12 мая, 11:07 по Московскому поясному времени

Свято-Троицкая Сергиева лавра, Российская Федерация

В подземелье глубоко под Звонковой башней Грей стоял перед столом Ломоносова. Рядом с ним застыла сестра Анна, бережно сжимая единственный сохранившийся экземпляр «Inventio Fortunata» Николаса из Линна. Руки у нее дрожали от тяжести многих столетий, от того, что считалось утраченным навсегда.

Грей перевел взгляд на обширную сеть подземных пещер, заполненных обитыми золотом сундуками, с бесценными книгами Золотой библиотеки, хранящей в себе многие другие сокровища античности.

– Любопытно, а нет ли здесь случайно также экземпляра «Itineraium» Кнойена? – не скрывая своего волнения, спросила Анна. – Другой утерянной книги.

Грей сосредоточил внимание на насущных задачах.

– Вряд ли она нам понадобится. Ломоносов оставил на старинной карте Меркатора «Inventio Fortunata». Определенно, с какой-то целью. Это должно быть что-то очень важное.

– Вы позволите? – протянув руку к драгоценному фолианту, спросил у Анны Бейли.

– Разумеется, – та передала ему книгу.

Бейли отнесся к старинному трактату аккуратно, с надлежащим почтением.

– Наверное, нам нужно ее прочитать, – сказал он, раскрывая книгу. – Она написана на латыни, но я смогу перевести, если будет достаточно времени.

Грей чувствовал, что как раз времени-то у них и нет.

– Вряд ли Ломоносов планировал, что мы прочтем всю книгу. Он оставил ее раскрытой на определенной странице. Несомненно, с какой-то конкретной целью.

– Вы запомнили, на какой именно? – спросила Анна.

– Нет, – вынужден был признать Грей. Он забрал фолиант у Бейли. – Однако будет нетрудно это определить.

Коммандер принялся осторожно листать пожелтевшие страницы, пытаясь ухватить в памяти что-то ускользающее. И все-таки ему потребовалось сконцентрировать все свое внимание, чтобы отыскать страницы, покрывшиеся слоем пыли за то долгое время, что книга пролежала раскрытой. Наконец он их нашел, и подтверждением правильности его решения явился сгиб на переплете в том самом месте.

– Вот те самые страницы. – Грей повернулся к Бейли. – Вы можете их перевести?

– Должен перевести, иначе меня лишат научной степени в области древних языков.

Положив раскрытую книгу на стол, Бейли склонился над ней. Какое-то время он беззвучно шевелил губами, водя пальцем по строчкам.

– Некоторые фрагменты полностью выцвели, но в этом тексте описывается то, о чем мы только что рассуждали. Большая гора – Rupus Nigra et Altissima, что переводится как «очень высокий черный пик», – а под ней огромный водоворот, подпитываемый четырьмя великими реками.

– Эти же самые слова – «Rupus Nigra et Altissima» – написал рядом с горой на своей карте Меркатор, – указала на карту Анна. – В самом центре.

Грей кивнул, по-прежнему не в силах избавиться от ощущения, что он упускает что-то из виду.

Наморщив лоб, Бейли продолжал читать вслух:

– Вот эти строки расписывают всё более подробно. «Земля эта очень странная, и всем следует ее избегать. Пусть никого не обманывает ее фальшивое притяжение, не завлекают скрытые в ней чудеса и даже долгая жизнь, которую обещают ее камни и воды. Наоборот, опасайтесь того, что погубило народ Гипербореи. Ибо если это когда-либо вырвется на свободу, все мы будем уничтожены».

Грей нахмурился:

– Это предостережение определенно подтверждает то, что написано на той табличке на стене.

– Но только в более страшных выражениях, – добавила Анна.

Бейли оторвал взгляд от книги.

– Тут есть еще вот что. Кто-то – по-видимому, Ломоносов – подчеркнул в зачитанных мною строках фразу falsum viverra, «фальшивое притяжение». Возможно, это имеет какое-то значение?

Анна и Грей переглянулись, однако никаких мыслей на этот счет у них не было.

– И есть еще один фрагмент, прочитать который я не могу, – признался Бейли. – Он написан от руки на полях, длинный, со стрелкой, указывающей на слово в тексте – magneticus, то есть «магнитный».

– Примечание на полях? – спросил Грей. – Оно настолько выцвело, что его невозможно прочитать?

– Нет. – Бейли передал книгу Анне. – Оно написано глаголицей.

«Так…»

Подойдя к Анне, Грей посмотрел на четкие строки, выведенные от руки на полях книги.

– Вы можете перевести?

– Попробую.

Анна обернулась к Джейсону, который все это время держался позади. Тот протянул ей свой планшет, на экране которого оставалась таблица соответствия букв глаголицы. Вдвоем они принялись за работу, переводя загадочное послание Ломоносова.

Грей молча следил за ними, оставшись наедине со своими мыслями. Глядя на то, как Анна тычет пальцем в светящийся экран, он вдруг вспомнил, что не давало ему покоя – и вчера, и сейчас. Об этом ему напомнил планшет у Анны в руках.

Достав свой планшет, Пирс включил его и стал просматривать фотографии, сделанные монсеньором Борелли. Он остановился на одном снимке, осознав, как сильно это напоминает описание в «Inventio Fortunata», а также рисунок на карте Меркатора.

Рисунок, занимающий половину страницы в «Историях» Геродота, изображал горную долину, окружающую одинокий пик посредине. Вокруг остроконечной скалы был нарисован бурлящий водоворот.

Грей внимательно изучил рисунок.

«Неужели это изображение того самого места, сделанное тем, кто побывал там?»

Однако прежде чем он успел обдумать свою догадку, к нему подошла Анна.

– Кажется, готово. Примечание Ломоносова было длинным, однако перевести его не составило труда. Вот только получилась какая-то бессмыслица.

– Что он написал?

Глядя на планшет в руках, Анна прочитала вслух:

– «Ах, дорогой Меркатор, вы хорошо спрятали то, что было вам известно. Сделав большим то, что таковым не является. Выстроив горы там, где никаких гор нет. Погребя правду, как мы с Екатериной сейчас погребаем ее под башней. Другим следует более внимательно присмотреться к тому, что вы нарисовали, прислушаться к вашим словам о том, что это не есть правда – что правда лежит в другом месте». – Она оторвала взгляд от экрана. – И еще – последняя строка указывает на слово «магнитный», словно это очень важно.

Грей закрыл глаза, стараясь решить эту загадку. Ломоносов написал свое примечание с какой-то целью, оставив книгу раскрытой именно на этой странице, тем самым посылая какое-то сообщение в будущее.

«Но что он хотел сказать?»

Пирс заговорил вслух, в надежде на то, что своим голосом вытянет какие-то ответы.

– Ломоносов не только указал своим примечанием на слово «магнитный»; он также подчеркнул фразу «лживое притяжение», которая также, возможно, указывает на что-то, связанное с магнетизмом.

– Или с ложным магнетизмом, – напомнил Джейсон, добавляя к загадке свой голос.

Грей молча кивнул.

«Тут что-то есть… но что именно?»

Он прищурился, стараясь сосредоточить взгляд.

– «Выстроив горы там, где никаких гор нет». Быть может, Ломоносов имел в виду то, что на Северном полюсе нет никакой магнитной горы?

– А также «сделав большим то, что таковым не является», – добавил Бейли. – Меркатор изобразил обширную массу суши, самый настоящий континент. Однако из того, что написал в своей книге Николас из Линна, получается, что речь идет о чем-то значительно меньших размеров.

– Меркатор раздул это место до огромных размеров, – сказала Анна. – Увеличил масштаб, чтобы прорисовать в центре карты все то, что подробно описал Николас.

Грей снова переключил свое внимание на карту.

– «Погребя правду…» Быть может, Меркатор стремился добиться того же самого, что совершили Ломоносов и Екатерина, спрятав Золотую библиотеку. Сохранить знания – при этом надежно их скрыв.

– В своем примечании Ломоносов намекает на то, – подхватил Бейли, – что Меркатор нарисовал на своей карте ответ. «Другим следует более внимательно присмотреться к тому, что вы нарисовали».

– А также «прислушаться», – кивнул Грей. – Согласно Ломоносову, Меркатор утверждал, что «это не есть правда»: подчеркнув слово «магнитный», он добавил, что «правда лежит в другом месте». Кто-нибудь видит в этих словах хоть какой-то смысл?

Анна выругалась вполголоса по-русски, заслужив тем самым неодобрительный взгляд Филарета. Епископ стоял, тяжело опираясь на свой посох, вне всякого сомнения, измученный и усталый.

– Кажется, я поняла, что имел в виду Ломоносов, – выпалила Анна, похоже, сама поражаясь собственной догадке. – Общеизвестно, что сам Меркатор не верил в то, что нарисованная им гора является магнитным полюсом. Он неоднократно повторял, что магнитный Rupus Nigra et Altissima, «очень высокий черный пик» Николаса из Линна, находится в другом месте. Однако никто не обращал внимания на его слова.

– Так где же, по мнению Меркатора, находился магнитный полюс? – спросил Грей.

Анна привлекла его внимание к старинной карте. Она указала на небольшой остров, расположенный чуть выше.

– Меркатор даже подписал это место: «Polus magnetis» – «магнитный полюс». – Анна переместила указательный палец в центр карты. – В то время как гору он назвал просто «Polus Arcticus» – «арктический полюс».

– Мог ли Меркатор различать географический и магнитный полюсы Земли? – нахмурился Джейсон. – Они действительно расположены в различных местах. И в то время как географический полюс строго зафиксирован, магнитный перемещается.

Грей рассудил, что на этом не следует задерживать внимание, и на то имелись веские причины.

– Во времена Меркатора никто не различал магнитный и географический полюсы. То, что они не совпадают, было установлено только в середине девятнадцатого века, через три столетия после того, как Меркатор составил эту карту.

– В таком случае что обозначает этот остров? – спросил Джейсон.

Грей изучил крошечную скалу посреди океана.

– Полагаю, это как раз то, что описал Николас из Линна, – какой-то остров, обладающий сильным магнитным притяжением, вследствие чего его корабль ложно отклонился от курса, от истинного севера.

Джейсон указал на обширный континент в середине карты.

– Но тогда что означает все остальное, нарисованное Меркатором?

– Я думаю, налицо попытка увеличить то, что нельзя изобразить на крошечном кусочке карты. Вместо этого Меркатор заполнил пустое пространство посреди Арктики тем, что Николас описал в своем «Inventio Fortunata».

– «Сделав большим то, что таковым не является», – добавила Анна, цитируя Ломоносова.

Склонившись к карте, Бейли изучил крохотный клочок суши.

– Но где это место?

Это был очень существенный вопрос.

Грей обвел взглядом разложенные на письменном столе навигационные инструменты.

– Полагаю, именно это и стремился установить работавший здесь Ломоносов. Судя по всему, того, что ему удалось выяснить, хватило, для того чтобы снарядить экспедицию.

Он вспомнил слова Анны о том, что Екатерина Великая якобы отправила на Крайний Север корабли с секретным заданием – найти затерянный континент.

– Но какими будут наши дальнейшие действия? – спросила Анна.

– По-моему, нам вряд ли понадобятся все эти секстанты и компасы, – заметил Грей.

Он перевел взгляд на свой планшет, на экране которого по-прежнему светилось изображение странной долины, окруженной горами, с бурным водоворотом посредине.

«Вот то самое место, которое нам нужно найти».

Закрыв эту картинку, Грей вывел на экран карту полярной области, современную, не ту, что была составлена на основании рассказов давным-давно умерших исследователей и утерянных книг. Это был новейший атлас Арктики, представленный в мельчайших подробностях.

Грей добавил в середину карты крестик, обозначив географический Северный полюс.

После чего он склонился над столом и сделал несколько снимков творения Меркатора. Удовлетворившись качеством фотографии, наложил ее на современную карту. Хотя карта шестнадцатого века оставляла желать лучшего по части изображения береговой линии, одна деталь на обеих картах, старинной и современной, была общей – географический Северный полюс.

Совместив горный пик Меркатора с точкой на современной карте, Грей принялся поворачивать одну карту относительно другой до тех пор, пока не добился совпадения другой области, относительно точно изображенной на карте шестнадцатого века, – побережья Северной Европы.

Сопоставив таким образом обе карты, Грей обвел квадратиком местонахождение таинственного острова, возможно, породившего легенды о Гиперборее.

Закончив, он показал свою работу остальным.

– Похоже, этот магнитный остров Меркатора находится где-то в Восточно-Сибирском море, – объявил Грей. – Поручив спутникам изучить особенности магнитного поля Земли в этой области, можно выявить все аномальные возмущения и тем самым приблизительно определить координаты острова.

Пока остальные изучали карту, передавая друг другу планшет, Джейсон жестом предложил Грею отойти в сторону. Вид у молодого аналитика был расстроенный. Он понизил свой голос до шепота:

– Это очень неспокойное место. Через Восточно-Сибирское море проходят основные маршруты Северного морского пути России. Если Россия сможет предъявить свои права на этот островок, затерявшийся в отдаленных арктических водах, она существенно расширит свои территориальные воды, захватив значительную часть полярных морей. Существует риск дестабилизировать ситуацию во всем регионе.

Грей понял, что он имел в виду.

– Нельзя допустить, чтобы общество «Архангел» добралось до этого острова первым. Если нам удастся заявить во всеуслышание об этом открытии, имеющем огромный исторический смысл, это поможет остановить войну за перекройку территорий. Однако для этого нужно пролить на происходящее яркий свет.

– Лучшее дезинфицирующее средство – это солнечный свет, – угрюмо кивнув, согласился Джейсон.

– Совершенно верно. Но нельзя забывать и о другой опасности.

– О какой?

Грей перевел взгляд на предостережение на стене, вспоминая грозное напоминание, которое сделал в своей книге Николас из Линна: «Наоборот, опасайтесь того, что погубило народ Гипербореи. Ибо если это когда-либо вырвется на свободу, все мы будем уничтожены».

– По всей видимости, там скрывается что-то опасное. Настолько напугавшее императрицу Екатерину, что она решила спрятать библиотеку. – Грей снова повернулся к Джейсону. – И я опасаюсь, что не мы первые узнали об этом.

– Ты полагаешь, Сычкину это также известно?

– У него в руках похищенная древнегреческая рукопись. Он имеет доступ к результатам исследований, на протяжении многих лет проводившихся обществом «Архангел». Поэтому я нисколько не удивлюсь, если архиерей уже узнал правду. И все-таки в настоящий момент мы пока что на шаг впереди него, однако долго эта фора не продлится.

– В таком случае что же нам делать?

– Будем следовать девизу «Сигмы», – пожал плечами Грей.

– «Будь на месте первым», – улыбнулся Джейсон.

Коммандер кивнул.

– Таким образом, у нас остается одна проблема.

– И какая же?

– А там вообще что-нибудь есть?

Филарет, судя по всему, слышавший последний обмен фразами, кашлянул, привлекая к себе внимание.

– Должно быть.

Грей вопросительно посмотрел на него.

Епископ стоял у камина, опираясь на посох, и рассматривал изогнутый бивень.

– Никто не обратил на это внимания, но здесь внизу написано греческое слово. Мне кажется, это слово «Гиперборея», хотя нескольких букв недостает.

Протянув к бивню руку, Филарет провел ладонью по пожелтевшей кости, словно собираясь очистить буквы от грязи. От его прикосновения бивень качнулся. Похоже, он был закреплен менее прочно, чем казалось.

Запоздало спохватившись, Грей бросился к епископу.

– Остановитесь!..

Однако было уже слишком поздно.

Ловушка была снабжена щедрой приманкой – не золотом, а древней костью, готовая покарать того, кто дерзнет на нее покуситься.

В соседнем помещении в потолке отворился люк, имеющий метр в поперечнике. Из расположенного вверху резервуара вниз с грохотом устремилась вода. Сила ее была такой, что у дубового письменного стола проломилась столешница.

И это происходило не только в соседней пещере.

Это происходило во всем подземном лабиринте.

Со всех сторон донесся гул воды, стремительно заполняющий библиотеку.

– Скорее к лестнице! – крикнул Грей.

Все устремились к каменным ступеням, ведущим наверх. На бегу Грей оглянулся на ряды окованных золотом сундуков. Только теперь до него дошло назначение одной необычной детали.

Все сундуки были запечатаны воском.

«Создателям ловушки требовалось защитить старинные книги от воды».

Грей схватил Филарета за руку. Ему на помощь пришел Бейли, а Джейсон помогал Анне, глаза у которой широко раскрылись от ужаса.

– Быстрее, быстрее, быстрее!.. – торопил Грей.

Вода ворвалась в маленький кабинет; ее уровень за то время, что исследователи добирались до винтовой лестницы, поднялся до колена. Глядя на стремительно прибывающую воду, Грей осознал зловещую истину.

«Нам отсюда не выбраться…»

Бредя навстречу потоку, Джейсон учащенно дышал.

– Откуда вся эта вода?

Грей догадался, вспомнив рассказы про священные целебные источники лавры. И вместе с этой догадкой пришла страшная мысль.

«Мы утонем в святой воде».