- Открой мешок, - сказал голос.

- Нет.

- Открой это.

- Я не буду открывать этот чертов мешок для трупов! - крикнул Курт.

- Открой его, - повторил голос, но теперь он затихал вдали. - Открой его. Открой мешок.

Внезапно рука, ухо и подбородок Курта стали влажными. Телефон был залит кровью. Он с отвращением отбросил его, отчаянно пытаясь вытереть лицо.

Теперь сон просочился в него. Он знал, что должен сделать. Он повернулся к кровати и посмотрел на то, что там лежало.

- Это Вики, - прошептал он в темноту. - Я знаю, что это так. Стоукс убил ее.

Дрожащими пальцами он коснулся металлического язычка молнии. Он снова услышал безумное, быстрое тиканье, которое слышал ранее в кабинете. С легким скрипом молния плавно разошлась, и края мешка раздвинулись.

- Пожалуйста, не будь Вики, - сказал он.

Он посветил фонариком внутрь мешка.

Но это была совсем не Вики. Серое, мертвое лицо, смотревшее на него, было его собственным.

* * *

Курт почувствовал себя перенесенным через слои другого измерения. Стремительное движение потрясло его, грозя разорвать на части; но затем, когда скорость увеличилась, его сознание всплыло, словно из озера ила.

Внезапно возникло лицо. Оно было маленьким. Он услышал:

- Курт! Курт!

И понял, что это лицо принадлежит Мелиссе. Настоящей Мелиссе. Наконец-то кошмар закончился.

- Теперь ты можешь перестать меня трясти, - сказал он. Он не знал, то ли обнять ее, то ли пнуть в зад. Он лежал на кровати, как будто его сбросили с огромной высоты. - Я проснулся, или, по крайней мере, лучше бы это было так.

- Что случилось?

- Настоящий ночной кошмар, вот и все.

Мелисса присела на корточки у кровати. Он почувствовал облегчение: на ней была пижама, а не ночная рубашка из его сна. И он был рад увидеть, что у нее во рту не было сигареты.

- Держу пари, все слышали тебя отсюда до самого Боуи, - сказала она ему.

- Что?

- Ты кричал.

- Да ладно, я не кричал.

- Ты кричал, как будто тебя режут. Я чуть не побоялась войти. Звук был такой, будто кто-то проделывал с тобой номер с паяльной лампой.

Курт отказывался в это верить.

- Я не кричал - мужчины не кричат. Ты лжешь, как обычно.

- Верь во что хочешь, - теперь она хихикала над ним. - Я же говорила, что от этих мексиканских ужинов по телевизору тебе снятся кошмары. Но ты меня слушаешь?

- Который час?

- Уже больше двух, - поморщившись, она посмотрела на свои руки и вытерла их о пижаму. - Отвратительно. Ты весь липкий.

- Я, наверное, похудел на десять фунтов, потея.

ТУК, ТУК, ТУК...

Курт и Мелисса посмотрели друг на друга.

- Кто-то стучит в дверь,- прошептала она.

Это было уже слишком, слишком рано. Грохот был тот же самый.

- Будь добра и... - но он резко остановился. Он не стал пересказывать свой сон дословно. - Иди посмотри, кто там, - сказал он.

- Ни за что. Я не открою дверь в пижаме.

- Пожалуйста. В качестве личного одолжения, просто открой дверь. Я дам тебе доллар.

- Забудь об этом. Только псих стучится в двери в такой час. Это может быть какой-нибудь сбежавший из больницы Святой Елизаветы... Это может быть Хинкли.

- Это ты псих, - заключил он. - Я надеюсь, что это аист, который прилетел, чтобы забрать тебя обратно.

Она взволнованно схватила его за плечо.

- Но это может быть один из вампиров!

Курт встал с кровати.

- А делают вообще пробки достаточно большие, чтобы они помещались в рот? - он направился в холл.

- Ты же не собираешься открывать дверь в одних трусах, не так ли?

- А почему я не должен? Это не папа римский и не президент. Они приходили на прошлой неделе, не так ли?

- С чего ты это взял?

- А с чего ты взяла? - спросил он. В руке у него был служебный револьвер; он взял его с ночного столика, даже не осознавая этого. - Импульсивно, моя дорогая. Если бы тебе приснился тот сон, который только что приснился мне, ты бы поняла.

Курт вышел и спустился по лестнице, думая, что смешнее, чем мужчина, спускающийся по лестнице в нижнем белье, может быть только мужчина, спускающийся по лестнице в нижнем белье с пистолетом.

В холле он держал пистолет за спиной. Сквозь трусы он почувствовал холод стали. Он приоткрыл дверь и поник.

Вошел шеф Бард. В руках у него был большой стакан кофе, который он брал с собой на вынос, а одет он был так, словно в этом спал.

- Не наряжайся из-за меня, - сказал он.

- Извините, шеф. Если бы я знал, что это вы, я бы надел пижаму в горошек.

- Прекрати ныть и приведи в порядок свою подвешенную задницу. Нам нужно поторопиться.

- Поторопиться? - сказал Курт. - Куда?

- В главное управление Южного округа. Мы встречаемся с Гленом в морге.

- Какого черта?

- Я не знаю. Этот придурок звонил мне некоторое время назад и сказал, что нашел кое-что в Белло-Вудс.

- Черт, шеф. Я не хочу идти в морг.

- Ну, ты все равно пойдешь, - сказал Бард. Это уже было решено. - Будь я проклят, если пойду туда один в такой час.

Курт понял, что у него нет выбора. Бросить вызов Барду было равносильно вызову царю Нептуну.

- Дайте-ка я оденусь.

- Ты можешь ходить голышом, мне все равно. Только поторопись, черт возьми.

Курт поплелся обратно наверх. Мелисса напряженно застыла в ожидании.

- Возьми и меня, Курт, - взмолилась она. - Пожалуйста.

- Единственное, куда ты пойдешь, - это в постель.

- Да ладно тебе.

- Уйди с дороги, тараканья морда.

- Я хочу в морг!

- Ты отвратительное маленькое животное, - сообщил он ей. Он толкнул дверь и оделся. - Я засуну тебя в бачок унитаза, если ты не заткнешься и не пойдешь спать!

Это было так, но пойдет ли она на самом деле? Он сунул свой 22-й в карман брюк, после чего спустился вниз и ушел вместе с Бардом. Мелисса, как двенадцатилетняя девочка, изо всех сил хлопнула за ними дверью.

Они поехали на большом "Т-берде" Барда. Когда они свернули с шоссе 154, начался небольшой дождь. Ветровое стекло запотело, и шоссе заблестело, как масло.

- Где Хиггинс? - спросил Курт.

Бард нахмурился.

- Он работает в твою смену, помнишь?

- О, верно.

Курт рассказал шефу о своем сне, надеясь изгнать его из памяти. Бард громко рассмеялся над ним, что уменьшило остроту его впечатления, и это помогло.

- Не расстраивайся, - сказал Бард, словно желая утешить. - Ночные кошмары - это профессиональный риск для копов, это проклятие, которое приходит вместе с работой. Однажды мне приснилось, что я в постели с самой красивой блондинкой, которую я когда-либо видел. Я имею в виду, что эта девушка была настолько красива, что рядом с ней Мэрилин Монро выглядела бы как прыщи на члене гориллы. И эта телка напрашивается на это, верно? Она умоляет меня позволить ей заняться сексом с помощью шланга, но в процессе я узнаю, что у нее две вагины. Одна была слишком маленькой, чтобы я мог вставить в нее шланг, а другая была полна гравия. Я бы с удовольствием послушал, что скажет по этому поводу психиатр.

Курт поморщился.

- Так что за цыпочка говорила по телефону? - спросил Бард.

- Не понимаю.

- А как насчет того тощего чувака, который оставил мешок для трупов на кровати?

У Курта перехватило горло.

- Сваггерт, я думаю.

После этого воцарилась тишина. Бард опустил стекло и сплюнул, возможно, не желая показывать, что тема Дуга Сваггерта вызывает беспокойство. По дороге он сказал:

- Это страх.

- Что именно?

- Тот сон, который тебе приснился. Ночной кошмар. Это страх, связанный с работой, страх перед насильственной смертью, страх перед неизвестностью. Вот что сказал бы тебе психиатр.

Курт улыбнулся.

- С каких это пор вы стали психиатром?

- Эй, в старших классах я как-то посещал занятия по психологии. Я знаю об этих вещах. В страхе нет ничего постыдного, это нормально для наших коллег. В наши дни полицейский был бы сумасшедшим, если бы не боялся.

- Я не боюсь смерти, - сказал Курт. - Просто потому, что у меня нет намерения умирать в ближайшее время.

- Сознательно ты этого не делаешь. Но сны бывают неосознанными. Это ясно как божий день, я тебя не виню. Ты боишься, что узнаешь, что случилось со Сваггертом, и боишься, что когда узнаешь, будет слишком поздно.

- Вы правы, я боюсь, - сказал Курт. Это был неожиданный, потусторонний ответ. - Я до смерти напуган.

- И ты, и я. Мы оба.

Курт закурил сигарету. Дым вырвался у него изо рта, как дух, улетающий прочь.

- Тогда скажите мне откровенно. Вы уверены, что Дуг мертв?

- Мертв и похоронен. Убит наркоманами за то, что оказался не в том месте не в то время. И ставлю десять против одного, что его тело никогда не найдут, так что мы никогда не узнаем точно, что произошло. Это самое худшее, если хочешь знать мое мнение. Никогда не узнать.

Курт представил, как безликие люди хоронят Сваггерта в лесу. Он услышал скрежет лопаты.

- Но чего еще можно ожидать в этом мире? - Бард проболтался. - То дерьмо, которое мы видим, - ничто, оно похоже на рыбалку в океане. У нас сейчас в начальных школах продают героин, в клубах продажа детской порнографии, в конфеты на Хэллоуин добавляют цианид, а в Нью-Йорке снимают снафф-фильмы по сотне баксов за показ. У нас в Калифорнии есть детские сады, где насилуют четырехлетних детей, а в Техасе есть люди, которые выкапывают трупы для оргий смерти. Итак, скажи мне, чего ты можешь ожидать?

- Вам следует писать вдохновляющие книги, шеф.

- Это шоу уродов, - Бард неожиданно усмехнулся. - Весь этот гребаный мир - гребаное шоу уродов.

* * *

Они припарковались рядом с отделением неотложной помощи больницы. На стоянке перед зданием было мало полицейских машин и машин скорой помощи. Атмосфера здесь располагала к медленным шагам; они приблизились к высокому, освещенному зданию, как будто это была скотобойня. Дождь стекал по их плечам и головам. У входа окружной полицейский спорил с более молодым муниципальным служащим.

- Это твой 81-й, сопляк, - сказал окружной. - Фабрика картофельных чипсов находится в твоей юрисдикции.

- Да, но ты ответил на звонок, - обвинил молодой полицейский. - Все вы, окружные придурки, одинаковы. Всегда перекладываете работу на кого-то другого.

- Городской клоун.

- Рыбные палочки вместо мозгов.

- Иди потрахайся, сопляк.

- Я трахаюсь каждую ночь. Не веришь мне? Спроси свою маму.

Курт и Бард рассмеялись. Они слышали все это раньше.

Двойные двери открылись от прикосновения их ног. Дорожка из взорвавшихся капель крови свернула вправо, в сторону отделения неотложной помощи. Лампочка в автомате по продаже конфет неровно мигала, то вспыхивая, то гаснув. Глен Родз поднялся со своего места в маленьком вестибюле слева. Он выглядел потрясенным.

- Я думал, вы никогда не приедете, - сказал он. - Судмедэксперт ждет нас. В округ уже позвонили.

- К черту округ, - сказал Бард. - Расскажи.

Глен начал было что-то говорить, но слова так и не нашлись. Он провел их по блестящему пустому коридору к черной двери с окошком из проволочной сетки. На стекле висели слова: "КАБИНЕТ СУДЕБНО-МЕДИЦИНСКОГО ЭКСПЕРТА ОКРУГА ПРИНС-ДЖОРДЖ". Глен вошел без стука.

В приемной они оказались окруженными помятыми картотечными шкафами, книжными полками и оборудованием для обработки данных. Курт стоял неестественно прямо, прижатый тенями к стене. На пробковой доске объявлений, испещренной помятыми заметками, он заметил несколько наклеек на бампер. ДА, ЗДЕСЬ ЯДЕРНОЕ ОРУЖИЕ. КУПАНИЕ РАЗРЕШЕНО. ВНИМАНИЕ: С ЖИВОТНЫМИ НЕЛЬЗЯ. Над столом висела глянцевая фотография Мо, Ларри и Шемпа размером восемь на десять дюймов в рамке.

- Это место похоже на ломбард, - сказал Бард. - Где, черт возьми, судебно-медицинский эксперт?

- Ассистент судмедэксперта, - поправила коренастая тень в другом конце комнаты. - Только ассистентам приходится выполнять ночные дежурства.

Глен представил тень Курту и Барду как доктора Грина.

Выйдя наконец на свет, Грин больше походил на студента колледжа, разрывающегося между учебой и штангой. Очень короткие светлые волосы и очки с толстыми стекла придавали ему серьезный, если не сказать бесчувственный вид, однако одет он был неброско - в джинсы и ботинки-дезерты, из тех, что со швом посередине. Под распахнутым лабораторным халатом на нем была старая серая футболка с изображением Эдди Хаскелла по центру. Курт заметил в нем некоторую неловкость - Грин был ниже среднего роста, но держался крепко, как пожарный гидрант, с телосложением, которое можно было бы высечь из камня, массивными плечами и спиной, переходящими в тонкую талию. Курт легко мог представить себе, как этот человек сгибает монтировки в периоды затяжной скуки.

- Вы, ребята, копы, - сказал Грин. - Так что, я полагаю, вы бывали в моргах.

Курт и Бард кивнули, не признавая, что прошли годы.

- Единственная причина, по которой я спрашиваю, заключается в том, что я слишком часто видел, как это происходило, - Грин открыл пинтовую упаковку шоколадного молока и отхлебнул. - Окружной морг - это не совсем развлечение для всей семьи, я понимаю это. Но я всегда покупаю местные хот-доги, когда прихожу сюда, думая, что это вызовет много смеха. Но не успеваю я опомниться, как их всех уже рвет фонтаном. Однажды ко мне зашел сержант полиции штата. Крупный парень, мачо, с татуировкой "Лучше смерть, чем бесчестие" на руке. Он лишь раз огляделся по сторонам и просто дал волю эмоциям, бегая кругами по комнате, прикрыв рот рукой, а между пальцами у него вырывалась рвота - настоящий вулкан. Его вырвало на мой обед, на мои инструменты и на лицо трупа, - Грин быстро раздал каждому из них по бумажному пакету с пластиковой подкладкой. - Таково правило этого заведения - никого не тошнит в моем морге. Меня не тошнит в вашем полицейском участке, так что не блюйте и в моем морге.

Грин прошел в другой конец комнаты и открыл большую серую металлическую дверь, которую никто не заметил в полумраке приемной. Дверная ручка была посередине, и на ней висела табличка с надписью "ДЕРЖИТЕ ДВЕРЬ ЗАКРЫТОЙ. ТОЛЬКО ДЛЯ УПОЛНОМОЧЕННОГО ПЕРСОНАЛА". Грин исчез в косом белом сиянии.