Родблок. Обычный будний день. Кто-то рожает сам, кому-то приходится помогать.

В предродовой две женщины: повторка Лера и первородящая Катя. Поступили обе практически одновременно. Конечно, все ставили на Леру. Но Катя как-то ухитрилась ее обогнать, родила и уже вовсю рассылала родне фотографии новорожденной дочки.

А у Леры ухнуло сердцебиение. Вернее, не у самой Леры, а у ее плода. Врачи на месте, анестезиолога вызвали. Гипоксия плохая – после схватки сердцебиение вообще не восстанавливается. Так и болтается – 60–80 при норме 110–160 ударов.

Операционные накрылись. Акушерская бригада моется, переодевается.

– Коллеги, ваша дама отказывается от эндотрахеального. Говорит, что согласна только на спиналку.

– Какая, к черту, спиналка! Лера! Ребенка потеряем!

Лера подала голос:

– Я уже сказала – только спиналка. Я боюсь общего наркоза. И мало ли что с ребенком – я хочу видеть, каким он родится.

В таких ситуациях мы бессильны. Если, к примеру, она вообще откажется от обезболивания при необходимости кесарева сечения – никто делать операцию не будет. Плод погибнет внутриутробно.

Сделали спинальную анестезию. Относительно недолго, анестезиолог попал почти сразу. Но эндотрахеальный в его исполнении был бы быстрее.

Лера увидела, как рождается ее сын. Белая тряпочка. Оценка по Апгар – 2 балла. Было бы лучше, если бы извлечение произошло раньше? Увы, история не терпит сослагательного наклонения. Но мне кажется, что шанс получить мальчика в лучшем состоянии был. Причиной гипоксии была пережатая пуповина. Не обвитие, а именно сжатие – пуповина шла под мышкой, а малыш еще и рукой за нее схватился. И время тут играет большую роль…