— Тебе пришло почтовое уведомление? — он хмурится. — Кто еще, кроме меня, отправляет тебе посылки?

Я поспешно толкаю его в грудь, и он отшатывается, чтобы я могла встать с кровати и посмотреть, что там написано.

— Никто. Я просто заказала доставку. И как ты, вообще, смог это прочитать?

— Там был эмодзи коробки. Регина, если тебе что-то нужно, обращайся ко мне.

Я просматриваю уведомление и обнаруживаю, что моя доставка из магазина баклажанов прибыла.

— Я могу сама купить себе все, что нужно.

— Думаю, тебе следует знать, что Коса в курсе всего, что происходит в школе. И Лайл тоже.

Я напрягаюсь, уловив скрытый подтекст. Они знают, что у меня в этой посылке? Я даже договорилась об экспресс-доставке через курьера. Вот насколько отчаянно я пытаюсь справиться со своей… ситуацией.

— Что? — ушам своим не верю.

Он кивает.

— Да. А что ты купила? — Дикарь пытается заглянуть в планшет.

Как неловко. Нахуй. Их. Всех.

— Тебе нужно идти, Дикарь.

— Что?

— Ты меня слышал. Мне нужно подготовиться к сегодняшнему дню.

Он бросает на меня крайне недовольный взгляд и как можно медленнее сползает с моей кровати. Я стараюсь не смотреть на его высокое, совершенное, аппетитное обнаженное тело, пока он выпрямляется.

Дикарь крадется ко мне, заполняя пространство между нами несколькими широкими шагами. Дорогая Богиня, предполагается, что этот сумасшедший волк будет только моим.

Его ореховые глаза наполняются страстью, когда он, не отрывая от меня взгляда, наклоняется и, собственнически обхватив за шею, прижимается губами к моим. Дикарь прикусывает мою нижнюю губу до боли, а затем в качестве извинения проводит по ней языком.

Я протестующе ахаю, но когда он прижимается своим лбом к моему и рычит «Моя», все мои возражения полностью рушатся.

Это все, что моя душа когда-либо хотела услышать. Но осмелюсь ли я? Могу ли я позволить ему воплотить это в реальность?

Мое тело трепещет от предвкушения. Он, по сути, предлагает себя мне. Предлагает себя в мое полное распоряжение.

Я серьезно говорю «нет»?

Но я потратила столько денег на эти вибраторы, и тот факт, что они знают о моих доставках, приводит меня в ярость. Нет, сначала я должна попробовать этот метод. Из принципа.

— Пока, — выпаливаю я.

Он выпрямляется, и я пытаюсь смотреть строго ему в глаза, хотя знаю, что он, вероятно, слышит бешеный стук моего бедного сердца.

— Увидимся позже, Регина, — и, бросив последний взгляд, обещающий горячие, запретные непотребства, неторопливо выходит из моей комнаты.

И только после того, как его голая задница покидает поле моего зрения, мне удается перевести дыхание.

В конце концов, у меня есть важные дела.

Спустившись на завтрак, я передаю Юджина Ракель, перекидываюсь парой слов со Стейси и Коннором, после чего мы вместе выбегаем из столовой, хихикая всю дорогу до студенческого почтового отделения. У нас как раз хватает времени, чтобы отнести массивную коробку обратно в мою комнату и все изучить. Пока Коннор и Стейси выбирают, я быстро хватаю «голову льва», прежде чем это сделает Коннор, и надежно прячу ее в нижний ящик стола.

Мы пожимаем друг другу мизинцы в знак обещания устроить им сегодня тест-драйв, и они вдвоем спешат из моей комнаты на свой первый урок.

Я уже собираюсь уходить, когда в моей комнате раздается еще одно «пилик». Но это не от моего академического планшета. Я в предвкушении бросаюсь к комоду и достаю свой новый телефон. И мое воодушевление угасает, когда я читаю сообщение с неизвестного номера.

«Я знаю, что ты сделала, змееныш».

Мое сердце замирает в груди. Кто это? Я быстро проверяю номера, которые Дикарь добавил в контакты. Там есть номера Косы, Ксандера и Дикаря, а также… Лайла Пардалия. Значит, это не может быть кто-то из них. Я сдаюсь и печатаю ответ.

«Кто это?»

Ответ приходит незамедлительно.

«Давний поклонник».

Что это вообще значит?

Мое сердце готово выпрыгнуть из груди, но вот-вот прозвенит первый звонок, и мне нужно бежать на урок.

Я убедилась, что на мне одежда, в которой можно спрятать новый телефон. Стейси носит свой в лифчике, и я решила, что это того стоит, ведь так телефон всегда будет со мной. Этот новый… поклонник может снова написать мне, и я хочу сразу же иметь к нему доступ. Но что он имел в виду в своем первом сообщении? С тех пор как я приехала сюда, я многое сделала. Я должна ответить.

«И что же я такого сделала?»

«Боже, боже. И как такой милый змееныш мог забыть о мертвом теле в своей постели?»

Сердце обрушивается в пятки. Я вовсе не забыла ту ночь перед судом. Как я нашла в своей постели убитую змею и записку от отца. Как это привело меня в общежитие Дикаря, Косы и Ксандера. Но откуда, блядь, этот парень узнал об этом?

«Я не понимаю, о чем ты говоришь.»

«Бедный змееныш. Ты ничего не сможешь от меня скрыть. Даже если будешь стараться изо всех сил.»

«Я избавлюсь от этого номера. Больше не пытайся связаться со мной.»

«Осторожнее со своей ложью. От этого у тебя вырастет нос.»

Что ж, если это превратит меня в гребаного тукана, то я только за. Я решаю, что с меня хватит, и засовываю телефон в бюстгальтер. Если кто-то хочет поиграть со мной в игры, то это его проблемы.

Ксандер спалил дотла тело той змеи, так что доказательств не осталось. Нет тела — нет дела… верно?

Нас разделили на две группы, чтобы начать новое занятие. И только когда я захожу в новый класс с навороченной электронной доской и читаю, что на ней написано жирным шрифтом, я понимаю, куда попала.

— Занятия по регине? — Минни выглядывает из-под моего локтя.

Вздрогнув от неожиданности, я обнимаю ее. Сегодня утром она завтракала с Титусом и его семью стейками с кровью. Минни смеется и подхватывает меня под руку, направляя к столу рядом с Дикарем, Ксандером и Йети. Но прежде чем я успеваю возразить против выбора места, я понимаю, что Сабрина и Ракель тоже стоят позади нас.

— Подождите, мы все регины? Как мы могли не знать этого раньше? — опережает Минни мой вопрос.

Но мы знаем почему: большинство анималия слишком суеверны, чтобы рассказывать о своем пророчестве феникса или брачной группе и своем положении в ней до того, как найдут свою стаю. И спрашивать об этом считалось табу.

Пока мы рассаживаемся за столом, оживленно обсуждая то, чему мы, возможно, здесь научимся, я оглядываюсь по сторонам, чтобы посмотреть, кто еще из первокурсников и второкурсников пришел на занятие.

Первое, что бросается в глаза, это отсутствие Косы.

Неужели он думает, что это испортит его репутацию, если люди узнают, что у него есть регина? Неужели он думает, что то, что у него есть регина, умаляет его достоинства?

Минни достает свой набор карандашей и радужный блокнот, когда замечает, что я оглядываюсь по сторонам. Она тоже оглядывается и понимает, из-за чего я волнуюсь.

К моему удивлению, она улыбается мне.

— Знаешь… — говорит она лукаво. — Папочка-акула уже и так все об этом знает.

Я таращусь на нее, Сабрина фыркает, но Ракель согласно кивает.

— Что? — спрашивает Минни. — Он слишком взрослый, чтобы вообще здесь находиться, и явно проник сюда обманом, чтобы просто приглядывать за тобой.

— О-он в курсе в-всего дерьма, — соглашается Ракель. — Типа, абсолютно в-всего.

Черт. Думаю, они правы. Академия Анимус принимает зверей от восемнадцати до двадцати пяти, а Коса на несколько лет старше Дикаря.

Сабрина хватает меня за руку.

— Ты везучая сучка. На твоем месте я бы каждую ночь спала в постели папочки-акулы! Ты же знаешь, он никому не позволяет к себе прикасаться. Вообще никому.

— Что ж, Дикарь был в моей постели прошлой ночью, — шиплю я в ответ, полностью осознавая, что волк ухмыляется от уха до уха, беззастенчиво прислушиваясь к нашему разговору.

— Они м-могут тебя слышать, — невозмутимо заявляет Ракель.

— Пусть, — Сабрина закатывает глаза и машет Йети.

— Тишина. — Голос Лайла звучит холодно, когда он входит в класс, и мы все замолкаем и выпрямляемся от его тона.

Ну, вот и все, твою мать. Думаю, он нашел мой маленький подарок прошлой ночью.

У меня внутри все переворачивается. Дерьмо, как же я ненавижу то, что он заставляет меня чувствовать себя легкомысленным подростком. Но ведь не легкомысленный подросток освятил его постель, правда?

Я очень стараюсь скрыть ухмылку, но не думаю, что мне это удается.

Лайл оглядывает комнату, и его ледяной взгляд останавливается на мне… и накаляется.

— Вы хотите поделиться с классом какой-то забавной историей, мисс Аквинат?

От его тона любой другой зверь сбежал бы без оглядки. Кто-то сзади даже ахает.

— Ой-ой, — бормочет Минни себе под нос.

Я благословляю его своей самой очаровательной улыбкой и говорю супер-пупер сладким голосом:

— Нет, сэр. Ничего забавного. Я просто с нетерпением жду этого занятия с вами.

И, парень, так и есть.

Глава 27

Ксандер

Девчонка-Костеплет дерьмово самодовольна, и это чертовски раздражает. Судя по всему, Лайла это раздражает не меньше, потому что у него практически побелели губы от ярости.

На ее лице играет улыбка, которая говорит мне, что она сделала что-то, чего делать не следовало.

— Твоя регина выглядит подозрительно счастливой, — мысленно сообщаю я Дикарю, вовлекая в разговор и Косу.

Дикарь не сводит с нее глаз.

— Разве она не сексуальна в этом коротком платье? Сегодня утром она не позволила мне вылизать ее, но я, блядь, уверен, что доберусь до нее позже.

Я не единственный, кто сканирует анима — нет, регин. Представьте себе мое удивление, когда Минни, Сабрина и Ракель оказались регинами, о чем я узнал только после разделения нас на группы сегодня утром. В случае с Ракель это сделало ее регусом, поскольку она небинарна. Рексов отправили в отдельную группу вместе со всеми, у кого рекс является лидером стаи. В то время как регины и все, у кого в стае есть регина, были отправлены сюда, на занятия с Лайлом.

Появление здесь Минни не является полной неожиданностью для меня. То, что Титус хочет ее в своей постели, означает, что он чувствует ее силу, и она притягивает его.

Классная комната полна зверей, и все они пялятся на регин, которые естественным образом расположились в центре комнаты.

Жадной до внимания кучкой.

Как всегда, они одеты так, чтобы угодить своей внутренней распутной аниме. На Аурелии платье детско-розового цвета, подчеркивающее оливковую кожу, унаследованную от отца. Того типа, которое облегает тело и демонстрирует все женские изгибы. Платье короткое и сползает к верхней части бедра, когда она сидит. Бонусные баллы: сегодня на ней есть бюстгальтер, из-под выреза платья выглядывает немного кружева.

Пока комната заполнялась учениками, Аурелия подалась вперед на своем стуле, и ее груди подпрыгнули, а я едва сдержал желание уйти прямо здесь и сейчас. Затем она начала завязывать свои длинные черные волосы резинкой. Они в полном волнообразном беспорядке, и когда змеючка убрала их наверх, обнажился золотистый изгиб ее шеи.

Мой дракон фыркает и облизывает губы.

Угомонись, парень, — бормочу я ему. В последнее время он ведет себя странно, и это выводит меня из себя.

Я не удивлюсь, если некоторые из этих зверей обнюхивают сиденья анима после того, как девушки уходят. Жаждущие ублюдки. Знай Дикарь, что такое дезинфицирующие салфетки, то всегда держал бы их под рукой, чтобы избавляться от запаха его анимы на общественной мебели. Он всегда был ревнивым мудаком, когда дело касалось его женщин, а теперь, когда он открыто заявляет права на свою регину и во всеуслышание называет ее по титулу, это дает ему право показать свое истинное лицо: реальную угрозу.

Именно поэтому мы с Косой так стремились избавиться от нее. Одна единственная женщина, контролирующая таких мужчин, как мы, не говоря уже о пяти, — опасная вещь. Вот вам и хорошо продуманные планы. Разыграв свой маленький побег, Аурелия доказала, что она более коварна и манипулятивна, чем мы думали.

Но сегодня утром ее дыхание немного учащенное, вероятно, потому, что она жаждет Лайла, как и все остальные. В результате, между ними двумя возникает очевидная, огненная нить напряжения.

Лев, со своей стороны, едва держит себя в руках, что является моим новым развлечением в этом жалком подобии школы. Он немного бледноват под своим загаром, и я точно знаю, куда приливает его кровь. Все потому, что Аурелия держит ноги немного раздвинутыми, повернувшись прямо к нему.

— Коса, тебе действительно стоит это увидеть воочию, — отправляю я сообщение своему брату-акуле, занятому изучением документов, которые передал ему Мардук.

По нашей связи прокатывается мрачный смешок.

— Я приду в следующий раз.

Лайл запускает слайд-шоу.

— Что ж, если вы здесь, вы либо регина, либо регус, — Он кивает Ракель, которая кивает в ответ. — Или анимус, который принадлежит регине, независимо от того, состоялась ваша встреча с ней или нет.

Раздается раздраженное ворчание тех, кто еще не познакомился с центральным членом своей стаи.

Если бы только мне так повезло.

— Итак, — продолжает Лайл, — это начало серии занятий, на которых я буду учить вас, как правильно вести себя с региной и с какими трудностями вы можете столкнуться. — Он указывает на средний стол. — И с какими проблемами могут столкнуться регины. Мы также поговорим об инстинктах, присущих всем зверям, и о том, как справляться с этими инстинктами в современном мире.

Ирония этого не ускользает от меня или Аурелии, если уж на то пошло. Она откидывается на спинку стула, вертя ручку в руках, и ухмылка на ее лице становится все шире.

Дикарь расположил себя так, чтобы она всегда была у него в поле зрения.