Лишь единицы людей садятся на американские горки в надежде, что во время поездки их выбросит из вагончика. Большинство выбирает эти адские скачки, чтобы после пережитого околосмертного опыта искупаться в эндорфинах и опьянеть от облегчения.

Джулс тоже предпочитал управляемый контакт со страхом прямой, реальной конфронтации со смертью. Но сейчас у него не было выбора. Он должен был встретиться с тем, что стояло на пороге. Будучи вспыльчивым – когда здравый смысл тонет в потоке адреналина, – он хотел тут же распахнуть дверь. Но все-таки решил сначала посмотреть в глазок и увидел то, что встревожило его больше любого вооруженного мужчины на лестничной клетке. И это было – ничего!

Темнота, кромешный мрак. Ни тени, и поэтому звяканье связки ключей походило на сверхъестественное явление. Кто их качнул? Какое бесплотное существо могло проникнуть в дом и вставить ключ (откуда бы оно его ни взяло), отмычку или другой инструмент снаружи в замочную скважину, не активировав при этом датчик движения на лестничной клетке?

Он прикрыл глаза и прижался лбом к дверному полотну.

На какое-то иррациональное мгновение Джулсу показалось, что он совсем один в этом мире, и та темнота вокруг него никуда не денется, когда он откроет глаза. И отчасти тревога, что его сумбурные мысли могут соответствовать действительности, заставила его вернуться к разговору с Кларой. Он нажал на кнопку на гарнитуре и спросил:

– Вы еще там?

Треск. Затем шуршание. Наконец:

– Да, я здесь. Но не спрашивайте меня почему.

Слава богу.

Джулс моргнул, затем широко открыл правый глаз. В глазке по-прежнему виднелась темная лестничная клетка, но на кухне горел свет и освещал коридор, в котором стоял Джулс и который был таким же реальным, как комод, картина с меловыми скалами над комодом и связка ключей в дверном замке, которые, правда, уже не шевелились.

Неужели я все это только выдумал?