Возможно, самая противоречивая эпоха в истории испанского футбола и «Барселоны» в частности. Действительно ли режим Франко благоволил мадридцам? Сколько титулов и футболистов потеряла «Барселона»? Вопросы, из-за которых болельщики обоих клубов по-прежнему устраивают баталии. Да и не только болельщики: даже менеджеры команд порой затевают споры прямо в СМИ.

«Мы страдали от диктатора. В Испании им был Франсиско Франко. В этот период у него была любимая команда, она выигрывала Кубок европейских чемпионов. Это был “Реал”. Мы были в сложной ситуации. Мы спрашивали, почему Ди Стефано перешел в “Реал”, хотя он уже подписал контракт с нами. Когда люди не могли кричать “Да здравствует Каталония!”, они могли кричать “Да здравствует "Барса"”. Теперь же сторонники независимости Каталонии могут свободно выражать свои взгляды», – сказал в 2016 году вице-президент клуба Хорди Кардонер.

В 2023 году дебаты вспыхнули с новой силой. Нынешний президент «Барселоны» Жоан Лапорта на пресс-конференции назвал конкурентов из Мадрида «режимным» клубом. Так как на самом деле обстояли дела в те времена?

С началом диктатуры Франко пресекались любые сепаратистские мысли среди граждан. Поэтому флаг Каталонии оказался под запретом, равно как и каталанский язык, – это привело и к изменению герба «Барселоны». Другой указ напрямую касался футбольных команд: они обязательно должны были именоваться на испанском языке. По этой причине в 1941 году «Барселона» сменила название с англоязычного Football Club Barcelona на Club de Fútbol Barcelona.

С началом официального правления Франсиско Франко возобновились и главные национальные турниры Испании – Ла Лига и Кубок. Последний турнир сменил название на Кубок Генералиссимуса – в честь Франко, само собой.

В первом розыгрыше возобновленного чемпионата победу одержал «Атлетико» – «Барса» с «Реалом» не попали даже в тройку призеров. При этом мадридцы потеряли нескольких футболистов во время гражданской войны, и чтобы у клуба набрался полноценный состав, его объединили с соседним «Авиасьон». Считается, что в первые годы именно «Атлетико» был любимым клубом Франко. Показательно, что изначально мадридцы не должны были выступать в высшем дивизионе: в сезоне‑1935/36 заняли предпоследнее место, но спустя три года «Атлетико» позволили сыграть стыковой матч за сохранение прописки в элите.

В 1940 году президентское кресло «Барселоны», спустя четыре года после гибели Суньоля, перестало пустовать – его занял Энрике Пиньейро. Он руководил командой до 1943 года, подав в отставку после полуфинальных матчей с «Реалом» в Кубке Испании, окутанных великим скандалом.

Годом ранее «Барселона» уже выиграла кубок, обыграв «Атлетик» в финале (4:3), и намеревалась повторить достижение. Попав на мадридцев в полуфинале, каталонцы получили право провести первую игру дома – там победили со счетом 3:0. В первую очередь благодаря горячей поддержке трибун, возненавидевшей мадридцев. Фанаты не могли выкрикивать оскорбления в сторону Франко, но могли вымещать злость на столичных соперниках. И это дало результат.

«Это не был ни футбол, ни игра, ни какие-то пляски. Это были взаимные столкновения и агрессия не в пользу “Реала”: каждый раз, когда на каком-нибудь игроке “Барселоны” фолили, судью преследовали разнообразные жесты, шумиха, футболисты подбегали к нему пожаловаться, а публика реагировала на все жаркими криками протеста», – писали в Diario Madrid.

Мадридские игроки и журналисты были уверены, что в ворота «Реала» был поставлен ошибочный пенальти, а другой гол – забит из очевидного офсайда.

Считается, что перед ответным матчем президент «Барселоны» Пиньейро направил президенту «Реала» Антонио Перальбе письмо, в котором принес извинения за поведение болельщиков. Но оно, видимо, так и не дошло до Мадрида. «Реал» жаждал реванша: перед ответной игрой зрителям на трибунах выдали по бесплатному свистку, чтобы как можно «гостеприимнее» встретить каталонских гостей, а клубный автобус «Барсы» забросали камнями.

Атмосфера на «Эстадио Чамартине» напоминала ад. А после финального свистка превратилась в самое счастливое место на планете – «Реал» победил 11:1 и вышел в финал. Да, все верно – здесь нет опечатки. Счет мог быть еще крупнее: арбитр во время матча отменил еще четыре гола мадридцев.

Вокруг столь шокирующего результата существует множество теорий и догадок по сей день. Главная из них заключается в том, что перед игрой футболистов «Барселоны» запугали мадридские полицейские. Правоохранители действительно заходили в раздевалки обеих команд, однако, по версии «Реала» и историков, они всего лишь просили игроков не провоцировать публику.

Сторона «Барселоны» утверждает обратное. В раздевалку «сине-гранатовых» пришли не только полицейские, но и высокопоставленные люди, связанные с режимом Франко. Они тонко намекнули, что по итогам встречи в финал должен пройти именно «Реал».

«Ответный матч был адом: мадридская пресса подогревала обстановку, и к игре запустили механизмы диктаторского режима, чтобы обеспечить нужный результат. В раздевалку “Барселоны” перед матчем зашла полиция и угрожала игрокам, а арбитр завершил начатое на поле», – писал в статье каталонский журналист.

Никаких доказательств этому, впрочем, нет. Разнятся и версии. Журналист Фредерик Порта в своей книге писал, что каталонским футболистам действительно угрожали в раздевалке, но по другой причине. Уже в первом тайме «Барселона» пропустила восемь мячей – игроки не хотели выходить на второй тайм, но им пригрозили арестом.

Пресса только разжигала обстановку и выдавала новые версии произошедшего. Один из журналистов также намекнул на подковерные игры и раскритиковал «Реал» за агрессию и поведение болельщиков. Вскоре колумниста уволили, и он ушел из журналистской профессии, а санкции против него ставили как показатель влиятельности мадридцев. Уволенным журналистом был 23-летний Хуан Антонио Самаранч. В будущем он станет президентом Международного олимпийского комитета, одним из самых влиятельных бизнесменов Испании и послом страны в СССР и Монголии.

Обличительные заголовки не прошли мимо ушей Пиньейро, тогдашнего президента «Барселоны». Он потребовал от футбольной федерации разбирательств, а также имена всех сторонних лиц, посещавших раздевалку. Ожидаемо федерация отказала в этой просьбе, и Пиньейро подал в отставку.

В конце концов нейтральная сторона сходится на том, что в поражении виновата сама «Барселона». Ее игроки просто не справились с давлением, теряя мячи на ровном месте и безрассудно действуя на чужой половине поля. Более того, «сине-гранатовые» уже в первом тайме остались в меньшинстве после удаления защитника Бенито. В подтверждение плохой игры идут слова экс-нападающего команды Хосепа Эсколы: «“Реал” впечатляюще обыграл нас. Это был настоящий холодный душ. Этому не может быть оправданий: мы играли катастрофически».

Поведение столичных болельщиков действительно могло напугать неподготовленных. Болельщики с первых рядов хватали каталонцев за майки, в ход даже пускали посторонние предметы: во вратаря «Барселоны» Луиса Миро постоянно летели камни. Голкипер отходил от линии ворот на несколько метров, лишь бы обезопасить себя. К слову, этот матч стал для него последним – испанец так и не оправился от одиннадцати пропущенных и завершил карьеру.

Считается, что именно эта встреча стала отправной точкой для ненависти между «Барселоной» и «Реалом». «Между нами не было соперничества. По крайней мере, до этой игры», – утверждал запасной вратарь каталонцев Фернандо Архила.

По итогу эта победа тоже не принесла «Мадриду» большого удовлетворения. Во-первых, трофей все равно достался «Атлетику», одержавшему победу в финале. Во-вторых, клуб оштрафовали на 2500 песет за поведение болельщиков. В-третьих, спустя несколько месяцев президент Перальбе покинул пост. «С этого момента я не вижу возможности продолжать руководить мадридским клубом и вести его к новым целям, которые диктует повестка дня», – сказал Антонио.

Оба клуба быстро заменили ушедших президентов. В «Реал» пришел легендарный Сантьяго Бернабеу, именем которого назовут ныне известный стадион «сливочных». А в «Барселону» – Хосеп Антонио Альберт-и-Мунтадас. В 1943 году он договорился с Бернабеу о примирительном матче: встреча в Мадриде завершилась ничьей 1:1, а в Барселоне разгромной победой хозяев – 4:0. Впрочем, настроения болельщиков выправить не удалось.

«Барса» намеревалась встать на ноги и доказать, что унизительное поражение их не сломило. В 1934 году в клуб вернулся Хосеп Самитьер, но уже в роли главного тренера. До этого он тренировал только «Ниццу» и «Атлетико», с которым в 1936 году чуть не вылетел из Ла Лиги, но, как мы уже упомянули, мадридцам помогли остаться в высшем дивизионе.

При Самитьере «сине-гранатовые» сразу же выиграли чемпионат Испании – 1934/35, опередив «Реал» на одно очко. А сразу после взяли Золотой кубок Аргентины. Точнее говоря, Суперкубок Испании, но тогда трофей назывался иначе – аргентинский посол предложил франкистам переименовать турнир в знак совместного сотрудничества стран. Название продержалось всего один розыгрыш, потом его переименовали в Кубок Эвы Дуарте – в честь жены аргентинского президента Хуана Перона.

После мгновенного успеха каталонцы остались без трофеев еще на три года. В 1948 году «Барселона» снова одержала победу, но уже без Самитьера – он покинул тренерский пост из-за конфликта с братьями Гонсальво, ключевыми футболистами того состава. Самитьер добился изгнания Хулио Гонсальво, чем навлек на себя гнев Мариано и Хосепа Гонсальво. Не желая обострять ситуацию, Самитьер оставил должность и перешел в скаутинговый отдел.

Вместо Самитьера команду возглавил уругваец Энрике Виола, выступавший за клуб еще в 1930-х. Карьера в Каталонии продлилась всего год: после начала гражданской войны он остался в Монтевидео, а в Барселону вернулся спустя десятилетие. И не зря: за три года выиграл два чемпионства, Суперкубок и Латинский Кубок.

Латинский Кубок можно считать прообразом Лиги чемпионов. В турнире участвовали чемпионы Испании, Португалии, Франции и Италии. «Барселона» победила в первом розыгрыше в 1949 году (причем сделала это на домашнем стадионе «Реала»), повторила успех в 1952 году и вполне могла забирать трофей в 1953-м. Но тогда каталонцы отказались от участия, поскольку им предстояла поездка в Венесуэлу на Малый Кубок мира – на очередной доисторический турнир, о котором в наше время слышали единицы. Это соревнование уже было прообразом Клубного чемпионата мира.

Оба турнира очень не вовремя накладывались друг на друга. «Барселона» могла ехать на турнир и в 1952‑м, но отказалась в пользу Латинского кубка. Через год уже произошла обратная ситуация. Интереснее всего то, что участник Малого Кубка мира от Европы определялся именно в Латинском кубке. То есть отправившись на МКМ в 1953-м, каталонцы лишили себя возможности на участие в следующем розыгрыше. Вместо «Барселоны» в Латинском кубке в итоге сыграл вице-чемпион «Валенсия».

Но то было уже под руководством иного тренера. Виола покинул команду в 1950 году, уехав тренировать «Насьональ» из родного Монтевидео. На смену подписали словацкого специалиста Фердинанда Даучика.

К тому моменту он уже год жил в Испании, покинув Чехословакию и тренируя любительскую команду «Хунгария». Она была составлена из футболистов, нелегально покинувших страны Восточного коммунистического блока. По правилам ФИФА, беженцы не могли играть в новых чемпионатах из-за дисквалификации, поэтому выступления за «Хунгарию» помогали бы игрокам немного заработать на футболе. Помимо бывших граждан Чехословакии, за команду бегали югославы, румыны и представители иных народов. Матчи проводили не только в Испании – были выезды и в Италию, и в Колумбию, где «Хунгария» состязалась с местными командами.

В 1950 году к Даучику в Испанию приехал известный венгерский футболист Ладислав Кубала. Они уже встречались в чемпионате Чехословакии, где Ладислав играл за «Братиславу», а Фердинанд тренировал «Славию». Но возникает вопрос: с чего бывшие соперники решили воссоединиться в Испании? Все потому, что Кубала приходился зятем Даучику – в 1947 году Ладислав женился на его дочери Анне Виоле Даучик.

Ладиславу пришлось покинуть родную страну в 1949-м из-за обвинений в шпионаже в пользу Чехословакии. Нападающего планировали отправить в армию, но тот успел вовремя сбежать. Кубала вместе с беременной Анной и маленьким сыном спрятался в кабине грузовика, переодевшись в советскую военную форму, – так он добрался до Вены, где его нашли скауты итальянского «Торино», мечтавшие подписать нападающего. Однако венгерская федерация быстро отреагировала и добилась от ФИФА дисквалификации Кубалы.

Туринский клуб не бросил Ладислава, надеясь на скорую отмену решения, а сам венгр тренировался вместе с клубом и участвовал в товарищеских матчах. В мае 1949 года в «Торино» поступило предложение об очередном «товарняке» – уже от португальской «Бенфики». Итальянцы ответили согласием и готовились к вылету в Лиссабон. Кубала также должен был отправиться на встречу, но в последний момент его отговорила жена.

«Торино» провел матч с «Бенфикой» без Кубалы, проиграв 3:4. На следующий день команда должна была на самолете вернуться в Турин, но произошла авиакатастрофа, в которой все 31 человек на борту погибли. На этом рейсе мог оказаться и Ладислав, если бы не его жена.

Кубала еще несколько месяцев потренировался с другими итальянскими клубами, но ФИФА никак не снимала с него дисквалификацию. Тогда он и решил основать любительскую «Хунгарию», позвав на роль тренера Даучика. Команда показала внушительные результаты против грандов – в их числе был и «Реал», который обыграли 4:2.

Мадридцы вдохновились игрой бомбардира, предложив ему солидный контракт. Но параллельно охоту на венгерского футболиста устроил и Самитьер, возглавлявший скаутинговый отдел «Барселоны». Понимая, что каталонцы вряд ли смогут конкурировать с «Реалом» по финансам, клуб, по слухам, выполнил запрещенный прием – обратился за помощью к режиму Франко.

Конечно, это всего лишь версия – достоверных доказательств этому нет. Но весной 1950 года Ладислав подписал контракт с каталонцами. Считается, что Франко поставил перед игроком и клубом одно условие: нападающий должен принять испанское гражданство. Этот трюк, вероятно, должен был показательно ужалить социалистический режим, против которого выступал испанский диктатор. Кубала принял новое гражданство, а также сменил имя на Ладислао [1].

Сам же Кубала никогда не подтверждал версию о «помощи» со стороны Франко. Сразу после подписания контракта, комментируя отказ от «Реала», венгр отшутился: «Мне всегда нравилась полосатая форма» [2]. Спустя десятилетия он утверждал, что на переход повлияла богатая история и трофеи «Барселоны».

Кубала сразу влился в коллектив и даже стал помогать руководству по спортивным вопросам. Когда встал вопрос назначения нового тренера вместо Виолы, Ладислав моментально попросил подписать своего тестя. К тому моменту Даучик тоже обзавелся испанским гражданством, сменив имя на Фернандо [3]. Так мотор «Барселоны» завелся с новой мощью, предложив миру одну из лучших команд в истории клуба.

Но для этого фанатам пришлось подождать еще год: ФИФА сняла дисквалификацию только в апреле 1951 года, позволив Кубале играть в официальных матчах. Говорят, что Самитьер даже здесь приложил свою руку: он был в хороших отношениях с испанской футбольной федерацией, и те помогли ему урегулировать вопрос с ФИФА. Благодаря этому Ладислав успел к решающим матчам Кубка Испании – 1950/51 и помог «Барсе» завоевать трофей.

В полноценном сезоне Ладислав без раскачки забил более 20 мячей и выиграл всевозможные турниры: чемпионат, Кубок, Суперкубок и Латинский кубок. И даже установил клубный рекорд, который, кажется, останется навеки: в матче против хихонского «Спортинга» нападающий забил семь мячей. Никто в истории «Барселоны» не забивал больше в рамках одной игры.

Болельщики, находящиеся в эйфории от игры Ладислава, заполняли трибуны уже 60-тысячного «Лес Кортс» – и все равно не все желающие могли пробиться на игры. Скоростной, техничный и харизматичный Кубала сочетал в себе как эффектность, так и эффективность. Еще одним оружием из арсенала венгра были точечные удары со штрафных – дар, который и по сей день доступен не каждому футболисту. Именно Ладислав стал первым игроком, удостоенным индивидуальных баннеров, на которых болельщики без зазрения нарекали его Богом.

По мотивам жизни Кубалы даже сняли игровой фильм: «Тузы в поисках мира». Естественно, по заказу режима Франко. Сюжет в точности повторяет путь Ладислава: побег на русском грузовике, игра в Италии и переезд в Испанию. В конце герою предлагают вернуться в Венгрию, но тот отказывает. «Я не могу подвести Испанию. Страну, которая дала мне мир», – говорит герой. Помимо Кубалы, сыгравшего самого себя, в ленте появился Самитьер и несколько других футболистов «Барселоны».

Параллельно «Барселона» решилась на строительство нового стадиона. Решение было принято еще в 1950 году, но с дебютом Кубалы процесс заметно ускорился. Не в последнюю очередь из-за мадридских конкурентов: Бернабеу также готовился к открытию нового «Эстадио Чамартин», который в наше время известен как «Сантьяго Бернабеу». Каталонцы понимали, что не имеют права уступать – уже заклятым – соперникам.

В 1954 году началось полномасштабное строительство нового дома для «Барселоны», которое курировал президент Франсеск Миро-Санс, лояльный к режиму Франко. Изначально постройка оценивалась в 67 миллионов песет, но ввиду некоторых форс-мажоров бюджет увеличился почти до 300 миллионов. Справедливости ради надо сказать, что без сторонней помощи режима Франко никакого стадиона бы и не было. Правительство помогло клубу продать земли Кортс, а когда «Барса» столкнулась с финансовыми проблемами из-за превышенного бюджета, Франко простил каталонцам долг.

27 сентября 1957 года состоялось открытие нового стадиона, известного всем ныне как «Камп Ноу». Хотя такое название арены стало официальным только в начале XXI века после открытого голосования. Каталонцы вообще планировали назвать его в честь Жоана Гампера, но тогда упоминание основателя «Барселоны» было табуировано. В итоге решили не мудрить и выбрали «Стадион футбольного клуба “Барселона”». Или Estadi del FC Barcelona. Название «Камп Ноу» (в переводе – «Новое поле») было рабочим и быстро прижилось среди болельщиков.

В 1950-х «Барселона» выиграла в общей сумме девять трофеев: три Ла Лиги, пять Кубков и Латинский кубок. Главным творцом успеха назначили Кубалу, но тогда каталонцы провели мощную трансферную кампанию, приведя в состав других именитых футболистов.

Первый после Кубалы – Луис Суарес Мирамонтес. Не путаем с уругвайским зубастиком – он перейдет в команду только через 60 лет. Речь об испанском полузащитнике. Луис попал в Барселону из «Депортиво» в 1954 году, и в нем видели одного из ключевых футболистов, однако на первых порах Суаресу приходилось тяжело. В первом полноценном сезоне его сослали в «дубль», а потом тренер Сандро Пуппо (сменивший на посту Даучика, тот ушел из-за разногласий) тасовал его по разным позициям. Схожего мнения придерживался и Ференц Платко, венгерский экс-вратарь «Барсы», вернувшийся в клуб тренером.

Ситуация успокоилась с приходом Эленио Эрреры. Он разгадал Суареса-футболиста и помог освоиться в тактике каталонцев. Из заурядного форварда он превратился в дирижера, который придал еще большую остроту в центре поля.

«Клубные боссы предупредили тренера: “В этой команде есть только один игрок, от которого можно избавиться, – Луис Суарес”. После первой же тренировки Эленио сказал: “Ради Суареса я усажу на скамейку любого”», – вспоминал футболист Хусто Техада.

Нетрудно заметить увеличивающееся влияние венгерской диаспоры в «Барселоне». Если в первые годы важнейшую роль в успехах играли британцы, то теперь роль лидеров-легионеров на себя взяли соотечественники Кубалы. В 1958 году команду пополнили венгры Шандор Кочиш и Золтан Цибор, которые были частью «золотой» венгерской команды, – тогда их национальная сборная была в числе сильнейших в мире, а главной звездой того состава был Ференц Пушкаш. Фамилия, знакомая даже современным любителям футбола, и по совместительству легенда мадридского «Реала».

Другой очень важный факт, который роднит венгерскую сборную 1950-х и «Барселону», – стиль игры. Венгры играли по конспектам Джимми Хогана, одного из основоположников «тотального футбола». Философии, которую через несколько десятилетий будет проповедовать Йохан Кройфф. Используя эту тактику, сборная Венгрии обыграла англичан в «матче века» со счетом 6:3.

Правда, сам Кубала, по понятным причинам, за сборную не играл – последний матч за венгров он и вовсе провел в 1948-м. Хотя с международной карьерой заканчивать не пришлось: получив испанское гражданство, он сыграл 19 матчей за национальную команду Испании, а также за сборную Каталонии. Сейчас такого нельзя представить: если футболист однажды дебютировал в официальных матчах за одну страну, поменять сборную он не сумеет. Тогда все было проще, поэтому Ладислав успел поиграть аж за три официальные сборные (Каталония не выступала на официальном уровне, но была еще сборная Чехословакии).

Состав – с Кубалой и венгерскими друзьями, Суаресом, вратарем Рамальетсом, бразильским форвардом Эваристо и капитаном Жоаном Сегаррой – внушал страх, но он мог быть еще опаснее. В 1953 году колумбийский «Мильонариос» выиграл Малый Кубок мира, а также обыграл «Реал» в товарищеском турнире. В южноамериканском клубе сиял нападающий Альфредо Ди Стефано. Президент «Реала» Сантьяго Бернабеу, вдохновившись дублем аргентинца, дал отмашку о подготовке к трансферу Альфредо.

Но параллельно игроком заинтересовалась «Барселона», сыгравшая на опережение: президент клуба Энрик Марти отправил домой к игроку каталонского адвоката, чтобы тот урегулировал вопрос по трансферу. И тут начинается самое интересное.

Ди Стефано начинал карьеру в аргентинском «Ривер Плейте», но в 1949 году разругался с руководством и ушел играть в Колумбию, несмотря на действующий контракт с «Ривером». Помогло исключение колумбийской футбольной ассоциации из ФИФА. По этой причине Альфредо мог играть за любой клуб из Колумбии, хотя фактически принадлежал другой команде.

И когда «Барселона» начала договариваться о переходе аргентинца, юристов настигла серьезная головная боль. Каталонцы решили заплатить обоим клубам. И если с «Ривером» удалось договориться достаточно быстро, то с руководством «Мильонариос» дела обстояли труднее. Помощником «Барселоны» на переговорах в Колумбии позвали каталонца Жоана Бускетса, входившего в совет директоров «Индепендьенте Санта-Фе», непримиримого соперника «Мильонариос». Боссы последних оскорбились и к тому же требовали большую сумму компенсации, чем та, что каталонцы заплатили «Ривер Плейту». «Барса» решила выйти из переговоров, надеясь, что договора с аргентинцами хватит для осуществления трансфера. Альфредо приехал в Каталонию и играл командой в товарищеских матчах.

Параллельно Бернабеу узнал о трудностях «Барселоны» и отправил своих людей на переговоры с «Мильонариос» – беседа завершилась успехом. Тогда же «Реал» договорился с «Ривером» о следующем: если «сине-гранатовые» не успеют в срок прислать первый транш за Ди Стефано, аргентинцы продадут игрока мадридцам.

О ситуации прознали Марти и Ди Стефано, у которого на столе лежал контракт с «Реалом». Президент каталонцев, узнав о возможном перехвате футболиста мадридцами, инициировал переговоры о перепродаже Альфредо «Ювентусу». Туринцы отказались, поскольку сами не могли разобраться, кому все-таки принадлежат права на игрока, и обратились в ФИФА. Они же делегировали решение вопроса испанской федерации, которая вскоре решила проблему так: начиная с 1953 года Альфредо проведет два сезона в «Реале», а затем – два сезона в «Барселоне».

Испанское правительство одобрило решение, что породило разговоры о предполагаемом участии Франко в трансфере – якобы за ним было последнее слово. Такое решение не устроило Марти, и тот окончательно вышел из гонки за Ди Стефано, уступив права «Реалу». В то же время «сосьос» не могли смириться с поражением, обвиняя президента в слабовольности, и через несколько месяцев Энрик покинул пост.

Есть еще одна теория заговора, связанная с трансфером. Многие считают, что Самитьер должен был вернуть должок Франко за перехват Кубалы у мадридского «Реала». Поэтому изначально направил клуб по ложному следу, посоветовав привлечь к переговорам с колумбийцами Бускетса. В общем, еще полвека эта фамилия вызывала у каталонских болельщиков негативные ассоциации. Как-никак «Барселона» упустила будущего обладателя «Супер Золотого мяча» и одного из величайших футболистов в истории футбола, который в первый же год помог «Реалу» выиграть чемпионат – впервые за 20 лет.

Глобально «блауграна» ничего не потеряла. Как уже сказано ранее, 50-е оказались очень урожайным периодом на трофеи. Звезд и так хватало, а «Золотой мяч» от каталонцев далеко не ушел. В 1960 году Луиса Суареса признали лучшим футболистом Европы – тогда награда рассматривала только европейских игроков, лишь в 90-х она станет мировой.

Но чтобы пробиться к успеху, требовались жертвы. Ей стал Кубала, которого тренер Эррера задвинул в запас ради Суареса. Луис своей игрой оправдывал тактическое изменение, однако Ладислав был живой иконой среди болельщиков – а вот сам Суарес не имел схожей популярности среди фанатов. Поэтому публика «Камп Ноу» максимально осложнила жизнь испанца.

«Не понимаю, почему болельщики освистывали меня. Между мной и Кубалой предполагали соперничество, которого не было. Мы всегда хорошо ладили. Я вообще играл в полузащите, не на его позиции. Я восхищался им и не понимал, почему фанаты свистели и натравливали нас друг на друга. Болельщики могли бы радоваться, что я переживаю из-за спада Кубалы, но вместо этого выступили против меня», – жаловался Суарес.

В 1960 году Эррера окончательно поссорился с Кубалой и другими лидерами «Барселоны», из-за чего не включил их в состав на Эль-класико. Каталонцы проиграли 1:3, и с Эррерой расстались – уже вскоре он возглавил миланский «Интер» и пригласил к себе Суареса. Луис недолго думал: ненависть родных трибун тяготила футболиста, поэтому спокойно согласился на переход. Тем более итальянцы предложили серьезную зарплату и статус самого дорогостоящего футболиста мира на тот момент (выкуп составил около 425 тысяч долларов). В спортивном плане Луис тоже не потерял: «Интер» 1960-х был одной из сильнейших команд того времени.

В новом десятилетии «Барселона» уже сбавила обороты. Выиграв в 1960 году чемпионат с Суаресом, каталонцы забыли про золото на 14 лет и не могли похвастаться громкими покупками. Первоочередно из-за больших трат на постройку «Камп Ноу». Ситуацию усугубила потеря ключевых личностей. Помимо Суареса и Эрреры, в 1961 году состав покинул Ладислав Кубала: форвард устал от многочисленных травм и в 34 ушел на покой. Одновременно с ними президентский пост оставил Миро-Санс, на замену пришел Энрик Лаудет.

Несмотря на резкую перестройку, «Барса» сбавила обороты лишь на фоне предыдущих успехов и доминирования в чемпионате Испании. В 60-х клуб выиграл два Кубка Испании и радовал успехами на международной арене. В сезоне 1959/60 команда впервые сыграла в Кубке европейских чемпионов – так раньше называлась Лига чемпионов. «Сине-гранатовые» дошли до полуфинала, где вылетели из-за мадридского «Реала», – как раз из-за этого поражения Эрреру и уволили.

Реванш состоялся через год, уже в первом раунде Кубка. «Барселона» поквиталась за прошлый вылет, победив с общим счетом 4:3. Таким образом, каталонцы стали первой командой в истории турнира, выбившей из розыгрыша мадридцев, – до этого королевский клуб пять раз подряд брал золото. «Сине-гранатовые» в итоге дошли до финала, но проиграли португальской «Бенфике». Это поражение также ознаменовало закат «золотого поколения». В следующий раз команда дойдет до финала Кубка европейских чемпионов только через 25 лет.

Несмотря на отсутствие значительных спортивных успехов, фанатская база клуба только нарастала. Даже официальная статья «Барселоны», посвященная 1960‑м годам, озаглавлена как: «Новое социальное измерение». Тогда популяция региона выросла на 1,2 миллиона жителей – Каталония привлекала других испанцев (как правило, из южных регионов) демократическим духом и бунтарским настроем.

Есть и другая причина роста популярности «Барсы» – телевидение. С 1959 года игры «сине-гранатовых» стали транслировать по ТВ. Несмотря на дороговизну данного аппарата, болельщики собирались в пабах или у магазинов техники, где компанией могли посмотреть матч.

В январе 1968 года на должность президента клуба заступил Нарсис де Каррерас. Во вступительной речи он произнес: «“Барселона” – нечто большее, чем просто клуб». Фраза настолько проникла в сердца болельщиков, что вскоре она стала официальным слоганом команды: «Больше, чем клуб». По воспоминаниям сына Нарсиса, его отец заранее подготовил речь на бумаге, чего ранее старался избегать. Возможно, при репетиции он осознал, насколько это удачная мысль.

Однако правление де Каррераса почти сразу омрачилось трагическим событием: в апреле скончался 27-летний уругвайский футболист Хулио Сесар Бенитес. Он прибыл в Каталонию в 1961 году и провел за команду более 100 матчей на позиции центрального защитника. Причиной смерти стало воспаление желудка, связанное с употреблением испорченных морепродуктов. Произошло это за несколько дней до Эль-класико; по словам очевидцев, последними словами уругвайца стали: «Соберитесь, друзья, выиграйте у “Реала” 2:0!»

Каталонский клуб был повержен новостью о кончине футболиста и попросил федерацию перенести игру с мадридцами – просьбу удовлетворили, матч отложили на два дня. Вместо запланированной встречи с «Реалом» состоялись похороны Хулио, на которые пришло более 150 тысяч человек, – церемония прощания проходила на кладбище близ «Камп Ноу».

Отложенное класико закончилось ничейным результатом, но в июле команды вновь встретились – уже в мадридском финале Кубка Испании. Тот матч вошел в историю как «Финал бутылок»: на последних минутах разъяренные болельщики мадридцев начали бросать в футболистов соперника стеклянные бутылки. К счастью, обошлось без серьезных инцидентов или ранений. В итоге «Барселона» победила 1:0 и посвятила победу скончавшемуся Бенитесу. Самого Хулио посмертно наградили золотой медалью.

1960-е выдались весьма тяжелыми для клуба, но «Барселона» сумела, кажется, выжать максимум из условий. Две победы в Кубке Испании, да и без международных титулов в том десятилетии клуб все-таки не остался: в 1966 году «Барса» забрала Кубок ярмарок, обыграв «Сарагосу». Это при плачевной финансовой ситуации, когда клуб был на грани банкротства, – однако режим Франко помог каталонцам избежать полного краха.

«“Барселона” хотела бы поблагодарить Франко за его вмешательство, которое спасло клуб от банкротства в прошлом году», – радовался президент Энрик Лаудет в 1966‑м.

Победа в Кубке в 1968-м окрылила «Барселону», и руководство продолжало искать новые таланты. Один из них поступил прямо из клубной академии – из молодежки выпустился полузащитник Карлес Решак. В будущем он сыграет за клуб более 300 матчей и станет важным футболистом «Барселоны» 1970-х.

Обидно сложился сезон‑1970/71, когда «Барса» разделила первое место с «Валенсией», несмотря на лучшую разницу мячей. Тогда предпочтение отдавалось результатам личных встреч, но так вышло, что у команд было по одной победе в поединках между собой. Тогда начали считать общий счет противостояния по сумме двух матчей – там со счетом 2:1 преимущество за «Валенсией». Правила поменяли только в середине 1990-х, когда ключевым показателем будет именно разница забитых и пропущенных мячей.

После горестной потери золота «Барселона» решилась на тренерскую перестановку – клуб возглавил нидерландский специалист Ринус Михелс. Он только что выиграл Кубок европейских чемпионов с «Аяксом» и считался последователем «тотального футбола». Следующие два года «Барса» упорно боролась за золото, но до трофея не хватало буквально нескольких очков. Сезон‑1972/73 закончили на втором месте, до «Атлетико» не хватило пары очков. Казалось, клуб просто-напросто прокляли: настолько не везло «блаугране». Но именно 1973 год стал поворотным для истории клуба. По двум причинам.

Первая – с поста правителя Испании ушел Франсиско Франко. Диктатор уже тогда серьезно болел и осознал, что не в состоянии дальше руководить страной, – потому передал пост Луису Карреро Бланко. Впрочем, Луис также не задержался долго на посту: через несколько месяцев он погиб в теракте.

При этом к 1970-м общество сильно изменилось в настроениях: демократический настрой из Каталонии перетек на всю Испанию. Закрытый режим Франко мешал и бизнесменам: испанская экономика активно развивалась, но курс негласной войны с Европой и США только мешал развитию.

С 1973 по 1975 год Франко пытался излечиться от болезней, но безуспешно. 20 ноября диктатор скончался.

Подводя итог, можно сказать, что диктатура Франко оказалась не столь разрушительной для «Барселоны». Даже наоборот. Государство не раз помогало клубу преодолеть финансовые проблемы, а иногда и помогало с приглашением ключевых футболистов. Означает ли это, что диктатор болел за «Барселону»? Конечно же нет. Но в руководстве клуба было много людей, напрямую связанных с высшими чинами или симпатизирующих фигуре Франсиско, – что облегчало жизнь. Означает ли это, что сама «Барселона» была клубом, поддерживающим режим Франко? Скорее да, как и все остальные. Иначе клуб просто не смог бы существовать.

И все-таки болел ли Франко за «Реал Мадрид»? Здесь тоже нет однозначного ответа. Франсиско публично поддерживал и помогал как «Реалу», так и соседнему «Атлетико». Во многом из-за того, что оба клуба базировались в столице Испании и не проявляли попыток самоидентифицироваться, как каталонцы или баски. Диктатор помог «Атлетико» остаться в элите, построить новый стадион и был в отличных отношениях с Висенте Кальдероном, легендарным президентом клуба. Кроме того, Франко однажды сказал, что «матрасники» (прозвище «Атлетико») представляют лучшие черты испанского футбола.

Кончина диктатуры, очевидно, открыла перед «Барселоной» новые двери. В 1979 году Каталония вернула автономность, запрет на национальную символику и язык был окончательно снят, а вести спортивные дела стало намного проще. Период после 1975 года можно считать эпохой свободы для клуба, которую олицетворял нидерландский новичок «Барселоны».

И тут переходим ко второй причине возвращения клуба на пьедестал.