Я часто сопровождаю сложные, подчас безнадежные разговоры, поэтому знаю точно: каждый из нас в процессе разговора проживает два диалога: один наяву, второй внутри. Даже простые, туповатые вопросы, заставляющие оправдываться и защищаться, типа:

• Где ты был?

• Почему так поздно?

• Мусор вынес?

• Уроки сделал?

• Почему двойка?

• Почему ты меня не слушаешь?

• Сколько это будет продолжаться?

• До каких пор?

И подобные им содержат внутренний, непроговоренный текст.

А обычный диалог «Как дела?» – «Нормально» иногда несет в себе такой спектр переживаний, что говорящим безопаснее произнести ничего не значащие фразы, чем переложить на слова настоящие чувства, которые давно уже потонули в молчании и недоверии к друг другу.

Что там, под этими словами?

Под фразой «Как дела?» может скрываться:

• Я скучаю по тебе, мне хочется с тобой больше общаться.

• Я не знаю, как сказать, что люблю тебя.

• Я боюсь, что неинтересен тебе.

• Я думаю, что тебе не хочется рассказывать мне, что ты чувствуешь.

А под ответом «Нормально» чаще прячется:

• Я не знаю, как сказать, что чувствую на самом деле.

• Я боюсь, что ты меня не поймешь.

• У меня все не очень.

• Мне сегодня грустно.

• У меня накопились обиды, претензии, и они меня разъедают.

• Я боюсь, что наши отношения перестали быть интересными.

• Я волнуюсь за тебя.

Мы так усиленно не позволяем себе говорить про истинные чувства, что перестаем их замечать.

Мы молчим или разговариваем поверхностно, потому что так проще и безопаснее.

Молчание – язык нелюбви. Что бы там ни говорили – мол, «умная» жена промолчит, – не верьте. Она молчит, потом болеет, иногда смертельно.

С «умными» и «молчащими» мужьями, «героическими» руководителями, «удобными» сотрудниками, «воспитанными и послушными» детьми все то же самое.

Молчание кажется спасительным. Но все, что мы замалчиваем, громко кричит внутри нас. Я часто вижу на лицах несказанные слова: они ложатся морщинами вниз в уголках губ, жесткой складкой между бровей, напряжением рта и тусклым взглядом.

Говорите, мои дорогие читатели, говорите что хочется, разрешите себе свои слова.

” Нет никакой необходимости молчать, задыхаясь в компромиссе. Компромисс – это не тебе и не мне, это «проигрыш – проигрыш». И последствия у него удручающие.

Семейные коммуникативные сценарии держат за горло и управляют нашими разговорами, не позволяя выйти за рамки допустимого. Возможно, в вашем детстве было не принято говорить о чувствах, а обсуждать можно было только дела и оценки. Возможно, нельзя было делиться страхами, переживаниями, а злость и гнев держались под строжайшим запретом. У нас почти 90 % населения страны выросло в такой коммуникативной атмосфере, где девочки не злятся, а мальчики не плачут. Чувства не обсуждаются, это ведь неэффективно, никакой видимой пользы, обсуждаются только дела. Какие тут глубокие разговоры? Выжить бы…

Моя школьная подруга Марина не могла ничем поделиться с родителями. На любые проявления чувств ее мама, тетя Валя, немела лицом и переводила разговор на ничего не значащие вещи: еду, порядок, погоду, одежду.

Когда подружка чуть ли не умирала от несчастной любви и лежала с температурой, утопая в слезах, тетя Валя молча ее поила, кормила, лечила, но не задала ни одного важного вопроса.

Даже банальный вопрос «Что с тобой?» у нее не получался. Вместо этого она могла деловито и сухо перечислять:

– Пить хочешь? Голова болит? Бульон принести?

Это сейчас я понимаю, что единственный способ выразить свои чувства, который она могла себе позволить, – забота. Но тогда меня переполняли праведное возмущение и непонимание.

– Снежная королева какая-то, как можно так обращаться с собственной дочерью? – возмущалась я дома.

На что моя мама говорила:

– Мы не знаем, через что ей пришлось пройти. Она делает что может, и слава богу.

Такой ответ меня не устраивал. Помню, я даже пыталась что-то умное тете Вале пояснить, на что получила ничего не выражающее лицо и обыденное:

– Есть будешь?

Ну что тут скажешь? Непробиваемо.

Маринка со временем стала походить на мать: так и выросла, не умея и не желая разговаривать о чувствах.

Когда от нее уходил муж, она молчала о своих переживаниях, болях и страхах, держа, что называется, морду тяпкой, а спину шпагой. Муж ее потом говорил:

– Да ей все равно – есть я, нет меня. Она совершенно бесчувственный человек, и на наши отношения ей давно наплевать.

Маринка молча надраивала окна, готовила еду, наводила порядок каждый день, но разговорить ее было невозможно.

– Марин, ну хоть скажи, что ты злишься, что тебе плохо, – пыталась достучаться до нее я.

– Я не злюсь, мне нормально, – говорила она ровным голосом.

До психолога ее, конечно, было не допинать: у него же надо разговаривать.

А потом Маринка заболела. Врачи ничего не могли найти, все анализы нормальные, а человек таял на глазах.

И только страх за детей («Что с ними будет, если меня не станет») заставил ее послушать врачей. Пойти к психотерапевту и начать капельку за капелькой доставать свои чувства из тюрьмы, проговаривая все, что накопилось за долгие годы.

Это была победа света над тьмой, по-другому я это не назову.

Именно благодаря Маринке я сделала тогда несколько выводов, которыми поделюсь и с вами:

• У нас невероятно чувствующее сердце, которое до ужаса боится своей уязвимости и оголенности.

• У нас невероятно корявый язык, и он «пришит» к уму, а не к сердцу. Нам надо соединить язык и сердце, минуя ум.

• Диалог – это единственный способ изменить отношения. Если нам страшно обсуждать ту или иную тему, значит, в ней и кроется самая суть.

• Мы молчим, потому что боимся потерять отношения, и выбираем поступиться собой. «Или правда – или отношения» – такой опыт негласно передали нам родители. Но это не так.

Когда Марина попросила у меня помощи с обозначением и проговариванием своих чувств, я придумала для нее необычный способ. Впоследствии он не раз спасал и меня саму, когда тема разговора обжигала, как кипяток, а слова от страха и боли оказывались плоскими и тупыми.

Я назвала его так: «Я говорю – я молчу», а вы можете назвать как хотите.

Практика «Я говорю – я молчу»

Основная суть в том, чтобы обозначить словами и то, что говорится само, то есть лежит на поверхности, и то, о чем не получается говорить напрямую, – неловко, уязвимо или слишком откровенно.

Такое проговаривание можно организовать и без подготовки, но лучше подготовиться, особенно первый раз. Что нужно сделать?

1. Вырежьте из бумаги квадраты примерно 10×10 см. Можно побольше – главное, чтобы на них было удобно писать.

2. С одной стороны квадратов напишите те фразы, которые говорятся легко, даже если это претензии и обиды. Например: «Я обижаюсь на тебя», «Мне страшно», «Я хочу больше денег»… В общем, все, что «просится на лист».

3. Пишите разные фразы на отдельных карточках, не смешивайте высказывания.

4. С другой стороны карточки напишите, что под этими фразами может скрываться и не проявляться в словах. Вполне возможно, эти спрятанные послания вы даже не осознаете. Не торопитесь. Прислушайтесь к себе и попробуйте быть максимально искренними.

5. Итак, карточки готовы. С одной стороны написано, что вы хотите сейчас сказать, а с другой – о чем вы почему-то молчите. Их можно использовать спонтанно сразу в разговоре, а можно заранее по ним подготовиться. Делайте как вам легче.

6. Вы можете заранее пригласить партнера присоединиться к этой «игре», объяснив ему суть и инструкции. Пусть тоже напишет свои карточки, тогда вы будете на равных в разговоре.

7. Если втянуть в это собеседника по разным причинам невозможно, то «играйте» самостоятельно. Эффект будет в любом случае.

Все, кто хоть раз попробовал выполнить это упражнение, писали мне, что остались довольны: метод работает, даже если в разговоре это делает один человек. Способ и правда почти магический: с его помощью все самое важное, но не обозначенное до этого словами, постепенно раскрывается в разговоре, как фотография в проявителе. Диалог становится настоящим, хоть и непростым.

Степень открытости в таких разговорах мощнейшая, и это, конечно, страшновато. Не бойтесь, все будет идти поступательно, никого не травмируя, но зато вся глубина ваших чувств и настоящая суть разговора непременно раскроются.

Посмотрите сами, как это работает.

Я сидела вечером в гостях у подруги. Она ждала мужа с работы, готовила ужин. На часах было около десяти, и подруга заметно нервничала.

– Лен, что с тобой? Ты тревожишься?

– Да, Ваня давно должен быть дома, сказал, что задержится, но не настолько же.

– Ну ничего страшного, заработался наверное.

– Он со своим проектом совсем дома не бывает.

Лена уже раз семь набирала Ванин номер, но тот не отвечал.

– Лена, приготовление ужина в таком настроении превращает его в зелье, – пытаюсь я пошутить. – Ну вот ты дозвонишься? И что скажешь? Дурацкое «Ты где»?

– И что?

– А ничего. Знаешь, как мне отрезал желание задавать этот вопрос сын? Он сказал: «Мам, я на телефоне, и это все, что тебе надо знать».

– Вот засранец.

– Да нет, просто вопрос дурацкий и раздражающий. Слушай, а что ты на самом деле хотела бы ему сказать? Ну вот искренне, от самого сердца?

– Да фиг знает, – махнула рукой Лена. – Я просто задолбалась с этой его ненормированной работой, пашет без выходных. И знаешь, так и разъедает мысль: а вдруг он не работе?

– То есть ты не знаешь, что на самом деле хочешь сказать, и готова кидаться всякими подозрениями и претензиями?

Лена растерянно пожала плечами.

– Я предлагаю тебе прямо сейчас прожить опыт «Я говорю – я молчу», тем более и время есть, и повод подходящий. Давай?

Лена немного поупиралась, но скорее для приличия, чем по-настоящему. Сама идея выгрузить на карточках с одной стороны все, что идет, а с другой стороны то, о чем говорить волнительно и приходится молчать, ей показалась необычной и интересной.

Мы нарезали карточки, и Лена написала на нескольких:

• Где ты был так поздно?

• Почему ты меня не предупредил?

• Ты совсем забросил дом!

• Я волнуюсь.

• Меня раздражает, что ты все время на работе.

• Может, у тебя появилась другая женщина?

Я предложила прочесть ей вслух все, что она написала, чтобы прочувствовать свои слова.

– Звучит угрожающе. Ни заботой, ни любовью здесь даже не пахнет, а мне казалось, что я говорю о любви, – удивилась Лена.

– О ней ты как раз молчишь. Напиши сейчас на карточках с обратной стороны то, о чем ты молчишь.

Лена склонилась над листочками. Спустя несколько минут получилось вот что:

Дописывая последнюю карточку, подруга заплакала и сказала, что давно с таким теплом не думала о своем муже.

– Ох, Лена, обиды и претензии жрут любовь, как саранча, а мы этого даже не замечаем.

А еще через 10 минут пришел Ленин муж, и я предпочла побыстрее исчезнуть, чтобы они могли прожить этот вечер вдвоем и искренне поговорить. Я верила, что разговор поможет им очистить отношения от эмоциональной рутины и добавит света в любовь.

Так и случилось. Через пару дней Лена позвонила поделиться:

– Юля, это был лучший разговор за последние несколько лет, спасибо тебе большое! А говорила я только одно: как хорошо, что ты дома, я так тебя люблю. Мой муж весь разговор держал меня за руку и делился рабочими сложностями. Если бы не карточки, я точно завалила бы его претензиями и все испортила бы.

Надо ли говорить, как радостно было мне это слышать? Я говорю – я молчу, я молчу – я говорю.

Позвольте себе не молчать о ценном – это лучшая профилактика всех отчуждений. Коммуникация решает все, она и только она позволяет нам проявлять чувства и мысли. Что не сказано – невозможно изменить.

” И если следовать моему способу прямо сейчас, то я говорю вам, дорогие читатели: Мне хочется, чтобы вы подобрали для себя способы, помогающие вести сложные разговоры в любой ситуации, и использовали их. Я мечтаю, чтоб вы дорожили каждым разговором, и тогда у любых отношений есть шанс быть глубокими. А молчу я вот о чем: Я боюсь, что вам не захочется этого делать, что вам покажется это сложным, неуместным, и все же надеюсь, что такого не будет.