13 мая, 20:04 по Московскому поясному времени

Северодвинск, Архангельская область

Сидящая в заднем отсеке бронеавтомобиля Элла вздрогнула и непроизвольно пригнулась, услышав разнесшийся по лесу грохот взрыва. Теперь это точно был не раскат грома.

Молодая женщина вопросительно посмотрела на Монка, ища ответ о причине этого взрыва. Однако тот лишь плотнее укутал одеялом отца Бейли. Больше они все равно ничем не могли помочь раненому. Даже несмотря на снотворное, священник стонал, по-прежнему находясь в плену у кошмаров.

«Как и все мы…»

Бронеавтомобиль резко затормозил, отчего Эллу швырнуло вперед.

– Мне нужна помощь! – крикнул Такер. – Еще одна пара глаз!

Жестом предложив Элле идти, Монк сам остался с раненым.

Молодая женщина неуклюже перебралась вперед, протиснувшись мимо Марко. Когда она оказалась в кабине, Такер приказал Кейну освободить сиденье. Элла тяжело плюхнулась, занимая место овчарки.

Она увидела, как лес впереди расступился, открывая берег замерзшего озера. Поскольку фары были выключены, а солнце уже практически зашло, мир вокруг сжался до всего нескольких метров перед бампером, заваленных глубокими сугробами.

Такер осторожно направил «Тигр» к берегу озера.

– Где снегоходы? – спросила Элла.

– Потерял их из виду. Кажется, я мельком видел, как они промчались по озеру.

– Дальше нам придется идти пешком? – повернулась к нему Элла.

– Если это так, остальные должны были подождать нас здесь.

Элла не отрывала взгляда от его лица.

– По крайней мере, я на это надеюсь. – Включив передачу, Такер выехал на лед. – Ты можешь следить за тем, что с твоей стороны?

Как только бронеавтомобиль выехал на лед, Элла опустила стекло в своей двери. Холодный воздух обжег ей щеки, но в то же время помог совладать с лихорадкой ужаса. Такер держал на льду постоянную скорость, выше, чем предпочла бы Элла. Под колесами хрустел и скрипел лед, достаточно громко, чтобы это было слышно на фоне приглушенного ворчания двигателя.

Затаив дыхание, Элла оглянулась назад.

– Этот взрыв…

– Я тоже его слышал. Не знаю, что это такое. Однако сейчас нам нужно решать насущные проблемы.

Вдалеке со стороны базы по-прежнему звучали слабые отголоски сирен, побуждая Такера ехать быстрее. Элла несколько раз окликала его, когда лед под колесом крошился, покрываясь паутиной трещин. Стресс растягивал каждую минуту, превращая ее в невыносимые мучения.

– Там, впереди! – воскликнул Такер. – Огни!

Встревоженный, он сбросил скорость, однако больше ехать было некуда.

Бронеавтомобиль продолжал медленно ползти вперед, и вдруг справа вспыхнули фары, быстро устремившиеся к «Тигру».

Такер резко повернул в сторону.

Из снега появился «Беркут». Один бок кабины был помят и почернел. Ковальски сидел сзади, держа на плече автомат. Пулемет с турели исчез.

– Вы только что добрались сюда? – крикнул великан, когда снегоход поравнялся с «Тигром». – Давайте за нами!

Сидящий за рулем «Беркута» Юрий уверенно направил снегоход вперед.

Впереди показались неясные силуэты, быстро превратившиеся в крылья самолета и второй снегоход.

Бронеавтомобиль остановился рядом с самолетом. И сразу же началась погрузка. Единственный двигатель самолета уже прогревался, винт вращался. Это объяснило то, почему снегоходы уехали от «Тигра». Нужно было предупредить пилота, чтобы тот начал готовить самолет к вылету. Все понимали, что время поджимает.

Из кабины «Беркута» вылез Юрий. На лбу у него зиял глубокий порез, все лицо было в крови.

Такер оглянулся на берег озера.

– Что там у вас произошло?

– Получили попадание реактивным снарядом. «Беркут» опрокинулся. – Юрий кивнул на Ковальски. – Могло быть и хуже.

– Мне своей хлопушкой удалось изменить траекторию снаряда, – пожал плечами великан. – А вспышка при выстреле предложила идеальную цель – даже для человека, ослепленного снежной белизной. Ну а дальше были только огонь, дым и взрыв.

Он растопырил пальцы, изображая разлетающиеся обломки.

Элла не совсем поняла, что имел в виду Ковальски; даже Такер недоуменно нахмурился. Однако дальнейшие расспросы прервал Монк.

– Помогите перенести отца Бейли! – распахнув заднюю дверь бронеавтомобиля, окликнул он.

Все поспешили к нему.

Забравшись в задний отсек, Такер подхватил священника под плечи, приподнимая его. Ковальски взял раненого за ноги. Монк поморщился, увидев, как Бейли дернулся и застонал. Повязки насквозь пропитались кровью. Даже в полумраке было видно, что лицо раненого стало пепельно-серым, а губы посинели.

– Подержите его! – Монк угрюмо принялся поправлять повязки.

– Как ему вообще удалось остаться в живых? – спросил Ковальски, однако имел он в виду не последствия зверских пыток. – Я полагал, он утонул в затопленной библиотеке.

– Отец Бейли успел все объяснить, прежде чем я ввел ему снотворное, – покачал головой Монк. – Когда его смыло вниз в трубу, столб воды внизу остановил его падение. К счастью, создатели ловушки сделали все так, чтобы библиотека оставалась затопленной всего около часа. Достаточно, чтобы расправиться с незваными гостями, но в то же время не слишком долго, чтобы не навредить книгам.

Элла поняла, что с момента ее пленения произошло уже много разных событий.

– К тому времени как Бейли упал вниз, вода уже начинала спадать, – продолжал Монк. – Течение вытащило его обратно через камин, и ему удалось дышать. Но он сломал лодыжку. И сильно ударился головой. Не было и речи о том, чтобы снова лезть вверх по дымоходу. Потом в библиотеку ворвались солдаты, схватили Бейли и отвели к Сычкину.

– Сейхан видела группу солдат, спешащих к Звонковой башне, – поморщился Ковальски. – Она сама едва не попала к ним в руки. Но что насчет Филарета?

– Ему не удалось спастись, – покачал головой Монк.

Элла в отчаянии вздохнула, мысленно представив себе пожилого епископа.

– И Бейли также погибнет, – предупредил Монк. – Если его срочно не доставить в больницу, в травматологическое отделение.

Запрыгнув в бронеавтомобиль, Юрий жестом показал, чтобы священника положили обратно. Следом за ним в «Тигр» залез Сид.

– Мы им займемся. А вам, как только вы подниметесь в воздух, нужно будет сразу же уходить в сторону международных вод. Больше у вас ни на что не останется времени.

Монк нахмурился. Он прекрасно понимал, что с оказанием помощи раненому медлить нельзя.

– Я отвезу его в районную больницу, – продолжал Юрий. – У меня осталось еще достаточно денег, чтобы все замять. К тому же помогут связи моего босса с российскими властями.

Обдумав все это, Монк быстро принял решение, понимая, что от этого зависит жизнь священника:

– Хорошо.

И все же он перевел взгляд на самолет, затем снова посмотрел на Бейли, очевидно, разрываясь на части. Схватив его за руку, Юрий посмотрел ему в глаза.

– Я позабочусь о том, чтобы с ним все было хорошо. Верь мне! А ты нужен своим соратникам. Если этот ублюдок Сычкин узнал, где они…

Тяжело вздохнув, Монк кивнул и неловко обнял Севериненко одной рукой.

– Спасибо, Юрий!

После того как этот вопрос был решен, две группы быстро разделились. Такер отвел Эллу в сторону.

– Поезжай вместе с Юрием. Федосеев тебя укроет.

– Мне надоело прятаться! – отрезала та. – Если я могу чем-либо помочь, я вам помогу!

Высвободившись, она решительно направилась к самолету. Такер последовал за ней, увлекая за собой Кейна и Марко.

– Элла!..

– Если летишь ты, – оглянувшись, сказала молодая женщина, – тогда я тоже лечу.

20:18

Оказавшись в кабине самолета ЛМС–901 «Байкал», Такер подался вперед между креслами. Место пилота занимал молодой русский по имени Фаддей. Рядом с ним устроился Монк. Двигатель самолета пронзительно взревел, набирая обороты, и «Байкал» пополз по льду замерзшего озера, набирая скорость.

Пока самолет выполнял разбег, Такер всматривался в небо в поисках других вертолетов, однако сильный снегопад и отсутствие солнечного света сжали окружающий мир до нескольких десятков метров.

Монк смотрел вправо, в ту сторону, куда скрылись «Тигр» и снегоход. Судя по его прищуренному взгляду, он раскаивался в своем решении расстаться с отцом Бейли.

К сожалению, и Такер, и Монк сосредоточили свое внимание не на том.

Фаддей громко выругался.

«Байкал» несся по льду. Стремительно приближалась береговая линия, ограничивая длину разбега. Однако проблема заключалась не в этом.

Из полумрака появился громоздкий силуэт, вынырнув из деревьев на замерзшее озеро и устремившись навстречу. Такер узнал российский бронетранспортер БТР–80А с установленной в башне 30-миллиметровой автоматической пушкой. Он уже видел его на территории базы, когда выгуливал Марко. К счастью, русские, судя по всему, также оказались удивлены неожиданной встрече.

Такер знал, что БТР–80А способен развивать скорость до шестидесяти миль в час, особенно по ровной местности. Судя по всему, начальник военно-морской базы отправил бронетранспортер на поиски беглецов, однако затем экипаж увидел взрыв рухнувшего на землю вертолета и повернул в ту сторону, – оказавшись прямо на пути у взлетающего «Байкала».

Взяв ручку газа, Фаддей потянул ее на себя, однако Монк, накрыв его руку своей, решительно толкнул ручку вперед.

– Нет! – предупредил он. – Продолжаем разгон!

И Такер вынужден был признать, что он прав. У них не осталось выбора. Бронетранспортер и самолет неслись друг навстречу другу, проверяя, у кого первого сдадут нервы. Длинный хобот скорострельной пушки повернулся, нацелившись прямо на «Байкал».

Такер непроизвольно пригнулся.

Самолету нужно было как можно быстрее подняться в воздух, однако пока что его скорость была еще слишком мала для отрыва от земли.

Пушка открыла огонь, посылая в цель снаряды. Первый попал в лобовое стекло, заставив всех пригнуться, – и тут под пятнадцатитонной махиной БТР проломился лед. Бронетранспортер резко клюнул носом, отчего остальные снаряды вспороли лед перед «Байкалом».

Самолет набирал скорость. Шасси оторвалось от замерзшего озера, затем снова ударилось о лед.

«Скорость еще недостаточная…»

Протиснувшийся в кабину Ковальски увидел бронетранспортер.

– В кои-то веки не я провалился под лед!

К сожалению, БТР–80А был плавающим. Бронетранспортер погрузился на воду, но не утонул. Заработал водомет. Ломая, словно ледокол, тонкий лед, бронетранспортер снова двинулся навстречу взлетающему самолету. И все-таки эта неприятность отвлекла внимание экипажа, позволив беглецам выиграть несколько драгоценных секунд.

Наконец «Байкал» оторвался от ледяной глади – и взмыл вверх. Фаддей круто задрал нос самолета, закладывая вираж.

Пушка бронетранспортера повернулась следом за ним.

Такер понял, что им не уйти.

Но тут внизу показалась крохотная тень, несущаяся по льду. Это был маленький снегоход, которым управлял Вин. Держа автомат одной рукой, русский выпустил длинную очередь по бронетранспортеру. Разумеется, он не мог причинить никакого вреда тем, кто находился внутри, – с таким же успехом комар мог пытаться прокусить толстую шкуру слона. Но все-таки Такеру доводилось ездить в подобных машинах, и он знал, какой грохот производит стук пуль внутри этой железной бочки.

Застигнутые врасплох, солдаты застыли в недоумении, не в силах определить, какая цель представляет наибольшую угрозу. Ствол орудия беспорядочно задергался из стороны в сторону, отражая их смятение.

И этого оказалось достаточно.

Пролетев над барахтающимся в полынье бронетранспортером, «Байкал» набрал высоту, уходя в сторону Белого моря. Такер успел разглядеть, как снегоход, выполнив свою задачу, скрылся в снежном буране.

– Пожалуй, мне тоже нужно завести себе снегоход, – заметил Ковальски, провожая машину взглядом.

Им удалось спастись.

Но не всем.

Фаддей тяжело повалился на штурвал, кашляя кровью. У него на спине появилось расползающееся красное пятно. Должно быть, его зацепило первыми выстрелами, однако он никому ничего не сказал.

Самолет опасно клюнул носом.

– Оттащите его назад! – крикнул Монк. Он начал лихорадочно щелкать тумблерами, переключая управление самолетом на себя. – Остановите кровотечение!

Такер и Ковальски послушно опустили пилота из кресла на пол. Монк потянул штурвал на себя, выравнивая самолет. Из всех находящихся на борту он единственный имел квалификацию пилота.

Коккалис продолжал давать своим товарищам инструкции, что и как делать, но все было бесполезно. Такер и Ковальски переглянулись. Обоим довелось видеть немало смертей, и они понимали неизбежное. Молодой парень смотрел на них, захлебываясь собственной кровью. Судьба смилостивилась над ним, и всего через несколько вдохов его тело обмякло, однако глаза остались широко раскрытыми, словно Фаддей изумился собственной смерти.

Такер откинулся на корточках назад, вытирая окровавленные руки. Элла закрыла лицо руками. Ковальски просто выругался.

Они были так близки к тому, чтобы благополучно выбраться без потерь, но Такер еще много лет назад усвоил один урок: «За все приходится платить». И очень часто кровью…

В кабине «Байкала» наступила тишина. Монк вел самолет, держась низко над водами Белого моря, чтобы укрыться от радаров, сохранивших работоспособность даже в сильную геомагнитную бурю. Сильный ветер швырял маленький самолет из стороны в сторону. Непрекращающийся снегопад ограничивал видимость несколькими сотнями метров.

«Байкал» спешил к международным водам, хотя и они не могли гарантировать безопасное убежище[40].

И речь шла не только о них.

Все услышали предостережение отца Бейли, все узнали, какие сведения вырвали у него под пытками. Поскольку связь по-прежнему отсутствовала, оставался только один путь: разыскать Грея и остальных – до того, как их найдут русские.