Может быть, уже и не увидимся.

Ну мам.

Плохо так вчера было, записалась к кардиологу, к платному.

Вот, значит, будут тебя лечить.

Сколько уже кардиологов. Сомнолог тоже вот. Без таблеток я же уже не сплю.

Поменьше нервничай.

Ага. С вами поменьше. Доводите меня все. Я тебе так скажу – будут хоронить, ты со мной мою шкатулку обязательно, вот обязательно положи.

С зайчиками?

Да, с зайчиками.

Вот блин, какие, в жопу, зайчики, мам. Все будет хорошо.

Ты у меня одна осталась, кто послушает.

А отец как же? А Слава?

Отец где? Где-то. Как обычно. А Святослав он такой.

Какой?

Трус он, предатель.

Какой еще предатель, алло, мам?

Шкатулку положи со мной обязательно. В гроб.

Хорошо, мам, лет через тридцать напомнишь, ок?

Звони мне чаще.

Буду. Давай, у меня вторая линия.

Угу.

Алло.

Да-да. Я вот насчет юбочки.

Щас, секунду, я на ходу, на бегу. Секунду.

Да, слышу, вы не бегите. Может, я перезвоню?

Нет, нет, нормально. Юбочка. Какая юбочка?

«Д и Г» написано, блестящая, но черная. Странная такая. Черный же не блестит, а у вас блестит.

Поняла, поняла. А размер какой нужен? Там, по-моему, только один остался. Вы где смотрите, в инсте*?

В инстаграме[6], это же ваша страница?

Моя, наша, да. Так размер-то?

Вот черт. Размер не знаю. Давайте узнаю и перезвоню.

Напишите мне. Любой мессенджер.

Любой? Я тогда размер узнаю.

Узнайте. И напишите. Все сделаем. С доставочкой бесплатной.

Отлично, отлично. А в Рязань тоже бесплатно?

В Рязань? Ой, в Рязань не знаю. Давайте уточню. Вам на этот номер тогда напишу. Все, извините, теперь уже я бегу.

Давайте.

– Граждане, вы мешаете свободному проезду транспорта. Немедленно покиньте территорию. Граждане, вы мешаете свободному проезду…

– Бабуля, да вы поймите, это вам кажется, что голод будет. Вы только о еде. И о любви. А мы… Мы о свободе!

– Бизнесмены! Коррупционеры! Кому все отдали? А я как должен зарабатывать?

– Смотри, смотри, винтят!

– Девушка! Девушка! Вашей маме зять, мечтающий о свободе слова, не нужен?

Привет! Ты чего, по видео мне звонишь? Тут, наверное, связи не будет, толпа, толпище.

Ха-ха, ты что, про митинг не знала?

Прикинь, нет, не слежу за этой, как ее?

Оппозицией?

Да не, слово такое, черт, черт, черт.

Э, ты зависла. Алло-о-о-о! Зависла, зависла.

Повестка дня! Вспомнила. Не слежу.

Не слышу тебя. Э-э-э-эй!

Алло! Слав, я тут встряла в центре. Не успею, наверное, никуда, все перекрыто, везде люди, ОМОН там, жопа.

У меня еще три доставки, и я думал домой ехать.

Ты чё, домой! Надо же забрать у Люды все, она привезла две сумки огромные, мне завтра на продажу фотографировать.

Не поеду я к этой Люде.

Слав, ты брат мне или кто.

Брат, брат, хватит братом погонять.

Точно мать говорит, ой не могу, говорит, ты предатель.

Мать?

Ага.

Про меня так сказала? Серьезно?

Все, короче, пока.

– Девушка, я не отстану! Хотите стихи? Про все могу!

– Я тороплюсь, извините, извините, пожалуйста, можно, ага, спасибо, извините…

– Круглые шары шлемов! Мятые пирамидки шапок!

– Угомонитесь, плиз, а!

– Белозадые плакаты в руках венков! Мы кричим! Скандируем мы! Будем биться за вас!

– Отлично, не надо только виснуть на мне.

– Осторожно! А-а-а! Напирают! Ай!.. Сюда!

– В метро, в метро! Все в метро!

Алло, добрый день.

Здравствуйте! Вы продаете вещи из Италии, да? Магазинчик у вас в инстаграме[7]?

Да, здравствуйте, извините, могу перезвонить?

Пока можете.

Что значит «пока»?

Полиция вас беспокоит.

По какому. Ой. Щас, извините. Ай, блин, черт. По какому вопросу?

Это я еще не решил, вопросов может быть много.

Если не срочно, я бы перезвонила, буквально полчаса. Я в метро просто.

Я сам наберу.

«Наверху толпа, а вагоны пустые»

«Она меня предателем назвала? А сказала почему?»

«Славунь, ну это наша мать. Ты же ее знаешь. Какие там почему. Какая логика, нет логики»

«ОК»

– Следующая станция «Комсомольская».

Алло, мам, это я опять. Ха-ха.

Что случилось?

Ничего, думаю приеду, сегодня прям приеду.

Что случилось-то?

Да просто решила приехать. Чего не приехать? Ты что, не рада?

А работа как же?

Ты не рада что ли?

Рада.

Все, как билет возьму, наберу еще, скажу по времени, а то, блин, электрички там, непонятно.

На экспрессе езжай.

Разберусь, мам! Щас, повиси.

– А на экспресс до Рязани есть билеты? Ага, давайте. Класс? Да, первый, второго же нет, вы сами говорите.

Мам, ты тут?

Да, доченька.

Я на экспресс взяла, значит буду в Рязани ближе к девяти. А там на такси, так что не ложись, пока не увидимся!

Я же не могу спать, помнишь?

Ой, мам, ты опять. Еще шкатулку свою вспомни. Спорим, я знаю, что в ней?

Вряд ли ты знаешь.

Слушай, ну, смысл твоей жизни – это явно мы со Славкой. И отец туда же. Фотографии там наши. Я же видела, что из альбомов некоторые пропали. Так что, дело раскрыто, зови меня теперь Татьяна Холмс!

Как скажешь.

Угадала же?

Нет.

Угадала, угадала, точно знаю. Что нет-то?

Не угадала. Ладно, я разволновалась, надо в магазин сейчас идти, ужин надо теперь готовить.

Да ну мам! Прекращай, из-за меня еще бегать, лежи, я куплю что-нибудь. Или закажем.

Скажет она, закажем. Ты мужа себе закажи. Все, я кладу трубку.

Давай.

«Здравствуйте! Пишу насчет юбки, размер узнал, S. И про доставку в Рязань узнайте, пожалуйста».

Черт.

Что?

Ой, Слав, «черт» – это не тебе. Ты где?

Бля, по твоим доставкам езжу.

Бросай все, надо кое-что срочное.

Угу.

Ну Сла-а-а-ав! Правда! Я к родителям еду, а там заказ есть в Рязань. Юбка, которая в машине как раз лежит. Черная такая, она там одна черная. В пакете таком, знаешь, «аутлет зэ молл». Пожалуйста, привези на Казанский.

Выходи тогда, я мимо буду ехать, сейчас скажу, сейчас, так, через семь минут.

Я тебя обожаю, брат!

Выходи, там стоять негде. Так трус или предатель? Я не понял.

Славочка! Люблю!

Выходи уже, эй!

Бегу-бегу-бегу.

«Спасибо, что написали! Размер S как раз один и остался, завтра наш курьер может передать в Рязани, давайте спишемся утром».

«Отлично! Буду ждать!»

Алло?

Покинули метро? Теперь можете?

А, это полиция, да? Слушаю.

Посмотрел тут ваши вещи. Из Италии возите?

Всё из итальянских бутиков, да.

А что же так недорого тогда?

Мы в аутлетах покупаем.

Что это?

Аутлеты – это магазины, где известные бренды продают по сниженным ценам. А что я не так сделала?

Хм, почему же вы решили, что что-то не так?

Вы очень грозный по телефону. И не представились, кстати.

Максим.

Очень приятно, Максим. Кажется, надо там как-то «майор такой-то» – и фамилия-имя-отчество.

Думаете, надо? Вас как зовут?

Анастасия.

А у меня написано Татьяна.

Ого.

Что?

Вы что от меня хотите вообще?

Ладно, ладно. Незаконное предпринимательство будем обсуждать? А, Татьяна Львовна?

Знаете, что. Не знаю, что вы там себе надумали, я закон не нарушаю. И если надо – шлите повестку, понятых, вызывайте на вот эти ваши показания. А так по телефону – может вы мошенник?

То есть вы хотите по-серьезному?

Секунду.

– Спасибо, Слав! Увидимся! Я в понедельник. Ага, пока.

Извините, дела. Законные дела. Так что вы там?

Да у меня все хорошо, Татьяна Львовна. Это у вас не очень.

Ну тогда жду вызова, официального. Пока!

– Готовьте билетики и паспорта! Билетики… да, вижу, проходите, двадцать третье. Билетики и паспорта. Спасибо. У вас тридцатое. Билетики, паспорта готовим.

Алло, привет. Можешь говорить?

Добрый день! Вы насчет совета директоров? Срочно?

Извини, извини. Я по делу. Только ты можешь помочь. Пожалуйста.

Говорите, да, слушаю.

Мне звонили из милиции.

Полиции?

Да, из полиции. Не представились, ничего, но знают мои данные, имя там, страницу в инстаграме[8]. Говорят, что это незаконное предпринимательство.

А был там эпизод? У вас ИП оформлен?

Нет.

Значит, правильно говорят.

И что мне делать?

Не знаю. Штраф – потенциально.

Помоги.

Как помочь? Мы же эммм… перечисляли вам средства для старта вашего бизнеса. Мне кажется, мы обо всем договорились, нет?

Да, да, у тебя своя жизнь, у меня своя. Просто не понимаю, страшно, с этой полицией. Я соскучилась. Как там Антон?

Понятно. Нет, что вы, все в порядке, но я думаю, этот вопрос лучше обсудить в понедельник.

Не можешь? Она рядом?

Рад, что у нас такое взаимопонимание. Всего хорошего.

«Должна тебе это написать. Сказать вряд ли смогу. Про год назад. Я тогда была до такой степени от всего усталой. Я ничего не хотела, ничего не могла. Я только бесконечно листала чат одноклассников и жила их жизнями. А своей у меня не было. Я последняя из всего класса, кто остался в Рязани. Три человека в Германии. Одна в Греции. Двое в Америке. Остальные в Москве. И только я в Рязани. И только я учительница. Каждый день хотела сдохнуть, мам».

«Я все развез»

«Слав, спасибо! Я заплачу, если штраф не очень большой будет»

«Какой штраф йопта!!!???»

«Потом расскажу пха-ха-ха»

«А в школу ты вернешься?»

«Больничный еще неделю, потом надо будет»

«Ладно, денег мне не надо от тебя. Матери лучше их в шкатулку положи»

«Так там деньги?»

«Я хз. А что еще?»

«Я думаю наши фотки»

«Нах они ей нужны?»

«А деньги она что, с собой в могилу унесет?»

«Она тебя тоже просила? Аха-ха»

«Хах так ты точно знаешь, что там деньги?»

«Неа. Но всегда так думал»

Алло, да, мам, я в поезде, еду.

Алло, ты слышишь?

Слышу, но связь пропасть может.

Алло!

Да, мам, да.

О, слышно. Давай завтра пойдем попугайчика купим. Вместо Арчика.

Мам. Ну ты что.

Что-что? Год уже прошел. Улетел и не вернулся, я все глаза проплакала. И ты тоже улетела. Тогда же. Думаешь, я не помню. Из-за чего у меня сердце. Из-за Арчика?

Мам, не надо.

Надо – не надо. Все надо. Что мне осталось? Отец? Так он в ночное опять. Тебя нет, он только спать приходит. Славка не звонит никогда.

Потому и не звонит.

Подерзи, подерзи. Научились. Выучились.

Мам, зачем ты сейчас начинаешь?

Все, не могу, опять всю трясет. Всю. Все.

Пока.

Алло.

Ну что, Татьяна Львовна, со всеми проконсультировались?

Это опять вы?

Снова я, Максим Сергеевич меня зовут. Если вы еще несерьезно относитесь, то на всякий случай: штраф до трехсот тысяч, а то и арест на срок до шести месяцев.

Что вы хотите? Вот что?

Да ладно, успокойтесь. Тут необходимость возникла, вот и дали ваши контакты. У вас там юбка есть черная, дольче-хуельче. Блестящая. Предлагаю обмен: вы нам эту вещь, мы вам шесть месяцев абсолютного покоя. Дело никуда…

Господи, вы серьезно сейчас?

А что такое, Татьяна Львовна?

Сразу бы сказали. Какой размер?

Размер S.

А другую не хотите? Там последняя, она уже к клиенту едет.

Купили уже?

Ну почти.

Так если почти – отмените.

Там человек ждет. В Рязани.

Так и мы в Рязани.

Как в Рязани?

Вот так, блин. В общем, вы человечку отбой дайте. А я у вас завтра заберу.

Как же я?..

Что непонятного?!

Да, да, понятно.

Дальше давайте в сообщениях. Завтра жду, куда подъехать забрать.

«Поступил платеж 22 000 рублей»

«И однажды я решила тебе отомстить. Гадко, да, но было дикое желание сделать тебе больно. И наверное, тебе сейчас тоже делаю больно, но не могу больше в себе это носить. Это я открыла клетку и окно. Это я выпустила Арчика. Он улетел, и мне стало так легко, так легко, что я смогла уехать. И пусть я тоже работаю учительницей, но это пока. У меня свой бизнес, не говорила тебе, но смогла начать. Продаю вещи, дорогие. И неплохо идет. Скоро уже отдам долг. Все у меня хорошо, потому что я смогла свалить. И ты должна за меня порадоваться, мам. Поплакать, проклясть меня за Арчика, а потом порадоваться»

Да.

Татьяна Львовна, это Николай Николаич, завуч.

Здравствуйте.

Как ваше здоровье?

Уже лучше. В понедельник, наверное, выйду.

Прекрасно, прекрасно. Класс без вас сам не свой.

В смысле?

Вы талант все-таки. Умеете этот девятый «А» в ежовых, так сказать, рукавицах, то кнутом, то пряником. Без вас хулиганят, жалуются на них. И Нина Петровна, и Людмила Евгеньевна.

Ох, только этого не хватало. Я постараюсь быть в понедельник.

Отлично, отлично. Ах, вот еще, папа Антона только что был, вас спрашивал.

Папа Антона Синицына?

Да.

Хм, а что хотел?

Не знаю, заглянул в учительскую, вас не было, вы ему позвоните, наверное. Есть у вас номер?

Да, конечно, есть. Спасибо.

Ну всего доброго, выздоровления.

Спасибо. И вам! Ой, ну в смысле, и вам всего доброго.

До свидания.

Алло! Ты меня искал?

Добрый день! Хотел узнать, как там ваша ситуация.

Поняла. Все вроде нормально, представляешь, там такое вытворил этот…

Значит, все хорошо уже?

Да, да.

Постарайтесь как-то без меня в следующий раз. До свидания.

Пока.

«Мне все равно приятно, что ты беспокоился. Извини, я правда испугалась»

«Ок»

Да, мам?

Ты тварь. Сердца нет. Тварь.

Мам, прости. Я не могу сейчас говорить.

Не можешь? Тогда послушай. Послушай, мне тоже есть что рассказать. Это я твоему хахалю позвонила, это я ему сказала, чтобы тебе перестал голову морочить. Что тебе еще замуж вообще-то надо, а он уж точно тебя не возьмет. Игрушку нашел, сволочь. А если бы нагуляла от него? Я его попросила, чтобы он тебя бросил. Как ты меня бросила. Я попросила, я, я. Я позвонила и все ему высказала.

Мам, ты что… Ты правда?

Правда! Вот тебе за все, за все. А я знала, что ты приложила руку. Зря отца ругала. Вы все змеи. Тьфу на вас.

Мам, как ты могла?

Как я могла? Как ты могла! Всё делаете, чтобы я… Бога на вас нет. Ты думала, каково мне было?

Я кладу трубку. Извини.

«Вам удобно юбку забрать на вокзале, Рязань–1?»

«Во сколько?»

«Через тридцать минут»

«Да) А как я вас узнаю?»

«Я думала, вы знаете, как я выгляжу»

«С чего вы взяли?»

«Ладно, я позвоню. Сама»

«Договорились! Спасибо!»

Слава?

Да.

Откуда у мамы телефон Синицына?

Эм. Синицына?

Синицына. Моего.

Ммм. Не знаю.

Черт, что ты там не знаешь. Только ты его знал. Ты дал?

Блин, Тань, не начинай только.

Ты знал, что она ему позвонила?

Да не знал я, отстань от меня. Попросила, я дал. Что такого?

Ты дебил, Слав?

Ой, сами разбирайтесь, меня еще не надо вмешивать.

Ты не трус и не предатель, Слава. Ты дебил, Слава. Пока.

– Экспресс прибывает на конечную станцию Рязань первая. Пожалуйста, не забывайте свои вещи.

«Я буду у центрального входа через две минуты. В руках бумажный пакет»

«Понял, жду вас тут»

– Здравствуйте! Это, видимо, мне?

– Да, вот, держите. Юбка, дольче и габбана. Эсочка. Проверьте.

– У вас все нормально? Плакали?

– А вам-то что?

– Понял, извините. Спасибо!

«Мам, я в такси, еду домой. Надеюсь, мы как взрослые люди поговорим»

– Не дует вам?

«Ну что, вы довольны? Вам понравилось?»

– Нет, можно даже больше открыть.

«Чем я могу быть доволен, если у меня ничего нет»

«В смысле нет? А кому я только что юбку передала? Десять минут назад»

«Не мне»

– Из Москвы? Командировка?

«Как не вам??»

«Вы в себя придите, что за игры»

– Я из Рязани. Местная.

Алло, Слав!

Да что еще?

Слав.

Ты плачешь?

Я не могу больше, это какой-то мрак.

Что случилось? Мать?

Да, я приезжаю, окно настежь, она стоит на подоконнике и кричит, что бросится вниз.

Что? И что?

Я не дала, стащила ее вниз. Вызвала скорую.

А скорую зачем? Блин, пипец. Мне приехать? Я могу прям щас выехать. Через три часа буду.

Да не надо. Ее забрали в больницу, плохо ей. Сердце же. Слав.

Что? Ты как?

Слав, я нормально. Она тоже будет нормально, врачи сказали, нас переживет. Капельницы покапают, уколы поделают, через неделю можно забирать. Но нервничать ей нельзя. Все уже нормально. Только я больше не могу, Слав.

Ну ты же не бросишься?

Я не брошусь.

Давай я, наверное, приеду.

Не надо. И еще жопа у меня, Слав. Я не тому человеку эту юбку чертову отдала. Не тому, представляешь?

В смысле?

В коромысле. Перепутала. Отдала покупателю, а должна была Максиму, блядь, Сергеевичу.

Ничего не понимаю. Ладно, я приеду, короче. Сто лет дома не был.

«Слав, я нашла ее шкатулку с зайчиками. И ножом открыла»

«И что там?»

«Ничего, Слав. Там внутри нет ничего. Она пустая. Абсолютно пустая шкатулка»