Встала и направилась на выход.

— Давай, давай, — вслед полетели мне слова, — и не забудь, что тебе рано вставать, будешь надраивать весь дом.

И опять громкий хохот полетел мне в спину.

Мне же было в этот момент абсолютно все равно, что думает обо мне эта особа. Но мысль о том, что книга, которую так желал король, здесь, приводила в смятение. Я никак не могла в это поверить. А если это действительно так, а если она попадет не в те руки? Нет, нет, так не должно быть. Я гнала от себя эти мысли. Эта повариха просто не ведает, что говорит. Но все же об этом надо рассказать Сантеру или Мидаре. Или Медеку.

Пока размышляла, не заметила, как дошла до комнаты, отведенной нам с Медеком. Дверь была приоткрыта и из комнаты струился мягкий свет масляной лампы. Я осторожно заглянула.

Та картина, которая предстала передо мной, поразила меня. Посреди комнаты стоял Медек, а в руках он держал книгу, на которой было написано "Хранительница мира".

Клятва

Гейла

Первой моей мыслью было — бежать. Бежать, пока он меня не заметил. Но я сдержала свой порыв и храбро перешагнула порог комнаты, плотно закрывая за собой дверь. В этот момент Медек оторвал взгляд от книги и посмотрел на меня. Как всегда, я не смогла понять по его лицу, о чем он сейчас думал, что чувствовал.

Он молчал. А я наблюдала, как он медленно, не отводя от меня взгляд, положил книгу на кровать. Сделал несколько быстрых шагов ко мне, завел свою руку мне за спину и я услышала щелчки поворачивающегося ключа в замочной скважине. Нависнув надо мной, он смотрел на меня пристальным взглядом. Я отвела взгляд и уткнулась в пол. Ничего не могла с собой поделать, я снова испугалась. Страх сковал меня. Я боялась не физического наказания, а того, что я поверила человеку, который может являться не тем кем кажется. Неужели я ошибалась? Готова ли я принять его, если он окажется предателем? В моей голове возникли образы, где Медек погружает наш мир в хаос с помощью книги, в угоду себе.

"Верь ему!" — услышала я уверенный твердый голос моей волчицы. И перед моим мысленным взором встают картинки, как Медек стоит на краю обрыва. Этот образ сменяется воспоминанием о поверженных тварях, с которыми он сражался, защищая нас. "Зачем ему это? Если бы он хотел власти, давно убил бы всех, кто ему мешает. Он сильнее Сантера и остальных." — снова послышался ее голос. "Правильно" — согласилась я с ней, подняла голову и посмотрела в его лицо. Все как всегда, оно ничего не выражало. Я заглянула в глаза, погрузилась в самую их глубину и увидела в них печаль. Такую печаль, что мое сердце сжалось от боли. И эту боль причиняю ему я, своим недоверием.

Мотнув головой, подтверждая свои мысли и стряхивая остатки страха, я потянулась к нему, легко касаясь его губ своими. Обняла и крепко прижала к себе. Послышался громкий стон Медека. Он желал моей ласки, желал моего безоговорочного доверия. Мое тело тоже откликнулось на этот сдержанный поцелуй, но я хотела другого сейчас. Чуть-чуть подавшись назад, отодвигаясь от него, я произнесла:

— Подожди, — прошептала я ему в губы, не глядя в глаза, — я бы хотела сначала помыться. Я так и не привела себя в порядок после нашей поездки.

— Я только за, — услышала я в ответ и вскрикнула от неожиданности.

Медек поднял меня на руки и понес в ванну.

— Подожди! Как же твоя нога? — вспомнила я его глубокую рану, которую обработал и забинтовал Верк по моей просьбе.

— С ней все хорошо, — он действительно не хромал.

Войдя в ванную комнату, Медек поставил меня на ноги, прямо перед огромным зеркалом. Я даже вздрогнула, не узнав саму себя в отражении. Платье было помятым, с множеством пятен, никакая стирка ему уже не поможет. Волосы давно выбились из косы и торчали в разные стороны. Посмотрев на свое лицо, увидела темные круги под глазами и изможденный взгляд. Вот почему Верк мне предложил снотворное. Действительно, надо отдохнуть, подумать о малыше и выспаться. Я хмыкнула.

— Что такое? — послышался голос Медека.

Он стоял позади меня, возвышаясь.

— Да так, поняла почему меня повариха назвала служанкой и приняла за свою. Видимо решила, что я такая же неряха, как она.

Я наблюдала, как лицо Медека мрачнеет от моих слов. Его задели слова служанки? Но он промолчал.

— Знаешь, — продолжила я, глядя прямо в глаза Медека, — она мне поведала о книге, рассказала, что она здесь. Думаю прислуга не должна об этом знать. Я шла к тебе, хотела поделиться с тобой этим. А ты здесь, ты… Расскажешь?

Я смотрела, как его лицо становится еще мрачнее.

— Нет, — последовал четкий ответ.

Я пожала плечами принимая его. Нет, так нет. Значит на то есть свои причины. А может быть он считал меня глупой или не доверял мне, эта мысль обожгла обидой.

— Я расскажу тебе все, но позже, сейчас не могу. Прости.

В зеркале отразился его грустный взгляд.

— Хорошо, — ответила я ему и улыбнулась.

Несколько мгновений он смотрел на меня, не отводя взгляда, а потом выдохнул и тихо произнес:

— Спасибо. Спасибо за то, что доверяешь.

Он наклонился и поцеловал меня в шею. По телу разлилась волна удовольствия, а из зеркала на меня по-прежнему смотрела измученная девушка.

— Подожди, — выдохнула я, — я хотела в душ.

— Одно другому не мешает.

Задрав моё платье, он стащил его вместе с сорочкой. В зеркале отразилось мое обнаженное тело, лишь пояс с кинжалом на бедре разбавлял мою наготу.

В голову пришла неожиданная мысль. Я развернулась лицом к Медеку и выпалила:

— Скажи, а ты! Ты мне доверяешь?

— Да, — ответил он мне не раздумывая и не отводя своего взгляда.

Тогда… Чуть склонившись в бок я дотянулась и достала кинжал.

— Тогда, прямо сейчас ты мне доверишься, — серьезно, не отводя глаз, держа кинжал перед ним, произнесла я.

Медек кивнул.

— Раздевайся, — скомандовала я и наблюдала как не торопясь он скидывает с себя одежду.

Какой же он красивый. Даже многочисленные шрамы не портили его тела.

Закончив с раздеванием он посмотрел на меня, явно ожидая, что будет дальше.

Я же взяла его левую руку и почти не надавливая провела по ладони лезвием оставляя красную тонкую линию. Он даже не дернулся, просто смотрел внимательно на то, что я делаю. В этот момент целая гамма эмоций накрыла меня. От страха и непонимания, что я творю, до осознания, что Медек действительно мне доверяет.

Подняв свою левую руку и развернув ее ладонью вверх, я провела кинжалом по ней. Соединила наши ладони и буквально утопая во взгляде его темных глаз произнесла:

— Я доверяю тебе. Доверяю свою жизнь. Клянусь, что никогда не усомнюсь в тебе. Я тебя люблю.

В эти слова я вложила всю свою любовь и всю свою веру в него. Я даже не ожидала услышать ответ от него, но он последовал. И в момент, когда я услышала первую фразу, моё сердце пустилось вскачь.

— Я люблю тебя. Доверяю тебе. Клянусь, я постараюсь сделать так, чтобы ты никогда не сомневалась во мне. Ты моя жизнь.

Мы увидели как между нашими ладонями, появился яркий, желтый свет. На руках, от запястья вверх, опоясывая руку и извиваясь, золотистым рисунком, появился стебель с небольшими листочками. Пройдя по всей руке, он устремился к сердцу и расцвел там крупным красным цветком с длинными тычинками.

— Что это? — шепотом произнесла я, не ожидая такого.

— Видимо наша клятва перед друг другом.

— Но почему?

— Разве это имеет значение? Самое главное, что мы сказали это друг другу. И я тебя не разочарую, Гейла.

Он впился в мои губы страстным поцелуем и я забыла обо всем. Были лишь мы.

Подготовка к важным делам

Медек

Перебирая ее влажные от воды волосы, я любовался как Гейла засыпает. Ее рука лежала на моей груди и она всем телом прильнула ко мне, обнимая. Ночь была длиной, но она закончилась, и только сейчас, под утро, Гейла уснула. Я не мог оторвать от нее взгляд, восхищаясь ее красотой, ее нежной бархатной кожей, формой ее бедер, мягкостью волос. Я обожал в ней все, от пяток, до макушки. Какой же я болван, я снова не дал ей спать. Но она настолько прекрасна, что у меня просто не было шансов удержаться.

Я не переставая прокручивал в голове нашу ночь. Конечно Гейла спросила меня, что произошло со мной в ее доме. Я без утайки ответил. Было неприятно рассказывать о своих недостатках, но и скрывать от нее это я не хотел. Она отреагировала как всегда спокойно. Каждый раз я удивлялся, как легко она принимает во мне те вещи, которые мне самому сложно принять в себе.

Но самое главное, она мне доверяет. Она смогла переступить через свои страхи, я ей гордился. Конечно, зря я оставил дверь открытой и вот так просто стоял с этой книгой. Нужно быть аккуратнее. Страшно представить, если бы в комнату вошла не Гейла, а кто-то другой. Эта мысль заставила вернуться в реальность. Надо было побыстрее разделаться с этим, я не хотел, чтобы непонимание стояло между нами. Я снова взглянул в ее безмятежное лицо, она спала как ребенок. Поцеловав ее в плечо, аккуратно отодвинулся, чтоб не разбудить. Приподнявшись на локтях, я в тот же момент наткнулся взглядом на книгу, валяющуюся на полу. Пора вставать.

Я подошел к книге, она лежала у моих ног, а я смотрел на нее и думал, что делать дальше. Надо было ее куда-то спрятать. В комнате было очень мало вещей и мебели. Ничего не придумав лучше, я поднял книгу и положил под матрас. Это был временный вариант, я продолжал соображать, куда я могу ее спрятать. Гейла спала, а я не хотел ее будить. И у меня появилась идея.

Я натянул вчерашние вещи и поморщился. В этой одежде, со следами и запахом от чешуйчатых тварей, я снова ощутил себя грязным. Но других вариантов у меня не было. В конце концов, это не та проблема, которую срочно нужно решить. Были дела поважнее.

Я вышел из комнаты и запер ее на ключ. Мне нужен был кто-то из лекарей, желательно Верк. С Хенком я общаться не хотел, а тем более просить его о чем-то, он напоминал мне о моем отце. Где же искать Верка? Скорее всего, он где-то на этом этаже, надо просто найти его комнату. Я попытался принюхаться и обратился к своему зверю, призывая помочь мне.

"Там" — указал он мне.

Подойдя к двери, я постучал, открыл дверь и вошел. Это оказалась комната не Верка, как я предполагал, а матери Гейлы. Целитель сидел на краю кровати и смотрел на меня вопросительно. До этого, он явно спал, об этом же свидетельствовала вмятина на подушке. Я его разбудил. Интересно, он ко всем своим пациентам так относится и спит рядом? Я отмахнулся от этой мысли. Это было неважно. И произнес свою просьбу:

— Прости, что побеспокоил. Мне нужна твоя помощь. Я волнуюсь за Гейлу. Ей надо выспаться, а мне надо отлучиться. Но зная ее, как только она почувствует, что меня нет рядом, она вскочит и начнет бродить по дому. Нет ли у тебя какого успокоительного или снотворного? Но мне нужно, что бы оно не навредило, — я на мгновение замялся, — нашему малышу, она беременна.

Верк кивнул и встал.

— Идем, — коротко произнес он.

Мы вышли и зашли в соседнюю комнату. Включив масляную лампу Верк минуту что-то искал у себя в комоде. Наконец, видимо найдя нужный пакетик, он протянул его мне:

— Тебе его надо заварить в течение пяти минут. Пакетик на кружку кипятка. Она проспит до вечера и все будет хорошо.

— Спасибо, — поблагодарил я Верка и, кивнув сторону комнаты, где спала мать Гейлы добавил, — как она?

— Она спит и я не знаю, когда проснется. Даже не уверен, что проснется. Не понятно, сколько снотворного попало ей в организм. И вообще не известно, что это за вещество.

Он обреченно вздохнул. Мне стало его жаль. Он не знал ее, но почему-то она ему не безразлична. Вспомнив свою мать и то, как она каждый раз не смотря на мое состояние из раза в раз возвращала меня из забытья при обороте, я произнес:

— Иногда человеку незачем возвращаться из мира грез в наш мир. Легче оставаться там. Важно напомнить ему, что его здесь ждут и любят.

На лице Верка читалось удивление.

Ничего больше не говоря, я развернулся и вышел из комнаты.

Спустившись в холл, заметил, что в столовой завтрак был в полном разгаре. Увидев меня, Мидара помахала мне рукой. Я вынужден был зайти.

— Доброе утро, — громко проговорил всем сразу.

Мне в ответ все дружно кивнули.

— Присоединишься? — предложил Сантер.

Я посмотрела на содержимое тарелок и кислые лица завтракающих и отрицательно мотнул головой. Каша выглядела хуже чем в тюрьме. Нет, Гейла такое есть не будет.

— Почему же, — услышал я радостный голос ведьмы. Та, как раз подносила очередную ложку с кашей ко рту. Ее тарелка была почти пуста, — каша очень вкусная.

В тот же миг, я заметил, как Мидара и остальные метнули злобные взгляды в ее сторону.

Вот ведь ведьма, подумал я и улыбнулся про себя, вслух же произнес:

— Я не голоден, спасибо, — развернулся и пошёл на кухню.

Там я ожидал увидеть бардак, но то, что обнаружил, превзошло мои ожидания. На всех поверхностях, куда можно было хоть что-то положить, была грязная посуда. На кухне никого не оказалось, тем лучше.

Поставив чайник, я решил приготовить для нас с Гейлой завтрак. Покопавшись и заглянув в ящики, обнаружил там помидоры, вяленое мясо, яйца и хлеб. Большего мне и не надо было. Посуду пришлось мыть, так как ничего чистого здесь не оказалось.

Поставив сковороду на огонь и разбив туда несколько яиц, принялся за помидоры.

В этот момент в кухню вошла хозяйка этого беспорядка. Увидела меня и сразу набросилась:

— Ах ты грязный, — завопила она, — а ну пошел вон из моей кухни! Иди к конюху, помогай разгребать стойла, там твоё место!

Схватила скалку, которая тоже была настолько грязной, что кусочки засохшего теста полетели в разные стороны.

Она попыталась замахнуться, но скалка так и не достигла цели. Перехватив ее, я частично выпустил своего пушистика на свободу. Рука изменила свой вид, лицо, скорее всего, тоже. Ломая скалку пополам, я прорычал грубым звериным голосом: