Света, разумеется, не было, и при свете свечи длинная кухня казалась просторной. Колльер достал из холодильника кусок коржа, откусил один кусочек и...

"Черт!" - и уронил его.

Он услышал лай собаки откуда-то из глубины дома.

"Чушь. Я ничего не слышал..."

Он смотрел в черный коридор, который вел к задним крыльям. Голос маленькой девочки произнес по-кошачьи заискивающим тоном:

- Ритуальные злодеяния и жертвоприношения невинных - это не новость...

Затем послышался топот босых ног, убегающих прочь.

"Это не было ошибкой. Я слышал..."

Слова Сута, но точно не голос Сута.

Глаза Колльера расцвели, когда он зажег свечу и прошел через прихожую.

Прихожая напоминала катакомбы. Тусклый свет свечи, колыхавшийся на стенах, создавал впечатление, что коридор движется мимо него, а не он сквозь него. Окно в дальнем конце ненадолго осветилось от вспышки молнии. Он едва различил темные картины на стенах и ряд закрытых дверей.

Колльер остановился.

Другой голос, только шепот:

- Жертва дьяволу... - а затем прерывистый смех.

На этот раз не детский, а зрелый женский голос с богатым, развратным южным акцентом.

Затем наступила самая полная тишина, которую он когда-либо испытывал.

Из темноты вынырнули руки, схватили Колльера за воротник халата и втащили его во внезапно открывшийся дверной проем.

Колльер закричал. Свеча вылетела у него из рук и погасла.

- Заходи!

От ужаса его сердце заколотилось в такт следующей вспышке молнии. Он упал на кровать вместе с тем, кто его схватил. От страха у него перехватило горло.

Рядом с ним вздрогнула миссис Батлер. В ужасе она обхватила его руками.

- Господи, миссис Батлер! Вы чуть не довели меня до сердечного приступа!

- Извините, мне так страшно! Молния...

Колльер, разъяренный, попытался успокоить ее.

- Просто успокойтесь. Это всего лишь гроза...

Он оглядел ее спальню, очевидно, обставленную антиквариатом. В каждом углу мерцали свечи.

- Миссис Батлер. Вы что-то сказали, когда я был в холле? Что-то о дьяволе?

- Господи, нет! - ее руки дрожали вокруг него. - Но кто-то другой сказал...

- Вы слышали голос?

Пот прилип к груди хлопчатобумажной ночной рубашки.

- Это была она...

"Она. Она тоже ее слышала", - подумал Колльер.

- Она? Кто?

Женщина поднялась, ее седые волосы рассыпались по плечам. Что-то заставило Колльера обратить внимание на грудь и живот старухи, отпечатавшиеся на влажной ночной рубашке.

Она мечтательно подошла к окну.

- Миссис Батлер?

Следующая вспышка молнии обрамила ее четкий силуэт в окне.

- Я просто обожаю эти грозы...

Колльер нахмурился.

- Миссис Батлер, с вами все в порядке?

- О, да, мистер Колльер, - и как только слова вырвались из ее уст, она отстегнула бретельки, спустила ночную рубашку и вышла из нее.

Мгновение спустя она стояла прямо перед Колльером.

Колльер уставился на освещенную свечами плоть, блестевшую от пота.

"Нет..."

- Это просто... дом, вот и все, - проговорила она.

- Что?

Ее пальцы обхватили его голову и потянули вниз. Ее пальцы погладили пышные волосы на лобке, поглаживая клитор.

- Полижи ее, милый. Я хотела этого с того дня, как ты зарегистрировался.

Колльер не сопротивлялся. Он позволил ей использовать свое лицо. 65-летняя ложбинка могла принадлежать 45-летней; по ней побежал запах мускуса, как только его язык добрался до нее. Казалось, что сверхчувствительность активизировала его нервы. Колльер вслепую слизывал ее мускус, ее розовое тепло с горячей плоти.

- О, это просто восхитительно - видите ли, мистер Колльер, я уже давно хотела быть с вами, понимаете?

Колльер не слушал. Он лизал, проводя кончиком языка вверх-вниз по налитому клитору, а его руки скользили вокруг, разминая роскошные ягодицы.

Ее живот и лобок содрогались. Она прорычала.

- О, да, пусть старуха миссис Батлер кончит тебе на лицо, и тогда я смогу позаботиться о тебе...

Колльер вздрогнул.

"Черт!"

Она кончила ему на лицо, да еще как. Когда Колльер ускорил движение языком и одновременно ввел два пальца в ее "киску", она сжалась, вскрикнула и выпустила поток сока на его руку. Колльер не останавливался, мокрый канал извивался. Он мог бы поклясться, что чувствует, как напрягается и оливкового размера точка G.

Когда она кончила, предплечье Колльера блестело.

- Что я делаю? - пробормотал он сквозь оцепенение.

"Ты подготавливаешь эту старую шлюху к хорошему траху - вот что ты делаешь, придурок", - ответила его плохая сторона.

Но Колльер знал, что не может продолжать, даже с эрекцией, бьющейся о его халат. "Доминик", - подумал он.

"К черту эту высоколобую фригидную дрянь, черт побери! А теперь забудь о ней и засади этой старой суке!"

Миссис Батлер вздохнула, затем села на колени Колльера и толкнула его назад.

- Пососи, милый. Я знаю, что ты умирал от желания, с той ночи, когда ты наблюдал за мной через подзорную трубу и дрочил сам, - и она приподнялась и подставила ему свои сиськи.

Сопротивляясь, Колльер лишь с обожанием сосал каждый пухлый сосок. Они набухали у него во рту. Затем он лизнул ее декольте и почувствовал, как бьются горячие кровеносные сосуды в каждой сиське.

- Да, тебе это нравится, не так ли?

Независимо от ее возраста, это были лучшие груди, которые он когда-либо видел, и самое приятное, что они наконец-то были у него в руках. Теперь он попал в мир грез, где соски приравнивались к избавлению.

- Спорим, ты не думал, что такая старая "киска", как моя, может кончить так быстро? Ну, у меня для тебя есть новости - ты так меня возбудил, что я клянусь, я могу кончить снова...

Колльер чуть не застонал, когда она вынула сосок из его рта. Она начала переползать через него.

- Ну же, мистер Колльер. Мне очень нужен член...

Колльер моргнул от охватившей его силы.

- Миссис Батлер, это безумие! Мы не можем этого сделать!

- Мы можем. Мы уже делаем это...

- Здесь происходит какое-то серьезное дерьмо. Этот дом...

- Шшш... - она уже лежала на спине, ее руки тянулись к нему.

"Нет!"

- Миссис Батлер! Вы сказали, что слышали голос. Что вы слышали?

Ее ноги разъезжались.

- Голос? Я не слышала никакого голоса. Единственный голос, который я хочу услышать, - это твой, когда ты кончишь...

Колльер уже собирался броситься наутек, пока ее руки не прикоснулись к нему с новой силой. Его яйца были обхвачены, а ствол сжат до остекленения.

- Ну же, ну же...

Он выпутался из халата и забрался на нее сверху. Ее спина выгнулась дугой, и она зашипела, когда его член вошел в нее.

"Вот так! - его плохая сторона торжествовала. - Теперь трахни старую бродяжку так сильно, чтобы ее мозги превратились в пудинг..."

Член Колльера казался на дюйм длиннее, чем был на самом деле. При первом же толчке вагинальный канал миссис Батлер обхватил его. Было почти слишком жарко, чтобы оставаться внутри.

- Сильнее, милый, - шипела она ему в ухо. - Сильнее и быстрее.

С каждым ударом чувствительность Колльера все больше и больше угасала, пока в его черепе не остались только нервы, стреляющие импульсами чистого вожделения. Вскоре его бедра заходили ходуном...

В какой-то момент он поднял глаза и увидел Лотти, стоящую обнаженной в дверном проеме. Она смотрела, не отрывая глаз, на мужчину, трахающего ее старую мать. Но у Лотти, казалось, кружилась голова от собственной похоти, с ее ухмылки текли слюни, пальцы глубоко впивались в ее половой орган. С каждого соска свисало по одному старому зажиму для пальцев, концы которых так сильно сжимали соски, что они напоминали сплющенные головки земляных червей. Вид ее дерзкого тела только сильнее разжигал возбуждение Колльера.

Каждый раз, когда он повторял толчок, "киска" миссис Батлер сильно присасывалась к его стволу. Он понимал, что уже должен был кончить, но что-то сдерживало его, усиливая его способность долбить ее.

Колльер чувствовал, как в нем скапливается столько спермы. Ему не терпелось излить ее в старуху. Но...

"Еще нет..."

"Измотай старую суку еще, - подсказывал злой голос. - Трахни ее так жестко, чтобы она больше никогда не нуждалась в трахе. А после того, как ты выложишься, снова подними свой член и трахни ее дочку-дурочку..."

Эта идея привела Колльера в бешенство. В глубине души он знал, что не в себе, знал, что стал сексуальным маньяком...

Но ему было все равно.

Дом не позволял ему этого.

Через несколько минут он усилил толчки, он был готов пустить все на самотек...

- Маленькие шлюшки, вы обе, - прохрипел черный как уголь мужской голос. - Посмотрите на себя. Вы позволили мужчинам наполнить ваши животы своим семенем - мужчинам, которые работают на меня, мужчинам, которые берут мои деньги, а потом трахают моих детей за моей спиной. Но чего мне было ожидать от такой отвратительной матери-блудницы, как ваша? Мы не должны позволять блудницам жить...

Колльер стиснул зубы.

"Не слушай! Просто продолжай трахать старую бабу!"

Юная девушка:

- Пожалуйста, отец, нет!

- О, нет, я не буду тебя убивать. Пусть это сделает земля...

Голоса раздавались, казалось, отовсюду в комнате.

Затем он услышал звук лопат, вгрызающихся в землю.

"Не слушай!"

Потом приглушенные детские крики...

Эрекция Колльера начала ослабевать.

Руки миссис Батлер массировали его ягодицы.

- Не обращай внимания на эти голоса. Их на самом деле здесь нет...

Колльер задвигался сильнее, чтобы вернуть себе полную эрекцию.

- Эти голоса не могут причинить нам никакого вреда... - старуха оглянулась через плечо. - Лотти? У мистера Колльера небольшие проблемы. Подойди сюда и помоги ему...

Колльер прикусил губу, чтобы не оплошать совсем. Краем глаза он заметил, как Лотти проскочила в комнату и скрылась за кроватью. Он почувствовал, как она опустилась на колени на край матраса и...

"Черт возьми..."

Ее руки раздвинули его ягодицы, и язык беспрепятственно нашел его задницу. Она медленно лизнула его от копчика до самых яиц, потом обратно. Каждый раз она задерживалась на его анусе, кончик языка твердел, кружил, дразня сжатое отверстие, затем продолжал двигаться вверх и вниз.

"Вот это крутая цыпочка, да? - сказал голос. - Ты не шутишь..."

От нахлынувших ощущений у него зарябило в глазах; он почувствовал, как ее язык невозмутимо скользит по волоскам его задницы, затем ее рот охватил его яйца и медленно всосал.

Эрекция Колльера вновь ожила. Он снова начал двигаться, теперь уже медленнее, но обдуманно. При этом рот Лотти оставался в постоянном контакте.

Когда грянул гром, миссис Батлер снова закричала, когда очередной оргазм вызвал конвульсии в ее чреслах. Неужели язык Лотти каким-то образом почувствовал приближающуюся разрядку Колльера? Похоже, что так, потому что как раз в тот момент, когда его мячики отпустили свой товар, язык прошелся по волосам на заднице, а губы сомкнулись вокруг его ануса и засосали.

Оргазм Колльера парализовал его. Губы Лотти сосали, а его член извергался. В миссис Батлер вылилось столько спермы, что он подумал, что она должна вытекать из нее.

Это был, без сомнения, лучший оргазм в его жизни.

Блаженный крик миссис Батлер затих, а затем ее тело обмякло.

- О, Боже мой, мистер Колльер! Если за последние пятьдесят лет меня и трахали лучше, чем сейчас, то только потому, что я не могу вспомнить!

Колльер оценил комплимент, но все еще не мог пошевелиться; он чувствовал себя как мокрый цемент, который вылили на кровать. Казалось, что вместе с его сердцем грохочет гром. А затем последовал идеальный последний штрих: Лотти в последний раз долго и послушно вылизывала его задницу...

Колльер застонал, когда наконец выкатился из колыбели старухиных бедер. Но первое, что он заметил, было...

"Какого черта?"

Лотти не лежала на кровати, она стояла на другом конце комнаты, заканчивая свою процедуру самостимуляции.

Это Джифф сосал его задницу!

Мускулистый голый хастлер вытер рот о предплечье. Он подмигнул.

- Привет, мистер Колльер. Хотите немного поиграть с задницей, да? Так вот, в этом городе нет никого, кто сделал бы это лучше меня!

Колльер отшатнулся.

- Я вас удивил? Не мог позволить Лотти сделать это - мужская работа не место для женщины, - собственная эрекция Джиффа выглядела устрашающе. - Позвольте мне вылизать вас дочиста, - он ухмыльнулся. - Держу пари, я смогу снова сделать вас твердым.

Колльер оскалил зубы.

- Нет-нет-нет, спасибо...

Бицепс Джиффа напрягся, когда он выковырял между зубов волосок из задницы.

- Первый раз в жизни мне довелось сосать задницу знаменитости. Да, сэр, вот что я называю спагетти и мясные шарики для настоящего мужчины...

Колльер ахнул от неожиданности. Он схватил халат и бросился к двери.

- Не уходите, мистер Колльер! - умолял Джифф. - Я надеялся, что вы захотите оказать мне ответную услугу...

Колльер выбежал, словно спасаясь от огня. Без свечи он спотыкался в почти беспросветном коридоре. Вслепую накинув халат, он на ощупь добрался до атриума.

"Что со мной происходит? - единственной его заботой сейчас была Доминик. - Я только что трахнул старуху, а мою задницу отсосал мужчина! Как я мог допустить такое? Я кусок дерьма! Я не заслуживаю Доминик!"

И тут его осенило.

Миссис Батлер была права. Это дом.

Он остановился, оказавшись в центре атриума. Казалось, гроза уже стихает, молнии стали менее интенсивными. Но в каждой уменьшающейся вспышке он ловил себя на том, что смотрит на портрет Гаста.

"Дом..."

Показалось ли ему, или Харвуд Гаст изменил позу и выражение лица? Казалось, барон плантации теперь гримасничает, а вместо того, чтобы смотреть на дерево, он смотрит налево...