Первое, что услышал Рю, –  пение птиц. Постепенно к этому звуку присоединились шелест листвы и стрекот насекомых. А потом и тихий треск костра. В нос ударили ароматы середины лета: разгоряченная солнцем трава, сухой воздух, цветы. И запах дыма. Сквозь закрытые веки пробивался яркий солнечный свет.

Рю открыл глаза. Над ним, едва видное за раскидистыми кронами деревьев, раскинулось бесконечное идеально голубое небо, украшенное несколькими аккуратными белыми облаками, неторопливо плывущими по ветру. Яркий свет летнего солнца подсвечивал сочные крупные листья деревьев, отчего они становились изумрудными и походили на тонкие изящные драгоценные камни. Неужели это и есть посмертие? Надо же, такое идиллическое место.

Рю попытался сесть, и весь его левый бок тут же пронзила жгучая боль. Юноша опустил взгляд и увидел, что он раздет по пояс, а его рану кто-то перевязал чистым белым бинтом. Рю вновь попытался сесть, на этот раз более осторожно, и ему это удалось. Он явно не умер. На тот свет раны с собой точно не забирают.

Осмотрев себя внимательнее, Рю обратил внимание, что раны на его руках тоже перевязаны. Руки даже больше не болели. Но кто мог это сделать? Неужели кто-то из культистов пожалел его? Человека, убившего их лидера? Рю было сложно в это поверить.

Рю огляделся по сторонам. Он лежал на походном одеяле, явно взятом из запасов культистов. Рядом с ним стояла полуоткрытая палатка того же происхождения. В центре небольшой полянки весело горел, потрескивая, костер, над которым висел котелок с бурно кипящей водой. С другой стороны от костра лежало еще одно одеяло. Но его загадочного спасителя нигде не было видно.

Импровизированный лагерь расположился в некотором отдалении от озера и алтаря, но даже отсюда Рю мог разглядеть следы взрыва. Траву вокруг поляны местами вырвало с корнем, некоторые деревья были сломаны, и на большинстве почти не осталось листьев. Но культистов нигде не было видно, как и тел Камиллы и Леба. Кто-то успел навести здесь порядок.

Чуть поодаль паслись несколько лошадей. Они громко фыркали и били хвостами, отгоняя насекомых. Эти кони были знакомы Рю –  на одном из них он ехал еще совсем недавно.

Вдруг краем глаза Рю уловил какое-то движение. Юноша судорожно попытался найти что-то, чем мог бы защититься, и схватил лежавшую рядом в куче другого хвороста тонкую сухую палку. Так себе оружие.

– Так ты, значит, встречаешь дорогого друга?

Голос был таким знакомым. Но этого не могло быть.

Рю увидел силуэт за деревьями и сильнее сжал палку.

Человек рассмеялся и вышел из глубокой тени.

Он изменился. Его кожа больше не светилась, а волосы не лежали идеально ровно. На лице отпечаталась усталость, а на руках –  многочисленные мелкие порезы. И глаза. Глаза стали совсем обычными, карими с золотой искрой. Но все же сомнений быть не могло. Это был он.

– Тииль?

Тииль ухмылялся в своей обычной раздражающей манере.

– Но как? –  Рю не мог поверить своим глазам. –  Ты же…

– А где же спасибо за спасение твоей жизни? Никакой вежливости! –  Тииль дружелюбно рассмеялся. –  Отвечая на твой вопрос: я решил, что уже достаточно пожил в мире духов и стоит попробовать что-то новое.

Рю не знал, что сказать, и только изумленно хлопал глазами.

Тииль подошел поближе и опустился на землю перед юношей. Оказывается, все это время у него в руках была корзинка с какими-то травами. Тииль начал бросать травы в кипящую воду, все так же с хитрой улыбкой глядя на Рю.

– Может быть, ты скажешь, как рад меня видеть? –  наконец поинтересовался он.

Рю кивнул, сглатывая подступивший к горлу ком:

– Как это вообще возможно?

Тииль пожал плечами:

– Я предположил, что, если приму человеческий облик, прежде чем ты закроешь Врата, ритуал высосет мою магическую силу, а сам я останусь в этом мире уже как обычный человек.

– Предположил?

– Был риск, что меня разорвет на куски и сотрет в порошок, как это, например, произошло с Оравином –  хотя туда ему и дорога! –  но, как видишь, все прошло успешно!

Рю протянул руку и дотронулся до предплечья Тииля. Сомнений не было, друг был настоящим. И теплым. Раньше он никогда не казался таким… живым.

Тииль снова рассмеялся:

– Как думаешь, смог бы я тебя перевязать, если бы был галлюцинацией?

Рю смущенно отдернул руку и поспешил сменить тему:

– Как долго я был без сознания?

– Три дня.

– А культисты? Где они?

– Ой, это было невероятное зрелище! –  Тииль прищурил глаза. –  Половина из тех, кто мог держаться на ногах, бросили все, включая своих товарищей, и убежали куда-то в степь. Не думаю, что они там долго протянут, несчастные идиоты.

– А остальные?

– Некоторые погибли на месте. Взрыв был мощный, как я понял. Оставшиеся, когда оклемались, похоронили своих собратьев, собрали барахло и ушли куда-то. Но на наше счастье, как видишь, кое-что осталось. –  Тииль широким жестом обвел лагерь.

– А Камилла?

– Они забрали ее тело с собой. Боюсь даже представить, что они планируют с ним делать, особенно на такой жаре. –  Тииль поморщился.

В глазах у Рю защипало. Юноша сказал себе, что всему виной дым от костра.

– Как твоя рана?

– Болит.

– Этот отвар должен ускорить заживление. –  Тииль указал на котелок. –  Я надеюсь.

– Откуда ты все это знаешь?

– Я несколько тысяч лет наблюдал за вами, людьми, жил среди вас. Хочешь не хочешь, чему-то да научишься. Но знаешь что, я даже представить себе не мог, что быть человеком настолько неудобно! Волосы путаются, одежда раздражает кожу, обувь натирает. Я уже молчу о том, что постоянно хочется или есть, или спать, или справить нужду. Просто ужасно!

Тииль продолжил причитать, перечисляя тяготы человеческой жизни, а Рю смотрел на него и улыбался. Его переполняла радость. Радость оттого, что его друг снова был рядом.

– Ну что, куда дальше? –  спросил Тииль, вскакивая в седло.

Прошло несколько дней, и рана Рю достаточно затянулась для того, чтобы он мог выдержать путешествие верхом. Запасы провизии заканчивались, и дольше оставаться в роще не представлялось возможным.

– Ты знаешь, я подумал, что мог бы вернуться к Клоду. Мне нравилось работать в его лавке.

– Ты же считал, что это дело недостойно тебя? А как же великие свершения?

– Если мне не изменяет память, не так давно я спас мир.

– Но об этом же никто не узнает. Ты же всегда мечтал о славе, признании!

– Ты знаешь, я понял, все это –  чушь.

Рю улыбнулся Тиилю и пришпорил коня.

Конец