Сражение разгорелось в один момент. Иглобрюх подходил все ближе, и удары наши становились все смертоноснее. Я закидывал Ледяные Фугасы в скопления людей. Красные эльфы били в основном по вражеским одаренным и магам, а также старались вывести из строя баллисты. Тяжелые станковые арбалеты могли нанести существенный урон. Даже магический щит пробивали вплотную, так что с ними лучше не шутить.

Мы подошли на ближнюю дистанцию к Пурпурному Спруту. На палубе разгорались многочисленные пожары, так что освещения хватало. Мы видели, как рейдеры носятся туда-сюда, таскают воду и заряжают баллисты.

Над головами свистели стрелы, магические снаряды, раздавались отрывистые команды старших и отчаянные крики раненых.

Пираты пытались выстроить линию оборону и дать нам отпор. Подняли даже якорь и приготовились разворачивать паруса. Но мы уже подходили к борту, так что слинять они не успеют.

— Гори, во славу огня! — наслаждалась резней Ниуру.

— Нравится мне, как оно пылает, как люди суетятся, кши, — процитировал я классику. — Матросы в шоке, глаза аж вылезают из орбит. А мне по приколу. Смотреть как люди бегают, мечутся из стороны в сторону, пытаются руками потушить, а оно ещё сильнее горит. А я стою и смеюсь. Кши-ши-ши!

Пурпурный Спрут огрызался. Особенно лютовал огненный маг врага. Пламенные шары били больно: разрушали щиты моих эльфов, серьезно уродовали корпус, выламывали фальшборт и баррикады, распространяли пламя.

Если дерутся два судна с огневиками, то победителей может и не быть. Сгорим оба к хренам. Я пожалел, что не стал брать Водных эльфов. В таких жарких зарубах они бы сильно пригодились. Впрочем, несколько ведер воды тоже давали существенную пользу. Матросы носились повсюду и поливали очаги возгорания, не давая огню распространиться дальше.

Острый желтый луч прорезал ночной воздух и врезался в наши паруса.

— Держи щит, Гомидеру!

— Стараюсь!

Красный эльф перевел мощь на верхнюю часть огненного щита и закрыл паруса от разрушительного заклинания. Но вражеский маг долго в одну точку бить не собирался. Он переключил внимание на наши еще живые баллисты, которые тоже прикрывали эльфы. А затем и по готовящейся абордажной команде попытался дать залп.

В условиях качки попасть по движущейся мишени было сложно. Светлый Луч плясал туда-сюда. За секунду он разрезать плоть или борт судна не мог. Только слегка подпалить. Но все равно когда за тобой гоняется такой луч — приятного мало.

Раздался скрежещущий резкий звук. Один из магов врага бросался чем-то вроде звуковой волны. Слабой, но неприятной. Бойцов могло оглушить на некоторое время.

— Подавите магов на корме! Ниуру, дай залп!

— Уже бросаю!

Взрывное кольцо быстро преодолело дистанцию и разорвалось в задней части, попав в магический щит чародея. Следом и я запустил очередной Ледяной Фугас. Снаряд разорвался на мелкие осколки, но серьезно повредить одаренных не смог. Щиты лед преодолевал слабо. Зато матросов и паруса посекло знатно.

— Кромшеру, попробуй их достать!

— Стараюсь, мастер! — заверил Красный эльф и продолжил метать свои пробивные огненные стрелы.

Мы с Лейной периодически закидывали залп из Молниевых Копий по одаренным, когда образовывалась брешь в укреплениях. Порой нам даже удавалось их доставать, но союзники приходили им на выручку.

Спрут и Иглобрюх состыковались. Матросы закинули крюки и подтянули борта друг к другу. Перекинули сходни. Без команды моряки вперед не лезли. Да и я не спешил бросать их вперед, ибо экипаж на судне был неполным. Без должной абордажной команды. Сначала следовало проредить матросов противника, чем мы и занимались.

Я дождался, пока возле крюков и сходен наберется побольше рейдеров. Пираты стремились отцепиться от Иглобрюха всеми силами. После чего аккуратно закинул Ледяной Фугас прямо им за спины. Громыхнуло. Ледяная шрапнель посекла ряды противника.

— В бой! — выкрикнул я.

— Уничтожим спрутовцев! — воскликнул Хатриш и, подняв саблю, сам понесся чуть ли не в первых рядах.

— Куда… — рявкнул было я. — Прикройте штурмана!

Матросы начали переходить на вражескую палубу и быстро добивать валяющихся раненых. Несколько десятков спрутовцев я успел вывести из строя. Плюс Красные эльфы неплохо проредили противника.

Мы встали бортами нос к корме. Одаренные с обоих сторон обретались в задней части корабля, поэтому между нами оставалась дистанция в полсотни метров. Из-за укреплений, горящих парусов, дыма и многочисленных бойцов видимость в ночи оставалась посредственной. Я не мог толком оценить, сколько у них осталось одаренных, но вроде бы сил у них меньше, чем у нас.

Лиетарис перебралась на чужой борт и принялась давить противника. При нормальных условиях у матросов против Высокой эльфийки было мало шансов. Только если толпой накинутся. Однако Лия все еще испытывала проблемы с морской болезнью, так что оставалась слаба. Впрочем, слабая Воительница с зачарованным оружием один на один все равно сильнее любого неодаренного. Главное не прозевать резкий выпад и не лезть на рожон.

Экипаж покромсали, так что теперь и среди неодаренных перевес на нашей стороне. Осталось задавить рейдеров и поставить жирную точку в сражении…

— Проклятые донные ксарги! — раздался хриплый голос. — Вы все отправитесь в бездну!

Одна магичка врага не теряла присутствия духа. Обильно поливала нас огненными шарами и лучами Света. Присмотревшись, я заметил, что она сидит в каком-то деревянном кресле. Да и седые растрепанные космы мне показались смутно знакомыми.

— Гинсу⁈ — воскликнул я. — Это ты, старуха Гинсу⁈

— Ха! Уж не бывший ли мой капитан Мрадиш? — донеслось мне в ответ. — Как тесны морские просторы!

— Сдавайся, Гинсу! Вам не выстоять!

— Сдаваться⁈ Такого слова нет в моем словаре! Да и ошейник не позволит. Если бы ты меня освободил, все могло повернуться иначе! — заявила старая чародейка. — Пеняй на себя, Мрадиш. Ваша лоханка пойдет на дно вместе с вами!

— Мочи их, Гинсу! — прикрикнул один из офицеров подле нее — вероятно, сам капитан Спрута. — Сними эльфийскую Воительницу!

— Поджарим ушастую, бездна их задери! — рыкнула Гинсу и швырнула огненный шар.

Заклинание едва не попало в Лиетарис. В последний момент эльфийка уклонилась. Пламенный сгусток пробил фальшборт и улетел в море. Но Гинсу останавливаться на этом не собиралась. Чародейка сформировала Луч Света и принялась преследовать Высокую эльфийку, которую и так теснили с разных сторон.

Лиетарис прозевала выстрел лучника и схлопотала стрелу в бок. Доспех в этом месте ее не выручил. Затем еще и заклинанием припечатали. Высокая эльфийка с трудом отступила и спряталась за мачтой.

Вот тебе раз! Мои же заклинания, которые я с таким рвением адаптировал и улучшал под Гинсу, используют против меня самого! Уничтожают моих бойцов, перспективных эльфо-жен!

— Гинсу, тварь, доберусь до тебя… Взять старуху живой! — рявкнул я. — Валите одаренных!

— Тпр-фха! — раздалось из трюма.

Вскакав по крутой лестнице, на палубу выскочила крупная гурдиха с отливающими желтым рогами. Мякотка то ли услышала, то ли почувствовала, что у нас затруднения, и явилась на помощь. Не зря Лейна предложила надеть на нее защитную попону. Застоялась в море животинка. Мякотка рвалась в бой, и я не стал ее отговаривать.

Гурдиха в один заход перепрыгнула через борт и оказалась на другой стороне. После чего принялась раскидывать защитников направо и налево.

— Лия, вернись на Иглобрюха! — скомандовал я.

Высокая, хромая, перелезла по сходням и понуро припала на палубу подле Лейны. Ученица наложила на нее Целительское Касание.

— Странно видеть тебя такой беспомощной. Ничего, ты справишься со своей болезнью. Да и в любом случае мы вернемся на сушу.

— Поскорее бы, — произнесла она глухо.

— Да что вы так долго⁈ Жахните по старухе! Она всего лишь оранжевый ранг! — прокричал я.

Ульдантэ умудрилась зайти в тыл к одаренным, пропрыгав по вантам и реям словно заправская макака. Ожидал такой ловкости от Лии, но и Лунная могла бы работать акробаткой в цирке.

Огромный молот впечатался в Красного эльфа-рейдера и отправил одаренного за борт.

— Не разбрасываемся трофеями! — ругнулся я. — Помним об осколках!

Внизу, в море, вода уже кишмя кишела от всяких падальщиков. Хищники ждали своего подношения, и все упавшие за борт оказывались в зоне риска. В теории еще можно успеть извлечь тело или, если человек не потерял сознание, то он мог забраться на борт. Но в разгар ожесточенной схватки мы просто не могли тратить время на такие вещи.

— Красивый молот. Но выдержит ли он это⁈

Гинсу ударила Лучом Света, и на близкой дистанции заклинание показало себя достаточно разрушительным. Старуху еще защищали одаренные, так что Ульдантэ не сумела подобраться вплотную. Получив несколько чувствительных ожогов, Лунная эльфийка отступила с кормовой пристройки.

— Да остановите же кто-нибудь эту старуху! — отправил я в полет последний Ледяной Фугас.

Последний, потому что больше безопасных мест для удара не осталось. Скопления врага были по большей части разбиты. Если запущу в подранков, велики шансы, что задену своих. Так что теперь следовало переключиться на более безопасные заклинания вроде того же Молниевого Копья.

Я уже собирался отправиться на передовую — настолько Гинсу меня выбесила. И это притом, что я еще не совсем хорошо держался на ногах. Поэтому в ближний бой и не рвался. Сосредоточился на магических атаках и защите. По мне тоже активно швырялись заклинаниями и метали тяжелые стрелы с баллист. Понимали, что я своими ледяными снарядами положил кучу народу.

Так что в сражении я послужил в качестве приманки. Спрутовцы сосредоточили удары на мне, благодаря чему остальным досталось меньше.

Плюс резерв мой существенно просел. Фугасы жрали много маны, да и магический щит пришлось восстанавливать пару раз. В прямой сшибке от меня было бы мало толку.

Один раз Ледяной Фугас дал сбой и разорвался поблизости от меня. Все-таки печать не была доведена до идеала, да и проклятье сказывалось. Однако я предусмотрел этот момент: формировал печать за Барьером и деревянным щитом на всякий случай. Меня осколками не задело, но нескольких человек рядом посекло.

Оклемавшись от грохота, я продолжил вести магический огонь по неприятелю.

— Давите, каракатиц, дави… — безумный возглас Гинсу внезапно оборвался.

Приглядевшись, я увидел, что старуха обмякла в кресле. Ну точно! Она ведь упоминала, что обычно сражается до конца, и в битве с упырями тоже схлопотала магическое истощение. Закончились наконец резервы безбашенной магички.

— Навались! — крикнул я, метая разряды молний. — Чародейка готова! Берите пленных! Кто готов сдаться: бросайте оружие и переходите к нам с поднятыми руками! Всем обещаю пощаду и жизнь!

— Жизнь в ошейнике — не жизнь, а мука… — буркнула Лия рядом.

— Какая ты кровожадная. А я все же считаю, что лучше побарахтаться. Всегда есть шансы избавиться от оков и обрести свободу. Есть, попал! — обрадовался я, отправив Молниевое Копье в одного юного, еще безусого чародея, который метал по нам какие-то звуковые сгустки.

Колдун задергался в припадке и рухнул на палубу. Сверху на них напрыгнула Ульдантэ и раздала живительные удары молотом тем, кто еще пытался бороться.

Редкие очаги сопротивления подавили. С огнем справлялись дольше. У меня, к слову, не было больше запаса ошейников, но, к счастью, на Спруте в трюме нашлись артефакты для пленных.

Всем захваченным рейдерам, кто смог пережить эту адскую ночь, в том числе и Гинсу, мы повесили ошейники подчинения на шею и привязали ко мне.

С огнем наконец справились. Стояла густая ночь, так что оценить повреждения сходу было сложно, но потрепало оба корабля знатно. Разумеется, Спруту досталось намного больше. Мои Ледяные Фугасы и удары Красных эльфов, особенно Ниуру, во множестве мест пробили палубу, снесли часть фальшборта, повредили мачты и такелаж.

Умудрились начисто снести бушприт — переднюю мачту Спрута. Сами паруса на удивление неплохо уцелели в сравнении с тем, что могло бы быть, если бы они успели их полностью поднять. Поскольку Иглобрюх уже встал к ним бортом, матросы бросили это дело и сосредоточились на бое. Так что мои Ледяные Фугасы не успели их как следует изрешетить. Хотя паруса все равно пострадали.

Мы с Лейной, само собой, занялись лечением раненых. Ведь каждая жизнь — это большая ценность. Как минимум несколько золотых, а одаренные и вовсе — несколько сотен.

Лед оказался прекрасным, донельзя гуманным средством для поражения живой силы. Осколки не требовалось вытаскивать, делать рентген и прочее. Лед в теле быстро таял и превращался в воду. Я испытывал настоящую гордость. Хоран Мрадиш изобрел весьма гуманный и цивилизованный метод умерщвления себе подобных! Никто не сможет упрекнуть меня в излишней кровожадности.

Ледяные Фугасы показали себя превосходно в сражениях на море. Там, где есть скопления плохо защищенных людей. Против магов действовал худо, зато отлично валил остальных и повреждал паруса. Против гурдов тоже должен быть весьма эффективен.

Хатриш командовал матросами, я только отдавал общие указания. Штурман развел бурную деятельность. Некоторым хотелось отпраздновать сию великую морскую победу, но он заставил людей убираться и приниматься за ремонт кораблей. Дел было невпроворот.

Однако я распорядился выкатить пару бочонков грибного эля. Работяги заслужили. Что наши, что захваченные. Все мы теперь одна большая семья! Ошейники подчинения объединяют.

Захватить удалось около тридцати моряков. Часть из них была серьезно ранена, поэтому и без точного количества. Я не знал, кто из них переживет эту ночь, а кто нет.

Капитан схлопотал взрывное кольцо Ниуру как раз в тот момент, когда его защита просела. Красная попала тому точно в грудину. Разрыв уничтожил его осколок, что в боях случалось регулярно. А ведь там был минимум желтый ранг. Чародей, правда, был не слишком умелым. Та же Гинсу хреначила заметно больнее. Потому что печати ей делал настоящий ас своего дела, а главарь же бросался кривыми поделками.

Большинство одаренных бой не пережили, и даже осколки не со всех удалось собрать. Нам досталось всего два оранжевых камня и россыпь простых осколков.

Зато удалось захватить двоих магов: Гинсу, которая в бою вообще не пострадала, и мага-подростка, которого удачно вырубила Ульдантэ. Оранжевого ранга, судя по свечению его ауры. А вот Гинсу явно стала сильнее с нашей последней встречи.

Похоже, старуха умудрилась за прошедшие дни не только найти себе попутный корабль, но и прокачалась до желтого ранга. А это большие деньги!

Гинсу ходила в ошейнике. Главарь не стал ее освобождать. Я не собирался менять тенденцию. Раз уж суждено старухе ходить в невольниках, так тому и быть.

Нет, ну какова карга старая⁈ Понятно, что на нее действовал ошейник, но можно ведь было и помягче действовать. Понимала ведь, что перевес на нашей стороне. Однако Гинсу била во всю мощь, не жалела сил. Изувечила мою прекрасную Лиетарис. Спалила ей правую бровь и чуть не лишила глаза. Да и воткнись стрела немного левее, Высокая эльфийка могла и не дождаться помощи.

Так что старуха должна мне все отработать с процентами. До тех пор продавать не буду. Пусть пашет.

Трюмы Пурпурного Спрута не ломились от сокровищ. Обычные припасы и расходники, немного вяленой рыбы, взятой в качестве дани с деревни. Да и капитан, само собой, хранил основную казну и все самое ценное в своем пространственном артефакте, который я взломать не мог.

Из серьезных потерь у нас значился один Красный эльф оранжевого ранга. Еще несколько получили ранения, но их нам с Лейной удалось отстоять. Среди обычных матросов тоже были потери, но кто их считает?

В любом случае рейд получился крайне удачным! Пара сотен с осколков, два захваченных мага желтого и оранжевого ранга, а это около четырех-пяти сотен. Матросы и сам корабль. Хоть и сильно поврежденный — те же баллисты мы почти все уничтожили во время боя, но все равно косарь с него выручить, думаю, можно.

Вот теперь пора отправляться на Шимтран!

Знатный улов мы собрали в эту жаркую ночку! Боги удачи явно были на нашей стороне. Так подумаешь, и уже идея на постоянной основе ходить в рейды не кажется такой уж плохой. С Ледяным Фугасом, достойным кораблем и мощной командой мы можем выбить себе достойное место под солнцем.

Потрепать пиратов, обложить данью островные поселения, устроить налет за эльфами, пощипать торгашей в море…

— Спокойно, — одернул я себя, ощутив не совсем свойственные мне темные мысли. — Держи себя в руках, Дарт Мрадиш. Не становись рабом бездушной темной стихии…