– Что она сделала? – переспросил Костромин, натирая переносицу, словно лампу Аладдина. Только чуда все равно не случилось.

– Она включила ручное управление… – ответила Катенька.

– Я же оставил Гадова своим заместителем. Он хоть что-то делает или опять целыми днями свои портреты по всему кабинету развешивает?

– Что-то делает… – с какой-то безнадегой вздохнула секретарь.

– Если эта новость дойдет до начальства в течение суток, меня расстреляют из электрического стула! Катенька, слушайте мой приказ: держите все в тайне столько, сколько сможете. С меня неделя оплачиваемого отпуска.

– Сделаю, Павел Рефрижераторович!

Положив трубку, Костромин машинально сунул руку в нагрудный карман комбинезона, но с досадой вспомнил, что уже два года как не носит с собой цианид.