Первые несколько дней я даже не приступаю к исследованию. У меня ни на что нет сил. Перемена климата только усугубляет физическую и умственную вялость. О Максе я почти не думаю. Точнее, я не думаю почти ни о чем. То, что разворачивается перед моим взором с утра до вечера, так нагружает органы чувств, что я просто живу, наблюдаю, ем, пью и больше ничего не делаю.

Вспоминается анекдот, который мне рассказали в Загребе: Муджо сидит на скамейке и отрешенно смотрит вдаль. Подходит Фата и спрашивает: «Муджо, чем ты занят? Ты сидишь и думаешь?» Муджо отвечает: «Нет, я просто сижу».

Встаю я рано, часов в шесть или семь. Первым делом надеваю плавки и смотрю, где в данный момент находится море: в отлив оно удаляется от берега на пять километров, в прилив подбирается к нижней ступеньке лестницы, ведущей в мой сад.

Иногда я буквально спрыгиваю с кровати в море. Если просыпаюсь достаточно рано, отправляюсь гулять по поселку, потому что, едва солнце встанет над морем, на пляже сделается невыносимо жарко. В жилых районах, по крайней мере, можно укрыться в тени домов и пальм.

Случается, я выхожу из дома слишком поздно и забредаю слишком далеко. Тогда солнце не дает мне пощады. Я перемещаюсь от дома к дому, из одного тенистого уголка в другой, но с каждой минутой их становится все меньше. До дома несколько сотен метров, однако по такой жаре это непреодолимое расстояние. Воды с собой нет, взять ее негде. Меня начинает мутить. Пульс стучит в висках. Я едва переставляю ноги. Заползаю под пальму, плюхаюсь на землю и надеюсь, что не попаду под кокосопад. Передохнув, собираюсь с силами и ковыляю дальше.

За кофе и соком я хожу либо в пиццерию «Бахари» на юге, либо в отель «Голубая устрица» на севере. Вскоре в обоих заведениях меня уже узнают и приветствуют по имени.

Полуденные часы я провожу на террасе на первом этаже, там в это время как раз тень. Курю травку, которую покупаю у пляжных приставал. Днем ложусь прикорнуть на часок.

После сиесты иду обедать к маме Хуу и заодно узнаю от нее последние известия. Затем опять коротаю время на террасе или в гамаке. Вечером неспешно выдвигаюсь в сторону «Голубой устрицы» или «Бахари», выпиваю стаканчик и решаю, где сегодня буду ужинать.

Мне нравится девушка по имени Лупита. Эта газель с коротко стриженной копной высветленных волос работает на ресепшен в «Голубой устрице». Кажется, она мне тоже симпатизирует. Когда я снова появляюсь после двухдневного отсутствия, она выходит из-за стойки, обнимает меня и говорит:

— Oh, I’m so happy to see you![26]

Приятно, что, когда мне нужна компания, я могу поболтать с местными жителями и что обсуждаем мы совсем не те темы, которые занимали меня в Швейцарии или Загребе.

И все же я предпочитаю проводить как можно больше времени у себя — в просторном доме, где мне не нужно ни перед кем отчитываться или смотреть на часы. Думаю, вилла на морском берегу и впрямь представляет собой нечто особенное.