- Ну, - обратился он к Вики. - Как я выгляжу?
Шея Вики напряглась, как будто она изо всех сил старалась не рассмеяться над чем-то слишком забавным.
- Правда?
- Да.
- Ты выглядишь как наставник юных скаутов новой волны.
Самооценка Курта улетучилась, как выпущенный воздушный шарик.
- Ты не представляешь, как мне от этого полегчало. Огромное спасибо.
- Нет, не пойми меня неправильно, - поспешила объяснить она, но теперь ее смех был близок к безудержному. - Дело не в тебе, а в форме. Я не уверена, почему, но это выглядит... глупо.
- Спасибо, что уточняешь. По крайней мере, наша форма выглядит не так плохо, как у полиции округа.
- Ваша выглядит еще хуже, - сказала Мелисса, заходя на кухню. Она достала из холодильника датский пирог с вишневой начинкой. - По крайней мере, полиция округа выглядит как полиция.
Выражение лица Курта стало еще более хмурым.
Мелисса продолжила, покусывая кусочек.
- Признай это, Курт. Твоя форма выглядит глупо. Скажи Барду, чтобы он купил новую форму. В той, что у тебя сейчас, люди не поймут, полицейский ты или работник заправки. Ты будешь останавливать людей за превышение скорости, и они попросят тебя заглянуть под капот.
Он подавил желание швырнуть бутерброд ей в лицо и запустить тем, что осталось, в Вики.
- Когда мне понадобится ваше мнение, я его спрошу.
- Ну, ты же сам спросил, - сказала Вики, все еще явно забавляясь. - И не будь таким чувствительным. Мы не собираемся тебя унижать. Это не твоя вина, что форма выглядит нелепо.
- Но раз уж ты выглядишь соответственно, - сказала Мелисса, - то мог бы проверить масло и почистить лобовое стекло.
- Прибереги эту комедию для Эдди Мерфи, - парировал Курт, забирая ключи. - Вы обе можете работать посменно, унижая меня, мне все равно. Если моя форма вам не подходит, тогда я ухожу.
Он вышел из дома, ссутулившись от женского смеха, который раздавался ему вслед. Оказавшись на подъездной дорожке, он оценил свое отражение в ветровом стекле "Форда". Действительно ли его форма выглядела так глупо? Он нахмурился, глядя на свое искаженное стеклом изображение, и признал, что, вероятно, так оно и есть.
"Наставник юных скаутов новой волны, - подумал он и завел "Форд". - Вот что я получаю за то, что посвящаю себя служению обществу".
Он решительно взялся за дело. Было без двух минут шесть; опоздание на свою первую смену не слишком обрадовало бы Хиггинса, который за последние несколько дней отработал так много времени. Он без колебаний превысил скорость - профессиональная неприкосновенность от соблюдения правил дорожного движения была, по крайней мере, одним из преимуществ его работы. Кто мог выписать ему штраф в его собственном городе?
Патрульная машина полиции штата, казалось, появилась у него на хвосте из ниоткуда, мигая огнями и воя сиренами, способная разбудить мертвого. Курт съехал на обочину, злясь на свою удачу. Теперь он действительно опаздывал.
Полицейский с лицом, словно вырезанным из дерева, подошел и встал прямо за окном Курта.
- Водительские права, техпаспорт, пожалуйста.
Курт показал свой значок.
- Моррис, полиция Тайлерсвилля.
Полицейский, казалось, ничего не понимал, как марионетка.
- Водительские права, техпаспорт, пожалуйста.
- Да ладно, будьте со мной помягче. Я городской полицейский.
- Мне все равно, даже если ты маленький голландский мальчик, направляющийся к дамбе. Превышению скорости нет оправдания. То, что у тебя есть значок, не означает, что ты имеешь право нарушать правила дорожного движения штата.
Это было величайшее унижение. Низко пригнувшись, Курт пережил знакомую последовательность событий, только на этот раз в обратном порядке. В конце концов, он поставил свою подпись на продолговатой бумаге - штрафе - а затем получил на хранение лежащую в основе розовую копию. Полицейский захлопнул свою алюминиевую квитанционную книжку и с совершенно непроницаемым лицом пожелал:
- Приятного вечера.
"Твоя мать сосет у всех в аду", - Курт был опасно близок к тому, чтобы сказать это.
Городской патрульной машины на стоянке не было, когда он наконец добрался до участка. Он опоздал на полчаса, Хиггинс впервые за много лет пропустил окончание смены.
Курт открыл офис своим ключом. Как и ожидалось, никого. Уличная одежда Хиггинса все еще висела на открытой дверце шкафчика.
"Он подойдет через минуту. Вероятно, потерял счет времени в кафешке, выискивая правонарушителей".
Тишина в офисе заставила его напрячься. Чтобы скоротать время, он полистал один из "Хастлеров" Барда. На него уставились фотографии - глянцевый коллаж из ярких, сочных цветов, кристально-розового и мерцающего на коже, как осколки стекла. Он по-настоящему содрогнулся от общего эффекта, задаваясь вопросом, что случилось с таинственностью и даже элегантностью эротической фотографии. Он помнил времена, когда в мужских журналах не разрешалось показывать даже лобковые волосы - теперь макеты выродились в откровенную вагиноскопию. Этим женщинам пришлось бы вывернуться наизнанку, чтобы еще больше раскрыть себя. Подавленный, он отложил журнал.
Затем он сел на стол, с отвращением уставившись на штрафную квитанцию. "Пруденшл" это понравилось бы, это был идеальный повод вытянуть из него побольше денег. Он попытался выбросить из головы эту сцену - его первый штраф за нарушение правил дорожного движения со времен старшей школы. Бард поднял бы на смех весь полицейский участок, если бы когда-нибудь узнал.
Прошло еще десять минут.
"Где, черт возьми, был Хиггинс?"
Теперь Курт мерил шагами кабинет, хотя еще не осознавал этого. Он пошел налить себе кофе, но обнаружил, что дно кофейника покрыто слоем засохшего черного осадка. От запаха у него заслезились глаза.
К семи часам вечера Хиггинс так и не появился. Курт несколько раз сердито выглядывал в окно, размышляя.
"Только не очередная авария в департаменте, - взмолился он про себя. - У Барда начались бы конвульсии. Возможно, он где-то сломался".
Еще через десять минут Курт набрал номер главного управления полиции. Он насчитал семь гудков, прежде чем дежурный сержант с голосом клона ответил:
- Полиция округа работает в экстренных случаях.
- Добавочный номер 345, пожалуйста.
- Вы офицер полиции?
- Моррис, Тайлерсвилль. Идентификационный номер 8.
- Подождите.
Должно быть, прошла целая минута, пока "подождите" было забыто по техническим причинам. Курт наклонился и включил полицейский монитор базовой станции Барда, вздрогнув от внезапного всплеска разъедающих голосов и помех. Когда телефонную линию снова подключили, молодой, представительный голос ответил:
- Диспетчерская зоны В.
- Мне нужно, чтобы вы соединили его с 207-м по стационарному телефону.
- Подождите.
Затем из рации раздался тот же мужской голос:
- Два-ноль-семь.
Прошло несколько секунд, ответа не последовало.
Снова:
- Два-ноль-семь, ответьте.
Никто не отвечал.
К телефону подошел диспетчер.
- Он не отвечает. Должно быть, где-то задерживается.
- Ни за что, только не этот парень.
- На сколько он опаздывает?
- Чуть больше часа, - ответил Курт, но теперь он забеспокоился. Одно дело пропустить пересменку, но в девяноста процентах случаев не отвечать на звонки по рации - это серьезно. - Он сейчас свободен?
Курт услышал слабое постукивание пластика по клавишам компьютера. Затем диспетчер сказал:
- Нет.
- Какой у него был последний звонок?
Снова постукивание.
- Вызов в Белло-Вудс, вход номер 4. Время 15:58.
"Более трех часов назад?"
Теперь беспокойство Курта переросло в тревогу. Нередки случаи, когда офицер забывает позвонить в службу после звонка - Курт сам несколько раз так поступал - и не так уж неслыханно, чтобы обычные полицейские дела занимали несколько часов. Что Курту не понравилось, так это то, что Белло-Вудс оказался в центре всего этого.
- Хотите, я начну обзвон пропавшего подразделения?
- Позвольте мне сначала проверить это место, - сказал Курт. - Я перезвоню вам, если возникнут проблемы.
Но как раз в этот момент в эфире раздался голос Хиггинса:
- Два-ноль-семь.
Курт расслабился, вздохнув в трубку.
Диспетчер ответил:
- Два-ноль-семь, мы не смогли связаться с вами. Вам нужна помощь?
- Нет, нет, я заехал слишком далеко, сам того не осознавая.
- Ваша станция подключена.
- Хорошо. Попросите его перейти к 3.
- Хорошо, - подтвердил диспетчер. Затем, снова повернувшись к Курту по телефону, он спросил: - Вы это поняли?
- Да, спасибо, - заторопился Курт.
Он повесил трубку и переключил радиоприемник на 3 канал, который полиция называла "помешанным на болтовне". Это была свободная, неконтролируемая частота в зоне связи, используемая для того, чтобы поддерживать чистоту основной полосы частот округа, когда двум или более отделенным друг от друга устройствам необходимо было передавать сообщения в течение длительного времени. Курт быстро отключил шумоподавитель, ожидая, пока Хиггинс прервет связь.
- Ты меня слышишь, Курт?
- Да. Я позвонил диспетчеру, когда ты не появился в шесть. Он сказал, что ты на вызове. Что там происходит?
Голос Хиггинса то приближался, то затихал. Помехи напоминали шум прибоя.
- Около четырех я заметил, что упала последняя цепь, четвертая. И я решил прокатиться туда, чтобы испытать судьбу - я никогда раньше не видел эту часть Белло-Вудс... - последовала долгая, напряженная пауза. Затем: - Это может быть что-то грандиозное.
- Что, Марк?
- Просто приезжай и посмотри сам. Мне все равно нужна помощь.
- Может, стоит позвонить в округ?
Голос Хиггинса стал почти паническим.
- Нет, Господи, нет. Я не хочу, чтобы эти тупицы украли мою находку. Даже не звони Барду, пока мы все не проверим.
- Хорошо, - согласился Курт, хотя отказ Хиггинса уточнить его слегка разозлил. - Как мне тебя найти? - спросил он.
- Просто поезжай к четвертому входу и следуй по нему до самого конца, пока не увидишь патрульную машину. Я буду ждать тебя. Но прежде чем ты выйдешь... Мне нужно, чтобы ты взял кое-какую вещь с собой.
- Какую вещь?
- Посмотрим, сможешь ли ты найти эти дурацкие портативные рации, которые Бард купил пару лет назад. Ты понимаешь о чем я говорю?
- Да, - пробубнил Курт. Бард купил эти рации для личного пользования и для проверки на месте. Однако, насколько было известно Курту, они никогда не использовались больше одного-двух раз. - Они где-то здесь, - ответил Курт. - Я их найду.
- Хорошо. И купи по дороге несколько батареек. Нам также понадобятся толстые перчатки, пара хороших фонариков и около сотни футов хорошей толстой веревки.
Курт нахмурился, глядя в рацию.
- Что ты задумал, сафари?
- Просто захвати все необходимое. Нам это понадобится.
- Где я найду сто футов веревки?
- Я не знаю, - сказал Хиггинс. Он, казалось, был уверен, что Курт сможет создать ее с помощью магии. - Попробуй связать несколько веревок вместе. Черт возьми, купи, если нужно, я верну тебе деньги. И не мешало бы взять с собой третьего человека, дополнительных помощников, на случай, если нам придется что-то поднимать.
"Что-то поднимать?" - Курт решил даже не спрашивать.
- И это все?
- Да. Увидимся через несколько минут.
Курт выключил рацию, скорее раздраженный, чем смущенный.
"Что за чушь он нес?"
Но он признался себе, что его любопытство растет. Он нашел портативные рации в нижнем ящике картотечного шкафа. Их было три, все еще аккуратно упакованные в коробку. Нейлоновые шнуры, лежавшие в том же ящике вместе с шаблоном для снятия отпечатков пальцев, несколькими бесподобными ножными кандалами и прочим хламом, которым они никогда не пользовались, были изношены, и, даже если их связать вместе, они не протянулись бы и ста футов.
Он пинком задвинул ящик, оставив на краске черную отметину.
"Зачем ему столько веревки?" - спросил он себя.
"Я заехал слишком далеко, сам того не осознавая", - сказал Хиггинс.
И:
"На случай, если нам придется что-то поднимать".
Ответ прозвучал как хороший, сильный толчок.
Вики сидела на пассажирском сиденье. Она была удивительно стойкой, учитывая, что из-за его просьбы взять ее с собой она пропустила окончание "Династии" (которую Курт, испытывающий отвращение к телевидению, предпочитал называть вагинастикой). Вики была единственной "дополнительной силой", которую он смог задействовать за такой короткий срок. Ей придется это сделать.
В магазине он купил три 9-вольтовые батарейки для портативных раций, а дома раздобыл несколько старых садовых перчаток и несколько рабочих фонариков. И, наконец, небольшая остановка в "Скобяных изделиях Уордена", чтобы приобрести сто футов полудюймовой сизалевой веревки по цене восемнадцать центов за фут.
Вики открыла новые батарейки для портативных раций. Время от времени она поднимала на него глаза, и на ее губах появлялось подобие улыбки.
- Почему ты ничего не говоришь? - спросила она.
- Задумался. Не уверен, что мне это нравится.
Она вставила еще одну батарейку и ловко закрыла пластиковой крышкой.
- Что именно мы собираемся делать?
- Я точно не знаю. Я думаю, он что-то нашел в одной из шахт в Белло-Вудс.
- Это объяснило бы наличие веревки. Как ты думаешь, что он нашел?
"Наверное, труп", - подумал Курт, не отрываясь от руля.
- Кто знает? Но что бы это ни было, он, похоже, был очень взволнован.
- Вот это да, приключение, - сказала она. - Это может быть весело.
Курт ничего не сказал. Перед его мысленным взором возникла яркая картина изуродованного тела Харли Фитцуотера без головы, лежащего на дне какой-то сырой шахты.