– Тендер достался не нам, что совсем плохо, катастрофически плохо, – мрачно произнес в трубку Илья, мой клиент, генеральный директор одной рекламной компании. – Сегодня прилетаю, завтра делаю разбор полетов. Прошу, помоги подготовиться. Иначе я как всегда буду орать, все от страха, как обычно, уйдут в глухую оборону, ничего толком не обсудим, а я еще и дома потом на родных сорвусь.

– Да не вопрос, помогу, конечно. А ты часто кричишь?

– Постоянно. Каждый раз давал себе на это сражающийся запрет, но как только ситуация не соответствует тому, что я задумал, забрало падает, и я собой не владею.

– А чем ты кричишь?

– В смысле, чем? Не понял вопроса.

– Ну, какая часть тела кричит?

Илья молча дышал в трубку. Понимаю, действительно странный вопрос, зато очень важный для тех, кто не умеет с собой справляться или делает это с трудом. Некоторые, сохраняя внешнее спокойствие, продолжают накапливать напряжение внутри, срываясь потом от любого крохотного триггера.

– Я думал, горло, но понял, что нет. Кричит что-то внутри: либо почки, либо кишечник, откуда-то оттуда идет толчок, – наконец произнес мой клиент.

– А что другие части тела?

– Юля, что за анатомический разбор? – грустно пошутил он.

Но за шуткой полетели ответы, да еще какие:

– Сердце говорит: «Ох, ну что ж ты так нервничаешь». Почки поют какую-то мелодию с текстом «Ничего не бойся», позвоночник как будто шепчет: «Все будет хорошо». Одна рука хочет сжать кулак и шипеть: «Сколько можно?» – а вторая – обнять и сказать: «Мы справимся». Душа звенит: «А давайте!» – и ей все равно, справимся мы или нет, лишь бы вместе и лишь бы интересно.

Целый художественный фильм.

Илья искренне удивился, насколько говорящее у него тело и насколько объемно и полифонично оно звучит.

– Я думал, что весь ору, а все, оказывается, по-другому. А еще я понял, что хоть и осуждаю себя за крик, но мне в глубине души кажется, что это единственный способ: не наорешь – никто не двинется.

Величайшая иллюзия воинственно настроенного ума, что крик дает мотивацию. Дает ненадолго. Но какую? Кроме страха, напряжения, озлобленности, замирания или на пару недель активности типа «Я докажу» или «Подавитесь все», больше никакой мотивации ждать не стоит. Еще разве что включается вина – привет из детства, – которая заставляет сжиматься и крутить шарманку оправданий.

Но хороших оправданий не бывает, все они терпят крушение в первом же столкновении с живой коммуникацией.

” Мне очень хотелось, чтобы Илья перешел с криков на разговор. Услышал свое звучание, а не использовал голос как рупор: чем громче, тем лучше.

Практика «Части тела»

Я придумала «Части тела» как раз для таких случаев. Она позволяет проводить сложные разговоры, собрания, встречи, объяснения, когда напряжение, тревога, досада или даже злость затмевают спокойствие, благоразумие и здравый смысл.

«Части тела», конечно, для продвинутых пользователей, но способ интереснейший, вы почувствуете это, если попробуете хотя бы раз.

Этот вариант подойдет и руководителям, и родителям, и партнерам, и взрослым детям, и супругам, и друзьям, оказавшимся в конфликте, и учителям, справляющимся с подростковыми кризисами учеников, и много кому еще. Итак, инструкция:

1. Вспомните свой острый разговор, уже случившийся, но не удовлетворивший, или предстоящий, а может регулярный, где повышенный тон вошел в привычку. Подумайте об этом разговоре, представьте его, воспроизведите в уме, если получится, прислушиваясь к ощущениям внутри.

2. Напишите на бумажках-карточках разные части тела, которые придут в голову, знание анатомии здесь не нужно, никаких правильных и неправильных ответов нет.

Вы заметите, что, даже пока просто пишете карточки, напряжение понемногу начнет спадать. Это тело так отвечает благодарностью за контакт. Не часто мы с ним осознанно и внимательно взаимодействуем.

Карточки можно положить названием вниз, чтобы вытаскивать вслепую, а можно и вверх, выбирая названия по желанию.

3. Теперь возьмите любую и задайте вопрос той части тела, которая на ней написана: «Что тебе хочется (или хотелось) в этом разговоре сказать?»

4. Ответы записывайте. Это, во‑первых, интересно, а во‑вторых, поможет получить лучший результат.

Меня часто спрашивают:

– Как пригласить человека к необычному способу ведения разговора? А вдруг он откажется?

Отвечаю:

– Приглашайте, а не принуждайте, доверяя и себе, и ему. Не стесняйтесь сами – и все получится.

Если будете готовы пригласить собеседника или собеседников к разговору этим способом, сделайте подводку. Вступление может быть примерно таким: «Мне сложно говорить об этом спокойно, поэтому я сделаю это необычным способом: через разные части тела, чтобы не сорваться на претензии, обвинения и крик».

В общем, пробуйте, друзья, «рисуйте» коммуникацию, творите. Хватит уже прозябать в коммуникативной серости и словесной рутине.

Вот коротенькие примеры:

«Мое сердце говорит вот что. А что говорит твое?»

«Мой позвоночник говорит вот о чем. А о чем твой?»

” Даже если человек молчит и ему сложно включиться или услышать себя таким образом, говорите сами, пусть сначала это будет монолог.

Ум немного посопротивляется, оказавшись в легком шоке, но потом отпустит и разрешит такое нестандартное взаимодействие. К счастью, он мало что может в этой игре контролировать, а значит, будет вынужден дать разговору плыть по необычному течению.

Говорите, друзья, ведите этот «смычок» не останавливаясь – и вам не захочется кричать, ругаться и унижать собеседника. С людьми важно говорить, а орать лучше в лесу.

Мой сын в подростковом возрасте увлекся паркуром с компанией друзей. Я ужасно боялась этого его увлечения, моя тревога зашкаливала и рисовала сюжеты, в которых он падает, разбивает себе голову, ломает позвоночник и бог знает что еще. Я места себе не находила, пока они с друзьями развлекались.

Могла ли я запретить? Да, наверное, могла бы, но считала, что это неправильно, что у него должна быть свобода и собственный опыт. Поэтому предпочитала сжиматься от страха, молиться неведомому паркурьему богу и верить, что все будет хорошо.

Однажды я не выдержала и сказала «нет».

Сын, конечно, начал сопротивляться, буянить, я повысила голос. Назревал конфликт, раздувать который мне хотелось меньше всего.

И я сказала сыну, отчаявшись договориться:

– Слушай, мое сердце доверяет твоей силе, оно говорит, что все будет хорошо. Мой ум, бьется как сумасшедший, он кричит: «Нет, нет, нет! Это опасно!» Душа спокойна, она говорит: «С богом». В животе тревожная волна – там пульсирует: «Будь осторожен». Мое человеческое тебя поддерживает, а материнское хочет оградить. Такая вот симфония, сынок.

Уже одетый, сын присел на тумбочку:

– Мам, я тебя понимаю, но ты должна меня отпустить. Обещаю, что буду осторожен. Буду держать себя в руках и, если почувствую, что мне самому страшно, никуда не полезу.

Вот так мы и поговорили тогда.

Я успокоилась, хотя молиться и волноваться не перестала, но со своей тревогой могла теперь совладать.

Этот способ помог мне почувствовать уверенность и спокойствие и не порушить близость с сыном в ситуации, которая как раз предполагала разлад.

” Не раз потом возможность прислушаться к телу и проговорить, что в нем звучит, выручала меня в сложных разговорах. Помогала не отчуждаться, даже если согласия найти не удавалось.

Илья, кстати, провел тогда собрание. Ему впервые удалось не разораться, а сфокусироваться на самом спокойном месте – точке солнечного сплетения.

Его фраза «Я говорю сейчас с вами из самых своих недр, и вот что оттуда звучит» вызвала улыбку и любопытство команды.

И все быстро включились в эту игру.

Потом по компании гуляла шутка: «Все, сказанное позвоночником, – истинно верно».