Вина пред смертью дайте мне, в бреду!

Рубином вспыхнет воск, и я уйду…

А труп мой пышно лозами обвейте

И сохраните в дремлющем саду.

Как месяц, звёзды радуя кругом,

Гостей обходит кравчий за столом.

Нет среди них меня! И на мгновенье

Пустую чашу опрокинь вверх дном.

Когда вы за столом, как тесная семья,

Опять усядетесь, – прошу вас, о друзья,

О друге вспомянуть и опрокинуть чашу

На месте, где сидел средь вас, бывало, я.

Предстанет Смерть и скосит наяву

Безмолвных дней увядшую траву…

Кувшин из праха моего слепите;

Я освежусь вином и – оживу!

Холм над моей могилой – даже он! —

Вином душистым будет напоён.

И подойдёт поближе путник поздний,

И отойдёт, невольно опьянён.

Кого из нас не ждёт последний, Страшный суд,

Где мудрый приговор над ним произнесут?

Предстанем же в тот день, сверкая белизною,

Ведь будет осуждён весь темноликий люд.