— Всё хорошо, — сказала я Джеду со вздохом. — Он поможет нам. Ему можно верить. Пока что.

— Тогда в туннели, — пробормотал Вейл.

Туннели?

Но времени на вопросы не было.

С каждым шагом вес Августа, казалось, давил на меня всё сильнее. Подступала усталость, пот тёк по изгибу позвоночника.

Я почувствовала мягкое прикосновение руки к своему плечу, а затем Вейл слегка оттеснил меня и занял моё место под рукой Августа. Я не стала спорить — спина едва не закричала от облегчения.

Вой сирены ускорил наш шаг; все мы думали о тех, кто хотел забрать жизнь Августа.

Охранники вырыли ещё больше могил для заключённых с тех пор, как я была здесь в последний раз, и мы старались обходить их стороной, насколько это было возможно. Мой взгляд снова зацепился за ту странную, извилистую тропинку, и я подумала, куда она может вести.

В конце концов мы добрались до зарослей кустарника, усыпанного кроваво-красными ягодами. Вейл кивнул нам пробираться сквозь него, и мы шагнули в колючие стебли. Шипы пронзали ткань униформы, и я ступала осторожно, стараясь не потревожить листву и не оставить следов.

На полпути сквозь заросли Вейл остановился. Он убедился, что Август твёрдо стоит на ногах, а затем опустился на колени; пальцы скользнули по участку зелени. Я переглянулась с Джедом, но мгновение спустя Вейл поднял аккуратный квадрат мха, открывая под ним самодельную крышку из переплетённых веток. Когда он убрал её, я отступила назад.

Я сглотнула. — Что там внизу?

Под крышкой зияла дыра в земле, такая тёмная, что невозможно было разобрать, что внутри.

— Очень хорошее убежище, — прошептал Август; спешка заставляла его выговаривать слова торопливо. — Мы используем его для экстренных случаев.

— Мы? — Мой голос был едва громче шёпота.

Вейл огляделся, вероятно, прикидывая, сколько у нас времени, прежде чем охотник выскочит из-за деревьев и устроит засаду. — Слушайте, можем мы обсудить это внизу? Пожалуйста.

Я посмотрела на Джеда.

Он ответил мне взглядом, прищурившись, но в конце концов неохотно кивнул. — Ладно. Но они объяснятся, как только мы будем в безопасности.

Подойдя ближе, я заметила самодельную лестницу, приставленную к краю ямы. Она казалась достаточно прочной. Джед осторожно спустил Августа по перекладинам, а затем последовала я; сердцебиение участилось, когда я погрузилась в затхлую темноту, где было на несколько градусов прохладнее, чем наверху. Вейл спустился последним, задвинув крышку над нами и погрузив яму в полную тьму.

Щелчок переключателя прорезал тишину, и луч фонаря Вейла осветил мрак.

Глаза привыкли к темноте, и я резко вдохнула. Пространство было размером с мою тесную спальню в квартире в Дивидиуме.

В отличие от моей спальни, яма была до краёв забита покрытыми пылью артефактами забытых времён. Браслеты — реликвии по сравнению с технологичными устройствами, используемыми сейчас — лежали на столе в углу, а стеллажи были заставлены одеялами, аптечками и канистрами с водой.

— Они хотели быть готовыми к любой ситуации, — пояснил Август, опережая мой вопрос.

— Кто «они»? Какого чёрта здесь происходит? — потребовала я, придвигаясь ближе к Джеду, который скрестил руки на груди.

Вейл и Август переглянулись.

Джед фыркнул. — Рассказывайте, что происходит.

Я издала раздражённый вздох. — Слушайте, я уже давно подозревала, что у вас с Августом есть связь, выходящая за рамки подкупа охранника ради защиты. И ты помогал мне столько раз, что и не сосчитать. Я знаю, ты стараешься поступать правильно, когда можешь. Но это? Какое-то секретное убежище, о котором, смею предположить, Ларч ничего не знает?

Одно дело — то, что было… чем бы оно ни было между мной и Вейлом, его желание облегчить мне жизнь в тюрьме, помочь выжить. Но совсем другое — иметь подземный бункер, где он прячет заключённых под носом у Ларча. Это ход, достойный повстанца, но он ясно дал понять своё презрение к Коллективу.

— В смысле «ты давно подозревала»? — спросил Джед; в его глазах мелькнула обида.

— Позже, Джед.

Я медленно повернулась вокруг своей оси, впитывая детали. Фонарики и масляные лампы, сложенные на высокой полке. Коробка со свечами. Запах сырой земли.

— Думаю, мы уже установили, что мне не нравится смотреть, как люди умирают, — ответил Вейл, избегая прямых ответов. — Я не могу помочь всем, но делаю что могу.

— А как же Морт? Тебе понравилось смотреть, как он умирает? — выпалила я прежде, чем успела себя остановить. Обвинение основывалось лишь на интуиции и взгляде Вейла, когда Ларч объявил о смерти Морта, — но я должна была знать.

Август и Джед переводили взгляды с одного на другого, но никто не вмешался.

Уголки губ Вейла опустились, и он подошёл ближе, пока, между нами, не остался всего шаг. — Может, и понравилось. Может, убийство этого грёбаного насильника было лучшим поступком, который я совершил с тех пор, как стал охранником. Все ведут себя так, будто монстры здесь — это заключённые, но Морт? Он был настоящим чудовищем. И ему всё сходило с рук. День за днём, и он никогда бы не остановился.

Я уставилась на него. Он убил охранника и только что открыто выказал презрение ко всему, за что стоял Эндлок. Это откровение провибрировало сквозь меня.

— Я не планировал этого. — Вейл запустил руку в волосы; голос его огрубел. — Но потом я подошёл и увидел, как он выдирает зубы из тела Сирила. Он смеялся. Так же, как смеялся, когда зажал тебя в коридоре. Я не мог перестать думать о том, что если бы я не… — Он сглотнул, всё его тело дрожало. — Я видел, как он лапал стольких других. Наверное, раз шесть я не смог его остановить. И меня переклинило. Я не буду лгать и говорить, что не ведал, что творил — я знал, что этот кусок дерьма сгорит дотла, прежде чем поймёт, что его ударило.

Август, Джед и я смотрели на Вейла, разинув рты, пока я не собралась с мыслями, чтобы заговорить.

— И что ты чувствовал после? — прошептала я.

— Я не жалел. — Он смотрел только на меня.

И я не чувствовала отвращения.

Я чувствовала странную смесь благодарности и… чего-то, что не могла точно определить. Но мне больше не нужно было беспокоиться, что Морт найдёт меня, или Кит, или Яру в безлюдном коридоре и возьмёт то, что захочет.

— Ладно. Значит, ты хочешь нам помочь, но как? — спросил Джед, выпрямившись во весь рост, несмотря на лёгкую дрожь в голосе. Я протянула руку, касаясь его плеча, прежде чем он продолжил. — Конечно, мы можем отсидеться в этой дыре. Но рано или поздно нам придётся идти к Кровавому дереву. Сомневаюсь, что нахождение под землёй спасёт нас от силового поля.

— Не спасёт, — подтвердил Август.

Я опустила голову. Какова вообще цель Вейла? Он мог помочь нам пережить охоты, на которые нас назначали, но ради чего? Он не мог сохранять нам жизнь вечно. Не внутри Эндлока.

Темнота этого места почему-то облегчала честность с самой собой. Я пыталась отгонять сомнения как могла, но реальность была такова: я и близко не подошла к решению задачи, как выбраться из Эндлока. И прятки в земляной норе не приблизят нас к свободе.

Вейл и Август снова обменялись взглядом, от которого у меня заныли зубы.

— Ларч знает об этом месте, — признал Вейл.

— Он знает, что ты вырыл яму в земле, чтобы прятать заключённых от охотников? — спросил Джед.

Я прищурилась.

Вейл отрывисто рассмеялся. — Нет. Конечно, нет. Он знает, что здесь была аварийная система туннелей десятилетия назад, ещё со времён старой тюрьмы. Она проходила под всей территорией, чтобы у охраны был путь к отступлению в случае восстаний или бунтов. Некоторые входы и секции обвалились, поэтому начальник думает, что туннели разрушены. Обрушились от ветхости.

— Туннели идут под всей территорией угодий? — спросила я с недоверием в голосе. Возможность существования чего-то подобного превосходила мои самые смелые мечты. Если это правда, значит, забор, возможно, больше не будет проблемой для нашего побега.

Я уставилась на Августа. Он знал об этом и не потрудился помочь мне, пока я барахталась в поисках выхода?

— В основном, — ответил Вейл. — Некоторые части туннелей действительно обвалились. Этот вход ближе всего к Эндлоку, поэтому мы редко его используем. Слишком много охотников проходит мимо, так что нам приходится сидеть тихо, иначе есть риск, что нас поймают.

— Эта точка входа соединяется с туннелем, который выводит нас к краю поляны Кровавого дерева, — сказал Август, указывая на другую сторону того, что я считала просто ямой.

Когда я посмотрела туда, куда он указывал, то увидела частично скрытый стопкой коробок проход в земляной стене.

Вот как он выживал так долго. Он использовал туннель, чтобы добираться до Кровавого дерева.

— Вообще-то, нам пора двигаться, — объявил Вейл. — Силовое поле скоро сожмётся, и нам нужно попасть в следующий сектор.

Он подошёл к одному из стеллажей, схватил несколько фонариков и бросил каждому из нас.

Мы включили свет и последовали за ним в затянутый паутиной туннель.

— Но почему ты нам помогаешь? — спросила я Вейла, не смея поверить в вывод, к которому мчался мой разум.

Я обернулась, встречаясь взглядом с Августом, пытаясь спросить его без слов, может ли то, во что хочет верить моё сердце, быть правдой.

Это то, о чём я думаю? Я попыталась передать эти слова глазами, и, возможно, сработало, потому что губы Августа скривились в ухмылке как раз в тот момент, когда Вейл мне ответил.

— Потому что я не хочу, чтобы вы здесь умерли. Я помогу вам выбраться.

Глава двадцатая

— Ты — что? — Мой голос сорвался на сдавленный шёпот, и я споткнулась, прежде чем упереться рукой в стену туннеля.

Я не могла правильно расслышать Вейла — и не собиралась давать волю надежде, пока он не подтвердит, что у меня не галлюцинации.

— Я помогу вам с планом выбраться отсюда, — повторил Вейл, сбавляя шаг, чтобы идти рядом со мной. — И отправлюсь с вами в Северное поселение.

— Ты же помнишь ту часть, где ты охранник, да? — спросила я; недоверие сквозило в каждом слове. — На случай, если забыл. Хочешь сбежать с кучкой зэков?

Я не дала ему времени ответить, вместо этого обернулась через плечо и уставилась обвиняющим взглядом на Августа. — И ты. Мы вроде как должны работать вместе. Но ты удобно забыл упомянуть, что планируешь прихватить с собой охранника. Не думал, что это важная деталь? Остальные об этом знают?

— Они все знают про Вейла, — ответил Август, тяжело наваливаясь на Джеда и хромая следом за нами. — Ты должна понять: я бы никогда не сделал ничего, что поставило бы под угрозу Яру, Кит или Момо. Когда ты только прибыла, я тебе не доверял. Ты охотница за головами, Рейвен. И более того, твоё отчаяние в попытках спасти Джеда делало тебя уязвимым звеном. Откуда мне было знать, что ты не сдашь нас ради собственной выгоды, если это поможет Джеду?

Рот открылся, но слова не шли. Август был прав. С его стороны было бы глупо рассказывать мне что-либо. До того, как я узнала их поближе, я бы, наверное, и правда сдала их, если бы это дало мне какой-то рычаг для побега.

Я молча повернулась к Вейлу, требуя объяснений с его стороны.

— Я попросил Августа не говорить тебе, — признался Вейл. — Я не знал, смогу ли заставить себя помочь тебе, пока думал, что ты повстанец. А когда узнал, что нет… я не думал, что ты сможешь довериться охраннику. Только узнав тебя получше, я решился рискнуть и открыть правду.

Его инстинкты сработали верно. Я бы плюнула ему в лицо, попытайся он убедить меня в желании помочь, когда мы впервые столкнулись в Эндлоке.

Я покачала головой. — Так в чём же правда? Ты сказал мне, что не с Коллективом, а просто хочешь помогать людям. Это распространяется и на помощь в побеге заключённых? — Я сделала паузу. — Или это как-то связано с твоим долгом Эрису? В ту ночь, когда мы встретились, ты сказал, что должен ему. Это твоя расплата?

— Ты виделась с ним до Эндлока? — прошипел Джед у меня за спиной.

Я поморщилась. — В таверне «У Верна». Объясню позже.

— Я не говорил, что должен ему, — ответил Вейл. — Я сказал, что мне нужно с ним расплатиться.

Я уставилась на него, прищурившись. — У нас нет времени спорить о семантике, Вейл.

— Он убил моего отца.

Сердце сжалось от обнажённого горя в его глазах.

— Мне так жаль, — прошептала я, не в силах удержаться и не потянуться к нему. Но он снова вышел вперёд, и я стиснула челюсти, чтобы боль не отразилась на лице.

Впрочем, я знала, каково это — терять родителя. Знала, как тяжело делиться своим горем. И всё же его слова вихрем кружились в голове, пока кусочки пазла вставали на свои места. Если бы Эрис убил моих родителей, я бы тоже не питала любви к Коллективу.

— Ты был у Верна, чтобы убить Эриса?

Я резко обернулась, удивлённая, что Джед задал вопрос, который я слишком боялась озвучить.

Вейл помолчал мгновение, затем кивнул. — Да, но он так и не появился. На следующий день мне пришлось вернуться в Эндлок.

— Ты всё ещё планируешь добраться до него? — прошептала я.

Вейл не колебался. — Я не упущу возможности убить его. Жизнь за жизнь.

Никто из нас не нашёлчто на это ответить, и повисла долгая тишина, прежде чем Вейл снова заговорил.

— Что касается помощи вам… Я никогда не хотел быть охранником. Меня воспитали на идее, что всё, что делает Совет — ради высшего блага; по крайней мере, это я слышал от мамы. Но у нас были сложные отношения, и почти ничего общего, так что подростком я только и хотел, что бунтовать против неё.

Он издал резкий смешок. — Маме это надоело, и она попросила отца вразумить меня. Только вместо этого он рассказал мне, что состоит в Коллективе. Он скрывал это от мамы годами и попросил меня тоже держать это в тайне от неё.

Я ахнула, поворачиваясь к Джеду. Вейл был ребенком повстанца, как и мы.

— Мой отец… — Вейл осекся на мгновение и откашлялся; свет от его фонаря плясал на стенах туннеля. — Мы были близки. Я хотел быть в точности как он, правда. Но он не хотел подпускать меня к Коллективу. Сказал, что присоединяться к ячейке в Верхнем секторе слишком опасно, и хотел, чтобы я вместо этого не высовывался. Искал маленькие способы помочь гражданам Дивидиума, не будучи частью Коллектива.