. В бурятских мифах Хурмаста упоминается как создатель мира, даже считается, что он сотворил человеческий род и подарил людям солнце. Иногда говорят, что он обитает на вершине горы Сумбэр.
Нередко Хурмаста изображается заносчивым, забывчивым, беспечным, любящим попировать. Особенно ярко характер Хурмасты проявляется в эпосе о Гэсэре, в котором он начинает размолвку с главой восточных тэнгриев Атай-Уланом, вступает с ним в схватку и сбрасывает его разрубленное тело на землю. Это приносит беды земным людям. Небожители призывают Хурмасту спуститься на землю, чтобы исправить свои ошибки. Но он вместо себя посылает среднего сына, который и перерождается в облике богатыря Гэсэра.
Эвенк с оленями. Стеклянный негатив И. И. Балуева. Красноярский край, 1940 г.
КГАУК «Красноярский краевой краеведческий музей»
Атай-Улан-тэнгрий – глава сорока четырех восточных небожителей, которому подчиняются все темные, враждебные людям божества. В эпосе о Гэсэре говорится, как из частей разрубленного тела Атай-Улана на земле зародились разные чудовища, злые духи и болезни.
Сэгэн-Сэбдэг-тэнгрий иногда представляется независимым божеством, которое не входит в число ни западных, ни восточных тэнгриев. В то же время о нем говорят и как об одном из добрых западных небожителей. Вместе с Хурмастой и Атай-Уланом Сэгэн-Сэбдэг играет важную роль в завязке эпического сказания о Гэсэре. К его прекрасной дочери одновременно сватаются главы западных и восточных тэнгриев, из-за чего начинается их ссора.
В бурятской мифологии многие тэнгрии олицетворяют явления неба и атмосферы. Хухэдэй-мэргэн – один из известнейших персонажей бурятского пантеона, повелитель грома и молний. Распоряжаясь водными ресурсами на небесах, он посылает на землю дождь, дарит ей обилие и плодородие. В фольклоре западных бурят существовало героическое сказание о его подвигах, которое иногда объединяется с эпосом о Гэсэре. В такой версии Хухэдэй-мэргэн спускается на землю вместе с сыном Хурмасты.
Шаманское призывание Хухэдэй-мэргэна и его жены Хултэй-хатан
Хухэдэй-мэргэн – батюшка,
Хултэй-хатан – матушка!
У вас гром раскатистый,
У вас молнии быстрые,
У вас гром заливистый,
У вас молнии резвые,
У вас огниво бело-серебряное,
У вас огниво красно-серебряное,
У вас молнии красно-пламенные,
Божество белого неба со стрелами,
Божество, в степи повсюду спускающееся,
Божество, в лесах с грохотом спускающееся![31]
Среди бурятских небожителей выделяется многофункциональное божество Заян-Саган-тэнгрий – Белый тэнгрий судьбы. Он олицетворяет творческое начало и определяет судьбу и поведение людей. Заян-Саган-тэнгрий наравне с Эсэгэ-Маланом считается творцом человека, подателем благополучия, хранителем семейного счастья и деторождения.
Кузница. Тунгусская экспедиция, 1930 г.
ГАУК НСО «НГКМ»
В пантеоне высших небожителей особое место занимают кузнечные божества, от которых на земле ведут свою родословную династии кузнецов. Эти божества считаются создателями и покровителями кузнечного ремесла.
Будда Шакьямуни. Роспись на ткани. Тибет, кон. XVII – нач. XVIII в.
The Walters Art Museum
У небесного кузнеца Божинтоя из числа западных тэнгриев есть дочь Эйлик-Мулик и девять сыновей, каждый из которых является хозяином определенного кузнечного инструмента. Согласно одной из распространенных легенд о происхождении первых кузнецов на земле, когда-то они спустились на землю, чтобы научить людей кузнечному делу. У горы Сахидаг, где-то в Саянах, они и показали людям, как добывать железо, производить из него ножи, топоры и другие предметы. От этих непосредственных учеников пришельцев с неба и происходят все нынешние белые кузнецы. Эйлик-Мулик считается их прабабушкой, поэтому почитается людьми больше, чем ее братья. Она и ныне обходит всю землю, огненными искрами изгоняя злых духов, тем самым оберегая людей.
Божинтоевым девяти братьям противопоставляются семь черных братьев Донжиевых или Хожироевых, из числа восточных тэнгриев. Возможно, черные кузнецы были спущены с небес на землю после белых с тем, чтобы и на земле продолжить небесное противостояние западных и восточных тэнгриев.
Бурятские кузнецы из разных родов поклоняются божествам, которых почитают как своих предков. Например, считается, что кузнецы из булагатских родов происходят от западного Хухэ-Мунгэн-тэнгрия, а галзутский кузнечный род приносит жертвы восточному Галта-Улан-тэнгрию.
Поскольку в бурятской мифологии сосуществуют две мировоззренческие традиции – шаманистская и буддийская, наряду с тэнгриями пантеон населяют и буддийские божества. Главным образом они известны восточным бурятам, однако некоторые из них встречаются и в фольклоре западных, даже несмотря на поверхностное знакомство с учением буддизма.
Авалокитешвара. Тушь и краска на шелке. Тибет, кон. XVIII в.
Minneapolis Institute of Art
Конечно же, главная фигура бурятского буддийского пантеона – это Будда Шакьямуни. Если в буддийской философии и литературе о Будде Шакьямуни говорят как о человеке, который в последнем своем перерождении смог достичь просветления и войти в нирвану, оставив людям свое спасительное учение, то в фольклоре он изначально представляется как одно из высших божеств, участвующее в сотворении мира и покровительствующее его обитателям. Буряты обычно называют Будду Шакьямуни Бурхан багша («Божество-учитель»). Интересно, что само слово «бурхан», которым в бурятском языке можно назвать любое божество, происходит от древнетюркского прочтения имени «Будда».
Кроме Будды Шакьямуни, в фольклоре действуют и другие будды, почитаемые в бурятском буддизме. Например, Майдари (Будда Майтрейя) – «Будда грядущего», который, согласно преданию, должен стать преемником Шакьямуни. Существуют пророчества, что в конце нашей кальпы – временного цикла, в течение которого мир зарождается, существует и разрушается, – Майдари явится на землю и возглавит силы добра в борьбе с силами зла.
Еще одно хорошо известное бурятским буддистам божество – Авалокитешвара, бодхисаттва[32] сострадания. По-бурятски его называют Арьяа Баала. Его имя служит в бурятском языке междометием, выражающим сильные эмоции – например, удивление или испуг. Восклицание «Арьяа Баала!» по смыслу подобно русскому «Господи!» или «Боже мой!».
Одни из самых популярных божеств «народного буддизма» бурят – Белая и Зеленая Тары. Тарами называют целую группу женских божеств, которые воспринимаются как покровительницы живых существ. Согласно легенде Белая и Зеленая Тары родились из слез Авалокитешвары. В литературе и фольклоре монгольских народов немало легендарных повествований о путешествиях Белой и Зеленой Тар по мирам Сансары, во время которых они утвердились в своем сострадании к живым существам. По одной из таких легенд, сын Зеленой Тары стал божеством-бодхисаттвой и поселился рядом с Буддой в верхних сферах мироздания. Он попросил мать помочь страдающим в буддийском аду существам обрести свободу, и она, проникшись состраданием, согласилась. С тех пор Зеленая Тара стала божественной матерью-покровительницей живых существ, к которой люди обращаются в трудные минуты своей жизни.
Белая Тара и Зеленая Тара. Роспись на ткани. Тибет, ок. 1450–1500 гг.
The Metropolitan Museum of Art
Особую категорию буддийских божеств составляют докшиты, гневные божества – защитники буддизма. По некоторым преданиям, прежде докшиты были злыми духами, но великие учителя и божества смогли подчинить их себе и заставить служить буддийскому учению.
Самый популярный персонаж из числа докшитов в бурятской мифологии – Ошорвани (санскр. – Ваджрапани). Это божество считается покровителем северной части буддийского мира, то есть Монголии и Бурятии. На танка – буддийских иконах – и в скульптурах его изображают как грозное существо, которое держит в руке свое оружие – ваджру, то есть пучок молний. Основная функция Ошорвани – защищать буддийскую веру и, шире, порядок в мире. Не случайно, например, именно ему в бурятском предании Будда поручает догнать и разрубить Арааху, проглотившего Луну.
Будда с бодхисаттвами Падмапани и Ваджрапани. Тибет, ок. X в.
The Metropolitan Museum of Art
Богиня Лхамо тоже относится к ряду гневных божеств-докшитов. Она, как и богини-Тары, считается воплощением женского, материнского начала, только в его противоположной, грозной форме. О Лхамо говорят, что она ведает тайнами жизни и смерти. Есть поверье, что в бурятский Новый год – праздник Белого месяца Сагаалган, который отмечается в первый день года по лунному календарю, – Лхамо с утра объезжает всю землю. Поэтому для нее в этот день оставляют угощение. Существует также традиция в день Сагаалгана вставать до рассвета солнца, чтобы лично встретить Лхамо. Говорят, она заходит в каждый дом и подсчитывает людей, которые приготовились ее встречать. Соблюдение этого обычая должно способствовать удаче в новом году.
Среди других божеств буддийского пантеона у бурят выделяется Сагаан Yбгэн – Белый старец. Его изображают как старика с длинной седой бородой, в белых одеждах и с посохом в руке. Белый старец считается покровителем природы, плодородия и долголетия. Впрочем, ему приписывают и другие функции высших божеств.
Из «Сутры о Белом старце»
На горах я владыка гор, я владыка земли, я владыка воды; в храмах я владыка пространства, на котором помещаются священные книги; в городах я владыка места, на котором стоит город. Я в точности знаю добродетели и грехи людей, населяющих вселенную; долгота и краткость человеческой жизни в моем ведении. Я даю счастье совершать добродетельные дела; поступки добродетели и греха, основы благих дел, почтительность к родителям, веру в три драгоценности, все это рассеиваю я, ниспускаясь первого и 15-го числа каждого месяца; а в день мыши ниспускаются вместе два докшина, черный горный демон, повелитель привратников ада и владыка огня: они подробно и без пропусков описывают все дурные и добрые деяния, которые сделали люди, я же принимаю эту запись. Кто по жестокости убил кого, не был почтителен к родителям, злоумышленно не оказал почтения к трем драгоценностям, всех тех и обо всем том небесные гении записывают. Потом я вместе с докшинами земли и воды, владыками несчастных дней, девяти звезд пяти свирепых галабов, с владыками земли и владыками вод, с владыками городов и местностей схожу и таковых греховных существ предаю чертям, принадлежащим к 100 различным родам, навожу на них болезни, воров, раны, сыпи и дурные сновидения в таком обилии, как дождь. Обманы, невзгоды, порчу в вещах, убытки, смерть и мучения – все это даю я[33].
Подношения богине Лхамо. Рисунок на ткани. Тибет, кон. XVI в.
The Metropolitan Museum of Art
Место обитания Белого старца – гора Жэмэстэ, что значит «Плодовая». В «Сутре о Белом старце», сочиненной в средневековой Монголии, рассказывается, как однажды возле этой горы Будда повстречал седого старика. Будда спросил, чем тот занимается, и тогда старик назвался Белым старцем и раскрыл свои божественные функции. Как полагают ученые, в образе Белого старца у монгольских народов отразились древние представления о божестве – хозяине природы. С приходом буддизма его включили в пантеон новой для монголов религии. А история о встрече с Буддой только подтвердила право Белого старца быть частью буддийского пантеона.
Во время мистерии Цам – театрализованного представления с участием буддийских божеств, которое устраивалось при дацанах, – Белому старцу отводилась особая развлекательная роль. Сценки с его участием перемежали основное действие. Белый старец представал комическим персонажем, который будто бы просыпался в середине действия, пугался громкой музыки, смешно танцевал, вел себя абсурдно и тем самым развлекал зрителей.
Традиционное подношение божествам в честь Нового года по лунному календарю. Монголия, 2024 г.
Syced / Wikimedia Commons
Празднование Сагаалгана, 2025 г.
Евгений Епанчинцев / РИА Новости
В современной Бурятии Белого старца знают в первую очередь как персонажа, связанного с праздником Сагаалгана. Подобно русскому Деду Морозу, в эти дни Белый старец выходит к людям, принимает участие в народных гуляниях, благословляет наступивший год. Сагаан Убгэн сегодня – один из культурных брендов Бурятии. Каждую зиму в Этнографическом музее народов Забайкалья в Улан-Удэ открывается его резиденция, куда приглашают местных жителей и туристов.