Клара

– Я теряю свой чертов рассудок.

– Клара?

Она посмотрела на предплечье. Слезы уже смазали номер, который она записала там фломастером Хендрика.

– Я даже подумала, что вы дали мне неправильный номер. Почему вы не подходили? Я сто раз пыталась дозвониться вам.

Эрдьяну И. даже пришлось сделать остановку. Клара попросила его найти ближайшую возможность припарковаться, пока она не выяснит, куда ей бежать.

– Проблемы дома, – лаконично констатировал ее водитель и проехал мимо десяти парковочных карманов, прежде чем остановился перед Курфюрстендамм, 195, чтобы объединить вынужденную паузу с перекусом карривурст[7].

Да, назовем это «проблемами дома», – подумала Клара, взглянув на закусочную, известную тем, что она работала круглосуточно и подавала еду только на фарфоре. Что вполне подходило к люксовым бутикам и звездным парикмахерским, которые окружали эту палатку.

Что мне теперь делать? Куда ехать?

Ее тянуло к дочери, но дома ее наверняка уже ждал Мартин.

Клара так нуждалась в совете Джулса, что позвонила ему наверняка уже раз двадцать, но он все это время не отвечал.

– Вы выключили свой телефон! – упрекнула она его.

– У меня разрядился аккумулятор. – Джулс говорил примерно так же, как она. Не плаксиво, но испуганно. К тому же шепотом.

– Правда?

– Вы мне не доверяете?

Ее глаза наполнились слезами.

– Я самой себе не доверяю. Этот гребаный эксперимент. Из-за него у меня все в голове перепуталось. Вы помните, о чем спросили меня до этого? – Она продолжала говорить без умолку. По-другому не получалось. Она боялась, что разрыдается, если сделает паузу. – Когда я рассказала вам, как мнимый доктор Кифер сообщил мне в парке при клинике, что во время опыта я пережила клиническую смерть?

– Мне очень жаль, у меня тут сейчас проблема…

– Вы хотели знать, сказал ли он правду. Да. Я действительно чуть не умерла, сразу после того, как врач-ассистент впрыснул мне средство, вызывающее галлюцинации. Но все, что произошло затем, уже не было реальным.

– Вы имеете в виду разговор с испанским главврачом, странный перевод?..

Джулс все еще говорил взволнованно, но теперь уже так, словно разгадал какую-то важную загадку.

– Вплоть до прыжка Керника с крыши. Всего этого не было.

– Что вы такое говорите?

– Искусственно вызванные галлюцинации оказались у меня намного сильнее, чем у других участников. Мне пришлось остаться в «Бергер Хоф» на три недели дольше, пока я не научилась отличать реальность от безумия.

– И теперь вы не уверены, что все это не побочные действия эксперимента?

Клара застонала в знак согласия.

– Господи, я даже не уверена, реальны ли вы, Джулс. Может, все это, вся моя жизнь только иллюзия и результат промывки мозгов. Я…

Клара резко сменила тему в тщетной надежде вырваться из карусели своих мрачных мыслей:

– Что вы имели в виду, когда сказали, что у вас проблема?

– Я больше не один. К нам кто-то проник.

Эта неожиданная информация так встревожила Клару, что ей показалось, будто у нее снова началось носовое кровотечение, но, потрогав указательным пальцем нос, она нащупала только засохшие корочки под ноздрями.

– Преступник? – спросила она с комом в горле.

– Да.

– Янник! – вырвалось у нее, но она тут же исправилась.

Нет. Это не может быть он. Его она только что видела на улице недалеко от площади Брайтшайдплац.

Если это был он.

Потому что, если дать волю фантазии, она даже в Эрдьяне у палатки с сосисками издалека видела сходство со своим обидчиком.

Я медленно схожу с ума.

– Извините, я повсюду его вижу, – сказала она и этим заявлением, вероятно, вызвала у Джулса еще больше вопросов.

К ее удивлению, он таинственно пробормотал:

– Как привидение.

– Привидение?

– Опишите мне еще раз, как выглядит Янник, – попросил он.

– За пятьдесят, голубые глаза, темные волосы средней длины, спортивный пресс…

– Хм. Не подходит к типу под кроватью…

Нод кроватью?

– Скорее, наоборот, но…

– Что «но»?

Ощущение потекшей из носа крови усилилось, но на этот раз Клара не стала трогать лицо. Она увидела, как Эрдьян возвращался с бутылкой колы, его лицо было скрыто облаком пара изо рта. Колбаску с картошкой фри он, видимо, проглотил в закусочной и с удовольствием дожевывал последнюю штуку.

– В моем окружении есть один человек, более или менее подходящий под ваше описание, – заявил Джулс. – Кроме возраста. Но все говорят, что борода его старит.

– Как его зовут?

– Магнус Кайзер. По прозвищу Цезарь.