Если хочешь победить весь мир, победи себя.

Это последняя глава моей новой книги, вы большие молодцы, что дочитали до этого места и не плюнули еще в самом начале, если, конечно, не читали книгу с конца, как делают некоторые. Но в любом случае позволю себе отойти от канонического формата «При царе Горохе» и поделиться некоторыми своими мыслями, а вы, может быть, решите, что стоит это делать чаще или не делать вообще…

Наш человек, по моему мнению, лучше всего разбирается в двух вещах: в кино и в истории СССР. Притом что, как правило, все это только потому, что «он так чувствует». Он «так чувствует» кино, и он «так чувствовал» эпоху, в которой он жил или про которую ему рассказывал мамин брат. Если находит коса на камень и современные режиссеры снимают кино про СССР (большинство из них жили во времена позднего Союза), то происходит страшное. Почти всегда фильм не поднимается в рейтинге онлайн-кинотеатров до заветных семи баллов, что у нас, у обывателей, считается неплохим знаком, оставаясь максимум на шестерке. Зрителю не понравилось. Зритель «так чувствует».

После одного случая, произошедшего со мной в такси, я совсем перестал кому-либо по-дружески или случайно рассказывать, что я историк. В тот раз подвозивший меня таксист, узнав об этом (к моему несчастью), задал вопрос, на который уже заранее знал ответ; собственно, мое мнение ему было совершенно не интересно, его просто распирало от желания поделиться со мной открытием.

– Ну че, историк, как думаешь, была все-таки Золотая Орда?

(Почему «все-таки», я не понял.)

– Была!

– Да ладно тебе. Не было никакой Орды, а Батыем на самом деле был Александр Невский. Историки сами все переписали. Придумали какую-то Орду. Это древнерусские князья и были.

Ужас в том, что некоторые мои знакомые думают точно так же. Помните известный анекдот про человека, который дожил до глубокой старости и открыл главный свой секрет долголетия: ни с кем не спорить. Таксист, убежденный в своей правде, никогда мне не поверит, даже если мы соберем консилиум именитых историков, да и разрушать его стройную теорию и прочно выстроенную картину мира у меня не было желания. К тому же я не уверен, что у меня это получилось бы тогда и получится вообще. Это все равно что в третьем тысячелетии доказывать плоскоземельщикам, что Земля не плоская…

Когда я готовил эту главу, я решил посмотреть «Игры» режиссера Евгения Стычкина, сериал вышел на экраны в 2024 году. Но прежде чем начать просмотр, мне стало интересно почитать мнения людей, которые это кино уже видели. Догадываетесь, что было в рецензиях? Да-да. Все то же пресловутое «я так чувствую». Кино, конечно, как утверждал еще Ленин, «является важнейшим из искусств», только вот обидно, что типичный отечественный критик (а, по моему мнению, наше кино за последние пять лет сделало невероятный рывок вперед, в первую очередь в плане оригинальных идей и сюжетов, хотя я и здесь рискую получить от ревнителей), как правило, сам не способен ни к какой созидательной деятельности. А правило «критикуешь – предлагай» для многих, к сожалению, не работает.

Торжественная церемония открытия XXII Олимпийских игр

В этой главе будет не про кино. В ней будет про событие, которое многие мои слушатели и читатели прекрасно помнят, – Олимпиада-80 в Москве. Напомню некоторые ее эпизоды, которые меня вдохновили и которые я посчитал важными и интересными, чтобы вам рассказать.

Уверен, что если вы попросите назвать самые известные события позднего СССР, то в первых строках этого списка будет Олимпиада-80. Первая Олимпиада в России, первая на территории СССР, это был незабываемый праздник. С 19 июля по 3 августа прибывшие в Союз гости и сами советские люди искренне радовались, находясь в стране победившего социализма. Чего стоит одна только церемония закрытия. Вместе с улетающим из Лужников мишкой плакал весь Советский Союз, очень уж трогательно было. Но чего все это стоило?..

Немного истории. Идея сделать Москву столицей летних олимпийских игр появилась еще в 1950-х. Партийные функционеры собирались было отправить заявку на проведение игр 1964 года, которые в итоге состоялись в Токио, но потом от этой мысли отказались. В конце 50-х, когда формировалась заявка, Советский Союз объективно был не готов к тому, чтобы принять у себя соревнования мирового уровня, это в СССР понимали[36]. Позже Комитет по физической культуре и спорту СССР предложил советскому руководству побороться за право проведения Олимпиады 1968 года, но снова эту идею в руководстве не поддержали, в основном из-за сложной внешнеполитической ситуации. Мир только что пережил Карибский кризис, да к тому же были и другие нюансы[37]. Подать заявку на проведение Олимпиады 1972 года просто не успели из-за проволочек[38]. В 1970 году Советский Союз наконец отправил заявку на игры 1976 года, но опоздал по времени. Заявку все же зарегистрировали, но СССР проиграл конкурс. Летнюю олимпиаду провели в канадском Монреале.

За победу в новом отборе за место проведения XXII летних Олимпийских игр ЦК был настроен бороться решительно. Предыдущие ошибки были учтены, выводы сделаны, а чтобы все получилось наверняка, заявку отправили еще в 1971 году, за три года до очередной сессии МОК. Союз в своем стремлении заполучить заветные игры зашел настолько далеко, что этого никто ожидать не мог. В столицу пригласили делегацию иностранных журналистов, в том числе и из капстран. За 10 дней им показали, как в песне, «все лучшее сразу», а последовавшие за этим статьи и фотографии в мировой прессе убедили весь мир, что Москва готова принять Олимпиаду на самом высоком уровне. В октябре 1974 года на заседании в Вене Международный олимпийский комитет принял решение, что новые игры пройдут в Москве. 39 голосами против 20 Москва обошла Лос-Анджелес. Больше соперников не было.

Картина, которую показали журналистам, действительно была впечатляющая. Правда, по большей части это была пустая демонстрация, проведенная ради того, чтобы посмотреть на реакцию спортивных функционеров. В реальности до уровня олимпийской столицы Москва не дотягивала. Работы предстояло непочатый край. Нужно было всего за несколько лет отстроить: комплекс «Лужники», Олимпийскую деревню, Конноспортивный комплекс в Битцевском лесу, дворец спорта «Динамо», комплекс «Измайлово», гребной канал и велотрек в Крылатском, спорткомплекс «Олимпийский», дворец спорта «Крылья Советов», спорткомплекс «ЦСКА» на Ленинградском проспекте. И это только спортивные сооружения. Кроме того, нужно было где-то разместить огромное число приехавших в Москву зрителей. Начинают строить знаменитый 25-этажный «Космос» рядом с ВДНХ, «Аэростар» рядом с Ходынкой, «Измайлово» и еще по меньшей мере семь гостиниц по всему городу. Плюс ко всему – олимпийский пресс-центр и новый корпус телецентра «Останкино». Внушительно, не правда ли? И на все про все – пять лет. Соответствовать стандартам принимающего Олимпиаду города оказалось ох как непросто.

Велотрек в Крылатском. Спортивный комплекс был построен специально для Олимпийских игр

Известно, что Брежнев думал даже отменить Олимпиаду.

Из его письма Константину Черненко в 1975 году:

«Как-то так сложилось, что нами принято решение провести спортолимпиаду в СССР. Стоит это мероприятие колоссальных денег. Возможно, нам следует отказаться от проведения соревнований. Знаю, что это вызовет много кривотолков. Но некоторые товарищи подсказали мне, что есть возможность отказаться, уплатив какой-то небольшой взнос в виде штрафа».

Но генсека переубедили и уговорили.

Сомнения Брежнева были вполне обоснованными. 70-е – время всеобъемлющего дефицита. Товары не покупали, их доставали. Плановая экономика не справлялась с потребностями рынка, появлялись характерные перекосы. Советский писатель Виль Липатов в романе «И это все о нем» 1974 года описывает небольшой магазинчик в захолустной сибирской глубинке:

«В Сосновском орсовском магазине на нестроганых прилавках лежит весь мир… Коричневая кофточка… была изготовлена во Франции, голубая курточка с восхитительными замками и висюльками приплыла в поселок из Японии, нейлоновые рубашки были упакованы в Югославии, мужские плащи были с чешскими этикетками; чулки лежали итальянские, термосы – индийские, детские гольфы – болгарские… В Сосновку, в Сосновку, городские модницы! За… лаковыми высокими сапогами, для которых в Сосновке нет асфальта…»

Весь этот ассортимент был, конечно, и в городах, только он разлетался мгновенно и, как правило, по знакомству. На ширпотреб ничего не оставалось. Тогда же появились печально известные «колбасные поезда», ничем не примечательные, но набитые людьми, ехавшими в столицу за дефицитом. Как правило, в пятницу, чтобы за выходные успеть закупиться, а в понедельник выйти на работу.

Леонид Брежнев

Деньги на подобное предприятие собирали долго, экономили, хотели купить «и то и се, и… мясное, естественно, колбасы, деликатесы, какой-нибудь рыбы необыкновенной копченой. Ну и одежду, естественно, и обувь, и все», – вспоминают те, кто путешествовал такими поездами. Моя мама вспоминала, что бабушка раз в год старалась ездить в Москву за покупками. Покупала немного, но сколько было удовольствия и радости… Вот в этих условиях товарного дефицита и цветущей теневой экономики, где ключевыми игроками были цеховики и фарцовщики, советскому государству предстояло организовать самое крупное спортивное состязание планеты, не только не ударив в грязь лицом, но и показав себя с самой лучшей стороны.

«Колбасный» поезд

На кону стоял имидж государства. А имидж стоит дорого. Затраты были колоссальными, притом что опыт игр в Монреале в 1976 году показал, что не все потраченные деньги окупаются. На Олимпиаду выделили из бюджета два миллиарда рублей. Помогло «Спортлото», доходы от которого шли на финансирование игр. Виктор Ивонин, зампредседателя Спорткомитета СССР, позже вспоминал:

«Наш главный вопрос был: насколько лотереи соответствуют Кодексу строителя коммунизма? Появление “Спортлото” стало ответом. Игра имела огромный резонанс, люди откликнулись. Лотерея, по сути, содержала Олимпиаду и советский спорт».

Чем ближе становилась Олимпиада, а Москва превращалась в мировую столицу спорта, тем больше иностранных компаний стремились разместить здесь свою рекламу, что тоже приносило хороший доход. Пришлось, правда, поступиться принципами. Ходили даже слухи, что перед Олимпиадой в столице откроют «Макдоналдс», но даже если предложение такое было, воплотить его в жизнь не решились. Достаточно было баночного пива, газировки и импортных сигарет[39]. За месяц до и через месяц после Олимпиады все это можно было купить, правда, только у спекулянтов. А во время игр продавались в свободном доступе почти в каждом ларьке и магазине столицы. Так Олимпиада-80 стала не только спортивным, но и продовольственным праздником.

Помимо импортной запрещенки, на прилавках лежали: финское масло и джемы, расфасованные кофе и перец, сыры Viola и прочие, соки Marli с трубочкой, йогурты, бананы и красиво нарезанная салями в вакуумной упаковке. Один из москвичей спустя годы вспоминал:

«Мы тогда впервые увидели финский сервелат. А еще конфитюры, джемы, соки в маленьких упаковках. Мы, привыкшие к сокам в больших банках, сначала даже не поняли, что это».

Летом 1980 года в столицу СССР приехало больше 130 тысяч человек. Все это продуктовое изобилие создавалось, разумеется, для них, а не для советских граждан, которым, кстати, запрещалось иметь хоть какие-то контакты с иностранцами. Распространялись слухи об опасностях такого общения. И уж тем более рекомендовалось не принимать от гостей столицы никаких подарков. Агитаторы предупреждали, что в иностранной жвачке и конфетах спрятаны лезвия, стекла, иглы, яды, что они заражены бактериями. Не все, конечно, в это верили, поэтому в среде скептиков сложился популярный в те годы анекдот:

«Когда ребенку протянули жвачку и спросили, что это, он ответил: “Толченое стекло, куриный помет и сметана”».

Также во время Олимпиады просили не пить из стеклянных стаканов, находившихся в уличных автоматах с газировкой, мало ли, мол, что эти иностранцы могут с ними делать. Прошел даже слух, что некий африканец мыл в советском автомате «Газ-вода» свой половой орган. Но все это кажется незначительным в сравнении с тем, что случилось за восемь месяцев до Олимпиады.

В декабре 1979 года Советский Союз ввел войска в Афганистан, и мировое сообщество быстро и решительно на это отреагировало. Президент США Джимми Картер поставил Москве ультиматум:

«Если к 20 февраля советские войска не уйдут из Афганистана, США бойкотируют Олимпиаду-80».

Бойкотировать игры под разными предлогами захотели еще 65 стран, среди них даже социалистическая Румыния. Заодно страны Африки требовали не допускать к Олимпиаде государства, поддерживающие апартеид в ЮАР[40]. Ну а дальше уже было не остановить. Китай соглашался участвовать, только если Тайваня не будет на играх. ГДР была против участия в московской Олимпиаде ФРГ. Пхеньян просил исключить из списка приглашенных команду Сеула. Тогда же в зарубежной прессе стали появляться скептические статьи. От былой восторженности не осталось и следа. Журналисты писали:

«Туристов разместят в общежитиях и школах. Непонятно, хватит ли ресторанов. Любителям пива нечего делать в Москве. Не стоить надеяться и на атмосферу парижских ночных клубов. Москва может предложить лишь прославленный Большой театр, цирк, Третьяковскую галерею».

Карта стран – участниц летних Олимпийских игр 1980

В общем, летние игры оказались под угрозой срыва. То, к чему Союз так долго и упорно готовился, вкладывая все ресурсы: и трудовые, и экономические, – могло вообще не состояться. Тут уж всем стало не до газировки со жвачкой. Майкл Моррис – шестой президент МОК, для которого московская Олимпиада была последней перед уходом с поста, старался сделать все, чтобы игры состоялись. Его преемник Антонио Самаранч тоже критиковал тех, кто бойкотирует Олимпиаду:

«Спорт и олимпийское движение вне политики. Олимпиада призвана укреплять дружбу, а бойкот только усиливает недоверие между народами», – к этому выдающему деятелю международного спортивного движения тогда почти никто не прислушался.

19 июля 1980 года в Москве прошла церемония открытия XXII летних Олимпийских игр. Несмотря на все дипломатические и строительные сложности (некоторые олимпийские объекты открыли всего за несколько недель до Олимпиады, можно сказать, в последнюю минуту), все получилось. Лужники были заполнены под завязку. По телевизору трансляцию главного спортивного состязания планеты смотрело два миллиарда человек. Тогда же весь мир увидел знаменитого бурого мишку. Это была пока еще не ростовая кукла, а огромное изображение на трибуне, с хорошо запомнившейся всем надписью: «Желаю успеха». Все предвкушали две недели большого спорта, хотя участие в играх все же бойкотировали 65 стран. Кстати, многие спортсмены приехали в Москву под нейтральным флагом МОК, слишком уж важные были соревнования, да и интересно было посмотреть на страну, закрытую для обычного туриста.

Улетающий в небо мишка на марке России 2000 года

А что же Москва? Москва на время Олимпиады – это город без очередей и пробок, с нулевым уровнем преступности, так как весь сомнительный элемент выселили за 101-й километр. Пожалуй, в городе еще никогда не было так спокойно и безопасно. Столицу нарядили в олимпийскую символику. Покрасили все такси в желтый международный цвет. Когда же на церемонии закрытия под песню «До свиданья, Москва» огромный Олимпийский мишка, улетающий в небо на воздушных шариках, пустил слезу, Лужники, а вместе с ним, кажется, и весь мир утонул в слезах. Символ СССР больше не казался злым и грубым. Это был самый милый и добродушный медведь на свете. Таким же остался в воспоминаниях образ Москвы и Советского Союза. Все, кто приехал на Олимпиаду и собственными глазами увидел созданный советскими людьми праздник спорта, были удивлены и признательны. И никто, конечно, не знал, какого колоссального напряжения сил и сколько энергии потребовалось, чтобы создать этот праздник.

По результатам Олимпийского огня первое место в общемедальном зачете занял СССР, забрав более половины золотых медалей. Такого же результата, к слову, добьются и американцы на играх в Лос-Анджелесе в 1984 году, которые бойкотировали уже страны социалистического лагеря. В Советском Союзе в 1984 году проведут собственные игры «Дружба-84», которые начнутся сразу после завершения американской олимпиады.

Если бы не события 1979 года, то хорошо известные строчки:

пело бы еще больше людей по всему миру.

Я тоже хочу пожелать вам, как в знаменитой олимпийской песне Пахмутовой и Добронравова, успеха, добра и любви без конца. И тоже говорю:

– До свидания, до новых встреч!

С уважением, ваш Никита Исанов