14 мая, 13:03 по Анадырскому поясному времени

На борту ледокола «Полар кинг», Восточно-Сибирское море

Кутаясь в ярко-красную куртку и надетый под нее шерстяной свитер, Грей стоял на носу ледокола. Густой туман окутывал корабль, замедляя скорость движения до черепашьей. Туман был настолько плотным, что его клочья висели в воздухе подобно маленьким облачкам. Пирс ткнул пальцем в одно такое облачко.

– Никогда не видел ничего подобного! – пробормотал стоящий рядом с ним Джейсон.

– Вот и сейчас лучше бы не видеть. – Грей опустил руку. – Такой туман сделает поиски невозможными. – Он посмотрел на пробивающееся сквозь дымку бледное сияние утреннего солнца. – А сейчас при свете дня мы больше не сможем ориентироваться по северному сиянию.

Коммандер мысленно представил котел с бурлящим ярким светом, который привел ледокол в эти воды. С тех пор прошло уже больше семи часов. На протяжении всей ночи северное сияние служило путеводным маяком. Анна высказала предположение, что если это световое представление действительно является водоворотом, описанным в старинных книгах, тогда, быть может, четыре реки, якобы ведущие туда, представляют собой четыре стороны света – восток, запад, север и юг, – соединяющиеся вместе в точке Северного полюса.

Однако к утру ледокол вошел в толстый слой густого тумана, лежащий на льдах, и чудесная картина исчезла. Но, хотя картина водоворота в небе пропала, ночью Байрон успел относительно точно определить ее местонахождение.

Ледокол продолжал мучительно медленно ползти в ту сторону. Однако затрудняла продвижение вперед не одна только плохая видимость.

Грей широко расставил ноги, чтобы удержать равновесие. Нос ледокола поднялся высоко вверх, наползая на ледовое поле, подчиняясь могучим усилиям двух атомных реакторов. Послышался оглушительный треск льда толщиной с двухэтажный дом, проломленного весом «Полар кинг». Корабль содрогнулся, проваливаясь в образовавшуюся полынью. Установленные на носу пневматические пушки разогнали обломки льда, освобождая ледоколу простор для движения вперед.

«Полар кинг» вошел в зону толстого льда около трех часов назад и теперь медленно продвигался вперед, подобно гигантской черепахе весом тридцать тысяч тонн. Капитан Келли высказал свои сомнения относительно того, что ледокол сможет и дальше двигаться вперед, если лед станет еще толще, особенно если это будет такой плотный, упрямый лед, спрессовавшийся на протяжении двух столетий.

– Похоже, мы уже совсем близко, – пробормотал Грей.

Рация у него в руке затрещала статическим электричеством. Он поднес ее к уху. Даже на небольшом расстоянии связь оставалась ужасной, и все-таки ему удалось разобрать голос Сейхан:

– Возвращайтесь… мостик… Вам… интересно взглянуть на это.

– В чем дело? – Грей нажал кнопку передачи.

– Просто шевелитесь… скорее сюда!

Нахмурившись, Пирс опустил рацию.

– Нас зовут вернуться на мостик, – сказал он Джейсону.

– Очень хорошо. Я больше не чувствую пальцев на руках и ногах.

Пройдя в надстройку, они поднялись на лифте на десятый уровень. В коридорах суетились моряки, члены команды «Полар кинг», состоящей из ста двадцати человек.

Грей и Джейсон прошли на мостик. Заметив их появление, Сейхан махнула рукой, приглашая к штурманскому посту. Грею и Джейсону пришлось протискиваться через собравшуюся перед постом небольшую толпу, в которой была и сестра Анна, переодевшаяся в одолженный рабочий комбинезон.

– Что вас всех так расшевелило? – спросил Грей.

– Что вы думаете на этот счет? – Анна указала на компас.

Грей посмотрел на главный магнитный компас. Судорожно подергавшись влево и вправо, стрелка несколько раз описала полный оборот, после чего снова перешла в пляшущий режим, словно не зная, в какую сторону повернуться.

– Определенно, компас реагирует на какое-то сильное магнитное возмущение, – сказал Байрон, опираясь кулаками на свой пост.

Грей мысленно представил себе мечущиеся в небе огни.

– А компас не может реагировать на солнечный ветер? Как на него реагировало северное сияние?

– Маловероятно. – Штурман покачал головой. – Тут дело в чем-то таком, что находится рядом.

Словно услышав его слова, стрелка компаса совершила еще один оборот, подрожала немного и застыла в фиксированном положении. Какое-то мгновение все молчали, убеждаясь в том, что странная аномалия закончилась.

– Мы вышли из зоны действия того, что вызывало это возмущение? – Джейсон повернулся к Байрону.

Штурман изучил светящийся экран.

– Этот магнитный компас – просто украшение, напоминание о тех временах, когда парусники бороздили морские просторы. Сейчас моряки полагаются в первую очередь на гирокомпас, который позволяет определить местонахождение корабля за счет физических свойств гироскопа и суточного вращения Земли. – Он постучал пальцем по разноцветному экрану. – Электронная навигационная система на основе данных от гироскопа, от лага, джи-пи-эс и прочего навигационного оборудования точно определяет наше местоположение.

– И что она сейчас показывает?

– Несмотря на то что солнечная буря нарушает работу некоторых систем, мы по-прежнему получаем достаточно точные данные, которых хватает, чтобы показать географический Северный полюс и нынешнее положение магнитного полюса Земли.

Грей перевел взгляд на старый компас.

– Так, дайте-ка я сам догадаюсь… Стрелка этого компаса показывает не туда.

– Совсем не туда. – Байрон посмотрел ему в глаза. – Коммандер Пирс, я должен принести вам свои извинения.

– За что?

– За то, что не поверил вам. Здесь действительно творится какая-то самая настоящая чертовщина.

– «Пусть никого не обманывает ее фальшивое притяжение», – прошептала Анна, цитируя «Inventio Fortunata» Николаса из Линна.

– Мы можем следовать туда, куда указывает стрелка компаса? – спросил у штурмана Грей, оглянувшись на капитана Келли, который по-прежнему стоял у штурвала вместе с двумя матросами.

– Мы и так приблизительно движемся в ту сторону, – ответил Байрон. – Это место имеет примерно те же самые координаты, что и те, которые я определил по северному сиянию.

Передав штурвал матросу, Келли подошел к ним, не скрывая своей тревоги. Он уже услышал достаточно и теперь решил высказать свое мнение.

– Получены свежие данные о глубинах и толщине льда впереди. Глубина моря здесь всего около двадцати метров, а у «Полар кинг» осадка одиннадцать метров. Еще немного – и мы начнем задевать за дно. Но, что гораздо хуже, толщина льда неуклонно увеличивается.

– Как далеко мы еще сможем пройти? – спросил Грей.

– Быть может, еще пару миль. Однако я предпочел бы перестраховаться и ограничиться половиной этого расстояния. – Капитан увидел у Грея на лице разочарование. – Но вы всегда сможете воспользоваться вертолетом и вести поиски дальше. Если, конечно, можно будет что-либо разглядеть сквозь туман… А еще можно спуститься на лед и продолжить движение на снегоходах.

– Этого не потребуется, – разнесся по всему мостику твердый голос.

Все посмотрели на Омрына Аккая, стоящего перед окнами. На лице инженера-чукчи была написана тревога, точнее, страх.

Плотный туман по курсу ледокола слегка рассеялся, видимость стала лучше. Сквозь дымку проглянуло полуденное солнце, отражающееся яркими бликами от ледяных полей. Кое-где еще висели клочья тумана, в основном над остроконечными черными скалами, торчащими изо льда. Отвесные стены поднимались вверх на высоту четырех– и даже пятиэтажного здания, образуя окружность, похожую на зазубренную корону, пронзившую своими зубьями лед.

Но в середине еще выше вверх поднимался одинокий пик высотой с пятнадцатиэтажный дом. Его остроконечная вершина, затянутая густым туманом, обрывалась вниз практически отвесными склонами. Внизу огромная ледяная глыба взобралась на восточный склон, словно волна, которая набежала давным-давно и замерзла, не успев отступить обратно.

Грей отметил, что стрелка компаса указывает точно на этот шпиль.

– Мы нашли ее! – в благоговейном восхищении прошептал он.

– Гиперборея, – произнесла Анна вслух название, окутанное легендами, затерявшееся во времени.

13:08

После того как поисковый отряд спустился на лед, Джейсон оглянулся на красную громаду корпуса «Полар кинг». Ледокол остановился в миле от скал, не смея подойти ближе. Море здесь было слишком мелким, а у берега оно, вероятно, промерзло до самого дна.

Джейсон разместился в задней части четырехместного снегохода «Арктик сноукэт». Снегоход выехал на своих двух гусеницах на лед. За ним из трюма в кормовом отсеке «Полар кинг» последовал второй снегоход, спустившийся по пандусу на замерзшее море. В нем находился Омрын. Грею удалось убедить инженера-чукчу присоединиться к поисковому отряду, поскольку он полагал, что у аборигена Арктики могут быть какие-то мысли относительно этой обители богов его народа. Коренастый рыжеволосый Райан Марр, водитель снегохода, был родом из Бостона, а в прошлом служил в береговой охране в Арктике. Марра сопровождала его жена-австралийка Харпер, судовой врач «Полар кинг», активная и деловитая светловолосая женщина. Джейсон очень надеялся, что сегодня никому не потребуются ее профессиональные услуги.

Он переключил все свое внимание вперед. Анна сидела рядом с капитаном ледокола, который вел снегоход к черным скалам. Похоже, Келли решил не упускать такую возможность, и Джейсон не мог его в этом винить. Преодолев тысячи миль однообразных, безликих ледовых полей, капитан не смог устоять перед возможностью ступить на сушу и обследовать это странное место.

Впереди на двух легких снегоходах «Полярис» ехали еще два члена поискового отряда. Грей и Сейхан то мчались наперегонки, то подреза́ли друг друга, словно дети, наслаждаясь свободой после нескольких дней замкнутого пространства ледокола. Но все-таки они следили за своей скоростью, чтобы не отрываться от медлительных «Сноукэтов».

Впрочем, потеряться во льдах было бы очень непросто. Все снегоходы были выкрашены в красный и черный цвета, под стать «Полар кинг», и на то имелась очень веская причина. Яркие краски помогут заметить их на льду в случае чрезвычайной ситуации.

«Будем надеяться, что ничего такого с нами не случится».

Поскольку рассчитывать они могли только на самих себя.

Солнечная буря по-прежнему не позволяла установить связь на дальние расстояния. Вблизи рации еще работали, но с перебоями. Единственной хорошей новостью явилось то, что, по мнению Байрона, в ближайшие четыре-пять часов геомагнитная активность должна была пойти на спад. Штурман остался на корабле, постараться наладить связь. Джейсон очень надеялся на то, что Байрону это удастся. Ему не терпелось связаться с Кэт, с окружающим миром. Необходимо было обнародовать новость об этом открытии до того, как сюда нагрянут русские. А если здесь действительно скрыта какая-то угроза всему миру, нужно ее оценить и по возможности нейтрализовать.

Сидящая впереди Анна обернулась, словно почувствовав беспокойство Джейсона.

– Ты думаешь, эта скала посредине действительно может быть монолитным куском магнитного железняка, как утверждал в своей книге Николас из Линна?

Джейсон опустил взгляд на маленький компас, который вручил ему штурман. Стрелка уверенно показывала на черный каменный шпиль.

– Я сомневаюсь в том, что это сплошной монолит. Скорее, осадочные породы с обильным вкраплением жил магнитного железняка. – Джейсон обвел рукой скалы вокруг. – Возможно, то же самое верно в отношении всей группы. Скорее всего, эти скалы являются частью большого массива, подводного горного хребта, лишь вершины которого возвышаются надо льдом.

– Я тут подумала… – Анна снова повернулась вперед.

– О чем? – Джейсон подался к ней.

– Возможно, ты прав. Согласно замечаниям, которые добавил к своей карте Меркатор, эта Rupus Nigra et Altissima, эта магнитная гора имела в периметре тридцать три мили. Скорее всего, эту цифру он почерпнул из «Inventio Fortunato» Николаса из Линна.

Поддержка высказанного Анной предположения пришла с неожиданной стороны.

– Байрон произвел кое-какие предварительные измерения, – сказал Келли, ведя снегоход к внешнему кольцу скал. – Периметр торчащих надо льдом скал составляет около пятидесяти километров – то есть тридцать одну милю.

Усевшись прямо, Анна обернулась к Джейсону, и ее голубые глаза зажглись, словно летнее небо.

– Как мне хотелось бы, чтобы Игорь был здесь, видел все это, видел, как оживает история, записанная в тех старинных книгах, которые изучали мы с ним…

Ее слова поумерили восторженное возбуждение Джейсона, напомнив о том, какую высокую цену пришлось заплатить за это открытие. И речь шла не только о брате Анны, но и обо всех остальных, кто погиб.

«И, возможно, еще будут новые жертвы».

«Сноукэт» проскочил между двумя окутанными туманом скалами наружного кольца, направляясь в самое сердце этого загадочного места. Джейсон ахнул, готовый поклясться в том, что чувствует могучую энергию, погребенную здесь, магнитное притяжение этих скал.

Выругавшись, Келли выполнил резкий поворот. Джейсона отбросило в сторону. Снегоход приподнялся на одну гусеницу, затем снова тяжело упал на лед.

Только тут Джейсон разглядел ту помеху на пути движения снегохода, которую объехал капитан. Она торчала изо льда, но это была не скала – а высокий деревянный столб, опутанный смерзшимися веревками. Рядом виднелись другие деревянные обломки, вмерзшие в лед, обсыпанные черными точками железных гвоздей.

– Что это? – спросила Анна.

– Мне… мне кажется, это верхушка старинной корабельной мачты, – ответил Джейсон. – Возможно, обломки «вороньего гнезда», наблюдательного поста на самом верху.

– Тут рядом есть и другие, – кивком указал Келли.

Повсюду изо льда криво торчали другие деревянные мачты. Некоторые из них треснули и обломились. На одной сохранился рей, превративший ее в своеобразный могильный крест, – что, впрочем, соответствовало действительности.

Джейсон мысленно представил себе старинные парусники, погребенные под толщей льда.

– Судя по всему, это то, что осталось от кораблей экспедиции императрицы Екатерины, – предположила Анна.

Джейсон обвел взглядом замерзшее кладбище.

– Похоже, далеко не всем из них суждено было вернуться домой.

Он сглотнул комок в горле, гадая, не ждет ли их самих такая же судьба.

Джейсон оглянулся назад на красную гору «Полар кинг». Его захлестнуло неприятное предчувствие, словно он наступил на свою собственную могилу.

Возможно, Николас из Линна был прав.

«Земля эта очень странная, и всем следует ее избегать».