Дорога до Города библиотек оказалась совсем недолгой, и спустя всего три дня с той судьбоносной ночи Рю уже стоял у подножия Главной библиотеки. Парасек сильно отличался от других городов Континента, где Рю довелось побывать. Удивительным образом он больше напоминал города Гирина, хотя и не имел с ними ничего общего. Все дело было в архитектуре: здесь почти не было домов выше двух этажей –  местные жители предпочитали строить вширь. Но дома здесь не были деревянными, как большая часть построек в Гирине. В Парасеке здания возводили из крупных каменных блоков песочного цвета. Из них было сложено все, включая заборы, отчего город казался немного пыльным, словно сошедшим со страниц старой книги.

Улицы были заполнены важного вида людьми в красивых ярких костюмах. Многие из них напоминали Клода, хотя значительно уступали ему в дружелюбии. На улицах почти не было видно слуг и рабочих людей; Рю предположил, что, как и в Гирине, они держались специально отведенных мест и старались без особой надобности не попадаться на глаза местной элите.

В городе торговали мало. В отличие от Локаста, Форле или Эрли, где нельзя было и шагу ступить, не услышав голос какого-нибудь зазывалы, нахваливавшего свои товары или свое заведение, а в узких переулках какофония достигала таких масштабов, что было сложно услышать собственные мысли, улицы Парасека встречали чинной тишиной. Будто бы даже каменные стены местных домов демонстрировали собственное превосходство над всеми остальными домами в мире. Впрочем, магазины тут все-таки были, в них торговали письменными принадлежностями, украшениями и, конечно же, книгами. Рю никогда не доводилось видеть столько книжных лавок в одном месте, и ему было сложно представить, что где-то есть достаточно людей, чтобы скупить все эти книги.

По пути к Главной библиотеке Рю заглянул в один из таких магазинчиков. Внутри он напоминал лавку Клода: несколько рядов двусторонних шкафов с полками, на которых, аккуратно отсортированные, стояли книги в красивых дорогих переплетах. В задней части помещения располагался небольшой альков, где, к немалому удивлению Рю, двое мужчин средних лет играли в шахматы. Когда Рю вошел, один из них отвлекся от игры и поприветствовал его, представившись владельцем. Торговец потратил не меньше получаса на то, чтобы провести Рю по своей лавке и показать ему все самые лучшие образцы в своей коллекции, но при этом совершенно не расстроился, когда Рю сообщил ему, что не будет ничего покупать. Юноше показалось, что торговля –  далеко не главная цель этого человека. Но для чего же он тогда держит лавку?

Рю уточнил у владельца магазина дорогу до Главной библиотеки и, получив подробнейшие инструкции и пожелания удачи, двинулся к своей цели.

Главная библиотека выросла перед ним неожиданно. Юноша долго шел вдоль высокого глухого забора, наводящего на мысли о родном поместье. Но когда он наконец добрался до ворот, то понял, что перед ним вовсе не городская усадьба, а цель его путешествия. За воротами раскинулся огромный комплекс, напоминающий императорский дворец Гирина, но выстроенный в континентальном стиле. Сильно отличающиеся по высоте и архитектуре здания, явно построенные в разное время, тянулись одно за другим, заполняя почти всю огромную территорию, ограниченную тем самым высоким забором, мимо которого только что шел Рю. По сути, это был город в городе. Город знаний и книг.

По комплексу туда-сюда сновали люди, держащие в руках или даже везущие на тележках многочисленные книги, свитки и даже скрижали. Все они выглядели невероятно серьезными и занятыми, и Рю тут же засомневался, что впишется в их общество, даже если его примут на работу.

У ворот в небольшой крытой будке скучал одинокий стражник. Этот статный усатый человек в форме настолько выбивался из общей атмосферы Библиотеки, будто пришел из другого мира. Рю понял, что до этого момента не замечал на улицах Парасека стражников или любых других представителей служилого сословия.

– Чего тебе, парень? –  При виде Рю стражник встрепенулся и все таким же скучающим взглядом окинул юношу с головы до ног.

– Я ищу работу в Библиотеке. –  За время путешествия Рю и Тииль пришли к заключению, что поступить на службу в Библиотеку –  лучший способ найти информацию о преследующей их тайной организации и одновременно заработать на пропитание.

– А! –  Стражник тут же потерял к Рю всякий интерес. –  Это тебе направо, потом налево, увидишь дверь –  не потеряешься. Там вроде даже табличку повесили.

Рю поблагодарил стражника и отправился на поиски. Он быстро понял, что его собеседник сильно недооценил запутанность Библиотеки. Повернув направо, юноша оказался в длинном узком переулке, где едва разминулись бы два человека. В каждую из сторон отходило несколько других таких же переулков. Все это напоминало лабиринт, только очень многолюдный. Вокруг куда-то спешили сотрудники и гости, они несли перед собой огромные стопки книг, рискуя врезаться в кого-то. С Рю едва не столкнулся мальчик, на вид лет двенадцати, несущийся куда-то со стопкой толстых старых книг, которые прижимал к груди. Малец прокричал на ходу что-то невнятное, в чем лишь смутно можно было угадать извинение, и исчез в одном из ответвляющихся переулков.

Рю быстро понял, что совершенно не представляет, куда идти. Он попытался спросить дорогу у кого-то из служащих, то и дело протискивавшихся мимо него, но большинство совершенно не обращало на него внимания, будучи погруженными в свои размышления. Но в конце концов Рю все же удалось найти более разговорчивых прохожих, которые показали ему нужный переулок.

В конце этого переулка Рю обнаружил неприметную дверь, на которой, впрочем, действительно висела небольшая деревянная табличка «Отдел найма». Рю постучал –  никакого ответа. Тогда юноша попробовал открыть дверь, и она легко поддалась, впуская его в просторное помещение, погруженное в полумрак.

Вытянутая комната с несколькими длинными окнами, в серый зимний день почти не дающими света, была плотно заставлена большими рабочими столами. За каждым из столов, заваленных книгами, бумагами и канцелярскими принадлежностями, трудился сотрудник Библиотеки. Рю понятия не имел, чем занимались все эти люди, но выглядели они очень сосредоточенными.

Ровно напротив двери, лицом к ней, сидел полноватый мужчина средних лет с ярко-рыжими, слегка тронутыми сединой волосами. Когда Рю вошел, мужчина тут же поднял на него взгляд и приветственно улыбнулся, обнажая на удивление ровные белые зубы. Это был первый человек в Библиотеке, который проявил к Рю хоть какое-то дружелюбие, и юноша невольно испытал облегчение, увидев эту открытую располагающую улыбку.

– Кто это тут у нас?! –  вместо приветствия воскликнул рыжеволосый мужчина; у него был необычно высокий для такого массивного человека голос. –  Работу ищешь?

– Здравствуйте, почтенный. Да. Меня зовут Рю, я хотел бы наняться в Библиотеку писарем.

Рыжеволосый мужчина прищурился. Он окинул Рю недоверчивым взглядом и без лишних прелюдий спросил:

– Писарем, значит? Грамотный, что ли?

Рю задело такое отношение. Он был одет достаточно богато, чтобы у собеседника не возникло подобных вопросов. Но гиринская внешность, из-за которой его постоянно принимали за варвара-степняка, уже не в первый раз играла с ним злую шутку.

– Конечно, почтенный.

Его собеседник выглядел удивленным, даже заинтригованным.

– Что же, может, у тебя еще и опыт есть? Рекомендации? –  Он снова смерил Рю полным сомнения взглядом.

– Да, я работал в книжной лавке в Парте.

Рыжеволосый мужчина приподнял бровь:

– В Парте, значит? Далеко же тебя занесло! В Парте всего две книжные лавки. Одну держит… впрочем, лучше ты мне скажи, –  мужчина поморщился, –  у кого ты служил, говоришь?

– У Кло… у профессора ван Хольма.

– Допустим. А вторую кто держит?

– Парон… –  Под напором мужчины Рю уже начал сомневаться в собственных знаниях.

– И правда. И что же, раз ты работал у ван Хольма, читал его последний труд? Прекрасная работа по культуре далекого Гирина!

Рю не ожидал, что случайный человек на другом конце Континента может что-то знать о работе Клода.

– Конечно читал. Я… –  Рю замялся на мгновение, но все-таки решил, что признание поможет ему улучшить мнение собеседника о нем. –  Я помогал ему в написании.

– Ты? Помогал? –  Мужчина едва ли не рассмеялся Рю в лицо. –  А я тогда –  личный мемуарист его величества Петера Третьего.

Насмешка мужчины привела Рю в ярость, и ему потребовалось собрать все силы, чтобы не нагрубить собеседнику.

– Дело в том, почтенный, что я сам из Гирина, –  процедил он сквозь зубы. –  Профессор ван Хольм нанял меня для консультаций.

Его собеседник вновь прищурился, будто пытаясь увидеть что-то в лице Рю.

– Как ты сказал тебя зовут? Рю? То есть ты утверждаешь, что ты и есть тот самый Рю Омано?

Рю отшатнулся. В памяти живо возникли образы фигур в черных капюшонах. Они тоже знали его полное имя.

– Откуда вам известен мой род?! –  Рю сорвался на крик и тут же услышал неодобрительный шепот, прокатившийся по рядам работающих в комнате людей.

– Эй-эй, парень, ты чего?! –  Рыжеволосый мужчина примирительно поднял руки. –  В своей книге профессор ван Хольм выражает благодарность своему помощнику Рю Омано и своему доброму другу капитану Альфонсо. Ты не знал?

Рю почувствовал, как краснеет. Ему стало внезапно стыдно за свою резкость, а еще неловко из-за того, что Клод упомянул его в своей книге. А Рю так и не собрался написать ему.

– Наверное, он добавил это позже… –  смущенно пробормотал юноша.

Рыжеволосый мужчина примирительно улыбнулся:

– Так значит, ты из Гирина! Ничего себе! Я-то думал, ты из этих, степных… А ты вон какой, оказывается. Как же тебя занесло в Парасек, Рю Омано?

– Я… эм-м… путешествую. –  Рю понял, что все еще не знает имени своего собеседника.

Тот, судя по всему, тоже это осознал:

– Дерек, Дерек Пурс. Занимаюсь тут приемом новых работников, как ты, наверное, уже понял. –  Дерек протянул Рю большую пухлую руку.

Мужчина все еще не нравился Рю, но все же он пожал его руку и даже попытался изобразить подобие улыбки.

– Путешествуешь, значит? И хочешь быть писарем в Главной библиотеке?

– Я… люблю книги.

– Похвально! Без этого у нас тут никуда, сам понимаешь.

– А откуда вы знаете про книгу Клода? То есть профессора ван Хольма.

– Как откуда, это же Главная библиотека Города библиотек! Все книги, издаваемые на Континенте, попадают сюда, и каждый уважающий себя работник Библиотеки старается их все прочитать. Ну, может, не каждый, но я стараюсь!

Рю взглянул на своего собеседника по-новому. Только сейчас он заметил, что на столе перед Дереком лежит огромный фолиант со сложными чертежами, который мужчина, по всей видимости, читал, когда пришел Рю.

– Но, говорят, в Библиотеке хранятся многие тысячи книг! –  восхищенно выпалил юноша. –  И вы их все прочитали?

Дерек громко и весело рассмеялся, отчего со стороны рабочих столов вновь донеслось злобное бормотание.

– Конечно нет! –  пожал плечами мужчина, отсмеявшись. –  Не думаю, что это вообще возможно. Но новинок появляется не так уж много, и их я просмотреть успеваю. А старые книги… наверстываю понемногу, но ведь и работать еще когда-то надо, таких вот, как ты, принимать. –  Мужчина снова одобрительно улыбнулся Рю и продолжил: –  Так что ты умеешь, мой гиринский гость? Не могу же я тебя нанять только потому, что какой-то ученый упомянул тебя в своем труде.

– Я владею альбийским и роальским, пишу, перевожу. У Клода занимался каталогизацией и описанием книг.

– И все?

– Да, пожалуй. –  Рю потупился. Навыков, не связанных с военным делом, у него было совсем немного.

– Может, науки какие знаешь? Историю там или, может, астрономию?

– Что-то знаю, наверное… Я много читал.

– Хм-м… Да ты не дрейфь! А то я как будто тебя допрашиваю! Для писаря вполне достаточно, да и для младшего библиотекаря. –  Дерек сделал паузу, задумавшись. –  Давай так, я покажу тебя нашему мастеру-библиотекарю, а он там уже определит, чем тебя занять. Тем более ты гиринский знаешь! У нас была, кажется, секция с вашими книгами, но каталогизировать ее совершенно некому. Не профессора же ван Хольма нам просить!

Рю повезло. Дерек, видимо, чувствуя вину за то, как встретил юношу, представил его мастеру-библиотекарю в самом выигрышном свете. Тот же оказался крайне заинтересован в человеке, который был готов каталогизировать или даже переводить небольшое собрание гиринской литературы, хранящееся в Библиотеке. Солнце только-только подбиралось к закату, а юноша уже получил работу и комнату или, скорее, келью на территории Библиотеки.

– Как все замечательно сложилось, согласись? –  поздравил его Тииль, когда вечером Рю, изрядно утомленный, добрался до крохотной, едва вмещающей тюфяк комнатки, где ему теперь предстояло жить.

– Ты имеешь в виду тот момент, когда меня посчитали безграмотным варваром? –  Рю не разделял энтузиазм своего компаньона.

– Ой, да ладно тебе, он даже вел себя почти прилично. Не принимай близко к сердцу.

– Тебе легко говорить…

– Ты думаешь, ко мне никогда не относились предвзято из-за того, что я дух?

Рю удивленно посмотрел на Тииля.

– Да-да, не надо так смотреть, были времена, когда в некоторых государствах духов даже на порог не пускали.

Тииль пустился в длинный рассказ о том, как в одном из государств, которые тогда существовали на Континенте, монарх издал указ, согласно которому все духи считались порождением злых сил и любой, кто вступал с ними в контакт, должен был подвергнуться суровому наказанию вплоть до казни.

– Конечно, после этого королевство долго не протянуло, соседи быстро смекнули, что волшебники и ведьмы дадут их армиям преимущество, и растащили его земли.

Рю было сложно представить себе такой мир и еще сложнее поверить в то, что он когда-то существовал. Но и сомневаться в правдивости рассказа духа причин у него не было.

– Наверное, жить в таком мире было интереснее…

– Если риск быть испепеленным огромным сгустком огня или превращенным в жабу кажется тебе интересным, то да, конечно. Поверь мне, ваш мир стал куда спокойнее и даже, как ни странно, добрее после того, как Оманоске закрыл Врата.

– Добрее?

– Да. У ваших злодеев сразу стало меньше возможностей. Наверное, поэтому они и грезят до сих пор о том, чтобы вернуть былые времена. –  Тииль поморщился.

– Наверное…

Довольно быстро жизнь Рю в Главной библиотеке встала в колею. Днем он занимался каталогизацией и описанием книг на гиринском, собранных в небольшом, отдельно стоящем здании, спрятанном в самой дальней части территории Библиотеки, а вечером отправлялся в другие хранилища в поисках информации об Оманоске и Вратах. Здешние работники не особо интересовались Рю или природой его исследований, будучи погруженными в собственные изыскания. Разве что Дерек иногда подсаживался к нему во время обеда в общей столовой, чтобы поинтересоваться, как идут дела. Рю никак не мог понять, было ли Дереку правда интересно, как он устроился в Библиотеке, или это было частью его служебных обязанностей.

Поиски не задались с самого начала. Рю уже прошерстил весь отдел истории и переключился на легенды и сказания, но нигде не находил даже упоминания об Оманоске, Вратах или подозрительных культах, помешанных на духах. Каждый раз, найдя книгу о тех временах, юноша надеялся, что обнаружит в ней какую-то зацепку, и всякий раз его ждало разочарование. Даже спустя несколько недель он так и не узнал ничего нового.

Тем временем зима постепенно отступала. Солнце все чаще показывалось из-за облаков, лужи замерзали только ночью, а по утрам Рю просыпался от громкого щебета птиц за окном. На улице запахло весной.

Одним особенно солнечным утром Рю, как обычно, сидел над книгами в хранилище гиринской литературы. Перед ним лежал «Трактат о добродетелях благородной леди», где детально описывались все те многочисленные правила и ритуалы, которым должна была следовать гиринская дворянка. Уже третий день юноша описывал содержание этой книги, то и дело обнаруживая, что задремал прямо посреди чтения, разморенный теплом солнца и невыносимо скучным содержанием трактата.

Вдруг скрипнула входная дверь, и краем глаза Рю заметил движение. Он с удивлением –  в эту часть Библиотеки почти никогда никто не забирался –  поднял глаза и увидел перед собой молодую темноволосую девушку в одежде работника Библиотеки. Девушка оглядывала помещение, явно не понимая, где находится. Наконец ее взгляд упал на Рю, и незнакомка издала вздох облегчения:

– Ох, здравствуйте! Слава богу, здесь кто-то есть! Я совершенно заблудилась.

У девушки был приятный мелодичный голос, и она широко и дружелюбно, хоть и немного смущенно, улыбалась Рю. Юноша не смог не отметить ее красоту: роскошные, слегка вьющиеся волосы с необычным медным отливом, маленькие, но пухлые губы, чуть курносый нос и огромные голубые глаза. Рю еще никогда не доводилось видеть людей с настолько ярким цветом глаз. Сам не понимая почему, Рю мгновенно почувствовал к девушке расположение и захотел помочь.

Рю понял, что уже несколько секунд пристально разглядывает незнакомку, и, смутившись, быстро отвел взгляд.

– Это хранилище гиринской литературы.

– Гиринской? –  Девушка недоуменно захлопала ресницами. –  Но я шла в отдел истории…

– Боюсь, это совсем в другой стороне. Если хотите, я могу проводить вас туда. –  Рю сам не понял, почему предложил это. Но что-то в незнакомке вызывало у него острое желание провести с ней больше времени.

– Ох, вы слишком добры! Но это было бы прекрасно, я совсем недавно тут работаю и совсем не ориентируюсь. Вечно теряюсь. –  Девушка снова обезоруживающе улыбнулась.

– Хорошо, пойдемте. –  Рю поднялся со своего места, трактат о благородных леди мог и подождать.

– Спасибо вам огромное! Вы просто спасаете меня. Кстати, меня зовут Камилла, я позавчера начала тут работать писарем.

– Рю.

– Какое необычное имя. И внешность у вас тоже необычная. Вы, наверное, издалека.

– Из Гирина.

– Так вот почему вы обитаете в хранилище гиринской литературы! Я так удивилась. Вы давно здесь?

– Здесь?

– Ну, не в Гирине, я имею в виду.

– Несколько лет.

– И вы так хорошо говорите на роальском! Я бы тоже хотела говорить на иноземном языке…

Рю внезапно захотелось предложить этой совершенно незнакомой ему девушке научить ее гиринскому или альбийскому, но он остановил себя буквально за секунду до того, как слова вылетели у него изо рта. Это звучало бы странно.

Тем временем они погрузились в лабиринт переулков Библиотеки, в которых Рю уже научился неплохо ориентироваться. Отдел истории находился в центральной части комплекса, недалеко от главного здания, и по этой сети переходов идти до него было минут десять. Удивительно, как Камилла вообще забрела так далеко от основных зданий Библиотеки.

Некоторое время они молчали, и Рю незаметно разглядывал девушку. Она шла легкой походкой, и ее бедра плавно покачивались в такт шагам. Форменная одежда выгодно подчеркивала ее фигуру, несмотря на наброшенный поверх плотный плащ. Юноша едва мог оторвать от Камиллы взгляд, чего с ним раньше никогда не случалось.

– А в Библиотеке вы давно? –  Голос девушки оторвал Рю от размышлений о ее красоте.

– Нет.

– Но явно дольше, чем я. Вы так хорошо здесь ориентируетесь, Рю.

Почему-то Рю очень понравилось, как она произносит его имя.

– Вы скоро тоже тут все запомните.

– Надеюсь, вы правы.

Разговор снова сошел на нет. Рю очень хотелось его продолжить, но он сомневался, что Камилле будет интересно что-то из того, о чем он мог ей рассказать, и он так и шел молча, стараясь не пялиться на девушку слишком откровенно. Впрочем, Камилла или не замечала его взглядов, или нисколько им не смущалась.

Так, в тишине, нарушаемой лишь звуками их собственных шагов, они и дошли до отдела истории.

– Мы пришли.

– Да? Уже? Я думала, мы еще с вами прогуляемся. Спасибо вам огромное, вы меня просто спасли.

– Что вы…

– Надеюсь, мы еще увидимся, Рю! –  Камилла одарила его лучезарной улыбкой и поспешила ко входу в отдел истории.

– Я… я тоже.

На обратном пути Рю то и дело вспоминал прощальную улыбку Камиллы и почему-то сам разулыбался. Он правда надеялся встретиться с ней снова.

Спустя еще несколько дней Рю наконец-то повезло. Копаясь в пыльных свитках в темном и пустынном дополнительном здании хранилища легенд, он нашел что-то, что могло помочь ему в раскрытии стоявшей перед ним загадки. Пользуясь тем, что в помещении, кроме него, никого не было, юноша тут же позвал Тииля.

– Ты что-то нашел? –  с ходу поинтересовался дух, материализуясь в комнате.

– Кажется, да. Смотри! Тут, похоже, древнегиринский, я мало что могу разобрать, но я вижу имя Оманоске. Осталось только придумать, как это перевести.

– Дай-ка мне. –  Тииль аккуратно подцепил свиток двумя пальцами и поднес к лицу.

Какое-то время дух с интересом разглядывал текст, заставляя Рю нервно ерзать на стуле от любопытства.

– Ты прав, это древнегиринский, –  наконец сказал Тииль, глядя на юношу поверх пергамента, –  и здесь действительно есть кое-что полезное.

– Ты можешь его прочитать?

Дух рассмеялся:

– Конечно. Я жил в вашей стране, когда в ходу был именно этот язык, забыл?

Рю потупился, смущенный тем, что сам до этого не додумался.

– Так вот, перевожу. Когда Оманоске –  даже не Великий, какое недопустимое пренебрежение! –  закрыл дорогу, что соединяла мир людей с миром великих сущностей бла-бла-бла… Так, нашел. Оманоске разделил свою силу между двумя своими отпрысками, сыном и дочерью, чтобы никто из них не мог самостоятельно открыть Врата между мирами. Таким образом Великий –  наконец-то! –  создал условия, осложнившие повторное открытие дороги между мирами… Мне кажется или это самый унылый текст, какой мы тут только находили?

– Ты просто не читал «Трактат о добродетелях благородной леди», –  буркнул Рю, который только сегодня наконец разобрался с этой книгой.

– Это была фигура речи. Ну да ладно, забудь. Читаю дальше. Таким образом, для того чтобы вновь впустить великие сущности… Опять это, лестно, конечно, но какая же глупость! Так вот, чтобы вновь впустить в мир людей великие сущности, нужно не менее двух потомков Оманоске, которые добровольно объединят силы для этого свершения.

– Кажется, автор не одобряет поступок Оманоске…

– Не удивительно! В те годы большинство из тех, кого вообще спрашивали, были против закрытия Врат. Союзы с духами давали им силу и возможности, а Оманоске разом отнял у них все преимущества. Естественно, они были не рады.

– А почему тогда он так поступил?

– Потому что было много тех, кого не спрашивали. –  Взгляд Тииля был устремлен куда-то в пустоту, будто в прошлое. –  Все эти «мудрые правители» и «великие волшебники» были готовы на очень-очень многое ради получения и сохранения своих возможностей. Ты знал, что некоторые демоны требовали человеческих жертв?

– Что?! –  Сама мысль повергла Рю в ужас.

– Видишь, тебя это удивляет. А тогда для дворянина, не обделенного духовной силой, вроде тебя, было совершенно нормальным зарезать пару своих слуг, как скот, чтобы его покровитель дал ему больше возможностей, больше власти. Неужели в ваших книгах об этом не пишут?

– Пишут, но я всегда думал, что это страшные сказки, чтобы пугать детей и внушать им скромность и смирение. Будешь плохо себя вести, и тебя съест злой демон –  и всякое такое.

Тииль недобро усмехнулся:

– Такое, кстати, тоже случалось. Правда, я сомневаюсь, что демоны проверяли, как вел себя ребенок, прежде чем его есть.

У Рю по спине пробежал холодок. Мотивы Оманоске вдруг стали ему кристально ясны.

– Я вижу, теперь ты понимаешь. Продолжим. –  Тииль вновь углубился в чтение свитка. –  Чтобы еще больше уменьшить вероятность того, что его потомки объединятся, желая открыть Врата, Оманоске вместе с сыном уехал на другой конец мира, как можно дальше от места, где Врата были закрыты, ведь и открыть их можно только там. Интересно…

– Ты знаешь, где это?

– Приблизительно. За эти годы география Континента порядком изменилась. Мне кажется, сейчас это место находится где-то в степях, но я не уверен. Там и тогда-то ничего не было, и Великий долго его искал.

– Что в нем такого особенного?

– Понятия не имею! И не думаю, что мы найдем какую-то информацию об этом, только сам Оманоске знал ответ на этот вопрос.

– Мне казалось, ты был его близким союзником. Он не делился с тобой своими мыслями?

– Нет. –  Рю показалось, что это до сих пор расстраивает Тииля. –  Но не только со мной, Великий вообще никому ни о чем не рассказывал. Он боялся, что наше дело предадут, и поэтому многое держал в секрете. Я не думаю, что даже его сын, твой предок, до конца понимал происходящее.

– Значит, я потомок сына Оманоске? А что же его дочь? Она осталась на Континенте?

– Да. Когда Врата были закрыты, Оманоске решил вернуться на родину, в Гирин, и его сын отправился вместе с ним. А его дочь, Мира, к тому моменту уже вышла замуж и осталась с новой семьей.

– Интересно, как сложилась ее судьба?

– Это мне неизвестно. Но у нее и ее потомков тоже был дух-хранитель, хотя и не такой замечательный, как у тебя.

Рю хихикнул.

– Ты не согласен? –  В голосе Тииля звучала напускная обида.

– Да что ты! У меня самый лучший дух-хранитель в мире, –  ответил Рю со смешком.

– То-то же. В любом случае здесь, –  дух потряс свитком, –  ловить больше нечего, дальше автор переходит к каким-то глупостям о природе связи между духами и людьми, и я тебя уверяю, его бредни не имеют ничего общего с действительностью.

Рю забрал свиток из рук Тииля и аккуратно убрал его обратно на полку.

– Знаешь, что интересно? –  продолжил тем временем дух.

– Что?

– А знают ли твои преследователи о том, что им нужно два потомка?

Вопрос повис в воздухе. Ни у одного из них не было на него ответа.

Весна окончательно вступила в свои права, и днем на улице уже можно было гулять без теплого плаща. То тут, то там начали пробиваться крохотные зеленые всходы, а почки на немногочисленных деревьях, росших на территории Библиотеки, начали набухать, готовясь выпустить наружу молодую листву.

Рю сидел в столовой, задумчиво ковыряя картофельную зажарку, которую подавали на обед. Сегодня Дерек решил не разделять с ним трапезу, и у Рю была возможность подумать в одиночестве.

Вдруг откуда-то из-за спины его окликнул смутно знакомый женский голос:

– Рю! Какая приятная встреча!

Рю резко обернулся, едва не поперхнувшись едой. В нескольких метрах от него с миской в руках стояла Камилла и ослепительно улыбалась.

– Здравствуйте… –  Рю понял, что мямлит, но ничего не мог с собой поделать. Впрочем, девушка этого будто не заметила.

– Вы не против, если я посижу с вами? –  Рю кивнул, еще более смущенный, и через мгновение Камилла уже устроилась напротив него за длинным деревянным столом, все так же лучезарно улыбаясь.

– Такая приятная встреча! А то вроде и работаем в одном месте, а совсем не пересекаемся. Мастер-библиотекарь загоняет вас в самые дальние углы. Вам не грустно там совсем одному?

– Нет, я предпочитаю одиночество…

На лице девушки отразилось смятение:

– Ой, я вам мешаю?

– Нет, что вы, все в порядке. Приятного аппетита.

Рю бросил быстрый взгляд на Камиллу и снова уставился в свою тарелку. Ему очень не хотелось, чтобы девушка уходила.

– Спасибо! И вам!

Повисло неловкое молчание. Рю изо всех сил старался делать вид, что занят едой, но в присутствии Камиллы ему кусок не лез в горло. Он чувствовал на себе ее взгляд и хотел одновременно ответить на него и провалиться сквозь землю. Ему еще не доводилось испытывать ничего подобного, и это одновременно пугало и смущало.

– Рю… –  начала было Камилла, но замялась, вынуждая юношу поднять взгляд.

– Да? –  выдавил он с трудом.

– Вы не против, если я буду обращаться к вам не так официально? Неловко выходит… –  Девушка потупилась, часто моргая.

– Хорошо… да-да, если вы… ты так хочешь… –  Рю поспешил заткнуться, пока не ляпнул лишнего.

– Спасибо! –  тут же оживилась девушка. –  Я так рада, что у меня теперь есть друг в Библиотеке. А то мне было так одиноко…

– Я думал, у такой, как вы… ты, везде много друзей, –  пробормотал Рю.

– Такой, как я?

Рю понял, что сморозил глупость, но отступать было некуда. Собрав всю волю в кулак, он все же смог сказать то, о чем думал с первой встречи с Камиллой:

– У такой красивой девушки…

Рю почувствовал, что краснеет, и поспешил опустить голову, вновь уткнувшись взглядом в картофельную зажарку. К его удивлению, Камилла засмеялась. У нее был приятный мелодичный смех, от звука которого сердце Рю забилось чаще. Но тут же в голову пришла предательская мысль, что девушка смеется над ним, над тем, как глупо он сейчас выглядит, и Рю невольно задержал дыхание, страшась того, что она сделает дальше.

– Это так мило! Спасибо! –  Камилла, кажется, заметила смятение Рю и поспешила добавить: –  Прости, что я рассмеялась, просто ты меня смутил. Не такая уж я и красивая, самая обычная.

– Нет, ты правда очень красивая, –  с трудом выдавил Рю, все так же буравя взглядом тарелку. Но в глубине души он ликовал: Камилла не сочла его глупцом.

– Спасибо. –  Девушка снова мелодично засмеялась. –  Мне очень приятно, что ты так думаешь.

Они какое-то время ели молча, а потом Камилла спросила:

– Как твоя работа? Нашел что-нибудь интересное в хранилище гиринской литературы?

Тогда Рю рассказал ей про свои злоключения с «Трактатом о добродетелях благородной леди» и о других книгах, которые нашел за последнее время. Камилла слушала с интересом, задавала вопросы по существу, и Рю постепенно расслабился. Ему нравилось, что такая красивая девушка интересуется им и его работой. В Камилле было что-то магнетическое, что заставляло его сердце трепетать каждый раз, когда она обращалась к нему по имени или смотрела в глаза. Увлеченные беседой, они просидели в столовой куда дольше положенного. Вдруг Камилла подскочила на месте как ужаленная и воскликнула:

– Ох, ты слышал?! Часы на главной башне пробили полдень! –  Рю не слышал ничего, кроме голоса девушки. –  Я уже давно должна быть на своем посту. Но мне так понравилось с тобой разговаривать, давай завтра снова вместе пообедаем?

– Да, конечно! –  Рю тоже очень понравилось разговаривать с Камиллой, но сказать этого вслух он не мог.

– Замечательно. Ну, я побежала!

И девушка стремглав бросилась вон из столовой, оставляя Рю в одиночестве в опустевшем помещении.

Однако образ Камиллы не покидал его. До конца дня Рю не мог сосредоточиться ни на работе, ни на своих поисках, то и дело в мыслях возвращаясь к разговору с девушкой, ее улыбке, глазам и мелодичному смеху. Она посетила его и во сне, где их отношения зашли так далеко, что, проснувшись утром, Рю еще долго не мог отойти от переживаний и краснел каждый раз, когда картинки из сна всплывали у него перед глазами.

С того дня Рю каждый раз обедал с Камиллой. Однажды к ним присоединился Дерек, но от Рю не укрылось, что ему почему-то было некомфортно в их обществе, и с тех пор рыжеволосый мужчина больше к ним не подсаживался. Спустя несколько дней Рю поймал себя на мысли, что с самого момента, когда Камилла уходит обратно на работу, он только и думает о том, как они встретятся снова. Ему требовалось каждый раз совершать усилие, чтобы отвлечься от мыслей о девушке и вернуться к делам. Это не укрылось и от Тииля, который не упустил возможности поинтересоваться, что же делает его подопечного таким рассеянным. Рю пытался было уйти от ответа, но провести духа оказалось невозможно.

– Неужели ты встретил девушку, которая тебе приглянулась? –  Тииль глядел на Рю, подозрительно прищурившись.

– Ну…

– Точно! И что же ты сразу не сказал, это же замечательно!

– Ты так считаешь?

– Конечно! Вообще-то, в твоем возрасте это совершенно нормально, я даже переживал, что ты безразличен к женскому полу.

– А надо было вести себя, как ты с Элизабет? –  фыркнул Рю, которого несколько раздражало снисходительное отношение духа.

– Да что ты сразу начинаешь?! Нет, это было со всех сторон неправильно. Но в нормальной здоровой романтике однозначно нет ничего плохого. Для вас, людей, это очень полезно.

Рю только фыркнул и снова уткнулся в книгу, всем своим видом демонстрируя, что занят работой. Но про себя невольно подумал: неужели дух прав, и те чувства, которые в нем пробуждает Камилла, –  это любовь?

Мысли о Камилле, однако, не помешали Рю сделать прорыв в своем расследовании. В очередной раз изучая структуру Библиотеки, он наткнулся на информацию о крохотном разделе истории тайных обществ, занимающем всего две полки в хранилище тематической литературы. Среди кучи странных произведений об организациях, стремящихся захватить мир или создать управляющую людьми машину, Рю под руку попалась тоненькая брошюрка, озаглавленная «Манифест Разрушителей Врат». Название привлекло его внимание, и юноша тут же принялся за чтение.

«Мы –  наследники и продолжатели дела Миры Великой, –  гласил манифест, –  мы храним ее потомков и их дар».

– Тииль! –  позвал Рю, убедившись, что кроме него в этой части библиотеки никого нет.

– Да? –  Дух возник рядом почти мгновенно.

– Мира –  так ведь звали дочь Оманоске?

– Да. –  Рю услышал в голосе духа нотки беспокойства.

– Смотри! –  Юноша ткнул пальцем в лежавшую перед ним раскрытую книгу.

Тиилю хватило нескольких секунд, чтобы прочитать первые строки. Его лицо помрачнело, но голос, когда он заговорил, звучал скорее грустно:

– Эх, Мира, Мира, что же ты наделала…

– Ты знал ее?

– Да, немного. Оманоске не одобрял общение своих детей с духами. Он хотел, чтобы они стали первыми вестниками нового мира. Но Мира всегда интересовалась нашим миром и противилась отцу.

– Они не ладили? –  Рю вспомнил своего отца, его жесткость и бескомпромиссность, и задумался, не вел ли Оманоске себя так же со своей дочерью.

– Да. В том числе и поэтому она осталась здесь и вышла замуж. Это был ее главный бунт, так я думал.

– А сейчас выходит, что она решила пойти против его воли, да? И разрушить Врата?

– Выходит, что так. –  Тииль тяжело вздохнул. –  Не думаю, что Великий мог предположить, что его собственная дочь способна зайти так далеко.

– Но если Мира создала эту организацию, значит, у них уже есть один наследник Оманоске… –  Последствия этого открытия обрушились на Рю, как удар.

– Видимо, да. Давай читать дальше, может быть, там есть подробности.

Тииль оказался прав. Манифест рассказывал о том, что у Разрушителей Врат две задачи: сохранять и поддерживать род Миры, растить всех ее потомков внутри организации и в ее традициях, а также неустанно вести поиск второго наследника силы Оманоске, чтобы вместе они наконец смогли разрушить Врата. При этом, к немалому удивлению Рю и Тииля, текст почти не содержал информации о том, почему Врата должны быть разрушены. Книга обещала последователям культа великие силы и власть, но не содержала ни слова о мире духов.

– Но ведь ты говорил, что то, что преследует меня во снах, –  это какой-то сильный дух? –  удивился Рю. –  Значит, на их стороне есть духи.

– Все это очень странно… Возможно, не все члены организации знают о духах, большинство просто привлекают обещаниями небывалых возможностей или даже растят внутри культа, как следует запудривая мозги.

– Я читал о таком… В Гирине одно время была известна секта, последователи которой верили, будто Император потерял благоволение богов и должен быть свергнут. Рядовые члены секты думали, что их лидер –  посланник высших сил, а он оказался незаконнорожденным братом Императора, который просто хотел усесться на трон. А здесь, получается, наоборот.

– Думаю, да. –  Тииль сделал паузу. –  Чем больше мы узнаем об этой организации, тем меньше мне все это нравится. Если она существует со времен Миры… Эти люди не остановятся ни перед чем. А ты, получается, приплыл прямо к ним в руки.

Рю вздрогнул. Хотя Тииль и озвучил то, что юноша прекрасно понимал и сам, будучи высказанной вслух, эта мысль вдруг стала куда страшнее. Он плыл на Континент в поисках новой жизни, а оказался на территории загадочного культа, который уже тысячу лет искал человека, подобного ему. И Рю прекрасно понимал, что в их плане ему, скорее всего, уготована роль той самой человеческой жертвы, о которой упоминал Тииль.

Дух почувствовал страх Рю и попытался разрядить обстановку:

– С другой стороны, в таком случае нам будет проще их остановить.

– Как ты себе это представляешь?

– Ты можешь втереться к ним в доверие, например. И разрушить их организацию изнутри.

– Не думаю, что смогу…

– Но кто, если не ты?

Слова духа не сильно обнадеживали, но Рю понимал, что он, как всегда, прав.

На следующий день даже во время обеда с Камиллой Рю не мог перестать думать о том, что узнал из Манифеста. Тревожные мысли, страхи и сомнения не давали ему расслабиться, он почти не спал этой ночью и даже сейчас ощущал напряжение, сковывающее тело и разум. Его состояние не укрылось от Камиллы, и девушка, когда они закончили есть, вдруг выскочила из-за стола, подошла к Рю почти вплотную и спросила:

– Рю, а ты не хотел бы прогуляться со мной? Там такая хорошая погода…

Рю посмотрел в открытое окно, за которым уже сияли ярко-зеленым молодые листочки и на все голоса пели птицы. Несмотря на тревогу, перспектива погулять с прекрасной Камиллой среди оживающей природы показалась ему невероятно привлекательной.

– Да, пойдем, –  сказал он, поднимаясь, и покорно последовал за девушкой, танцующей походкой двинувшейся к выходу.

Идя рядом с Камиллой, Рю не мог не обратить внимания на то, как ее красивые покатые бедра раскачиваются из стороны в сторону, как колышется в такт ходьбе ее грудь, четко вырисовывающаяся под платьем. Его сознание заполнили образы из снов, что снились ему почти каждую ночь, и он почувствовал знакомую тяжесть внизу живота. Рю резко остановился, устыдившись своих фантазий, и отвернулся от девушки и ее прекрасных соблазнительных форм.

– Что-то не так? –  Голос Камиллы звучал озабоченно, она тоже остановилась и пристально посмотрела на юношу.

– Все… все в порядке. Пойдем.

Девушка кивнула, хотя на ее лице читалось недоумение, и снова двинулась вперед.

– Не хочешь пойти в Сад размышлений? Там так красиво.

– Я не против. –  Рю все еще не мог побороть непристойные мысли и то, как на них реагировало его тело.

Садом размышлений называлась небольшая роща в самом сердце Библиотеки. Туда работники приходили уединиться в тишине, подумать, помолиться или просто отдохнуть под сенью небольших деревьев. Дерек рассказывал Рю об этом месте, но сам юноша еще ни разу там не был. Поэтому ему ничего не оставалось, кроме как следовать за Камиллой и стараться побороть все нарастающее желание прикоснуться к ней.

Путь к Саду шел через множество узких проходов, петляющих между зданиями Библиотеки. В одном из них было так тесно, что идти плечом к плечу оказывалось почти невозможно. Рю хотел сначала отстать, пропуская девушку вперед, чтобы не оказаться к ней слишком близко, не чувствовать тепло ее тела, которое лишь больше распаляло его фантазию. Но вместо того, чтобы пойти первой, девушка вдруг сделала шажок в сторону Рю, отчего их плечи и руки соприкоснулись, пуская волну жара по всему телу юноши. Пальцы Камиллы осторожно и нежно коснулись его пальцев, и она взяла его руку в свою. Ее ладонь, такая теплая и нежная, коснулась его ладони, и Рю, потрясенный тем, что Камилла разделила его чувства, резко остановился, тяжело дыша от нахлынувших ощущений.

Девушка истолковала его поведение иначе и отстранилась, убирая руку.

– Извини, –  тихо сказала она, потупившись, –  я, кажется, все не так поняла.

Рю в ужасе посмотрел на девушку. Ее слова и ее расстроенный вид причинили ему почти физическую боль. Ему не хотелось, чтобы она грустила. И ему не хотелось, чтобы она отстранялась.

Повинуясь инстинктам, о существовании которых он даже не подозревал, Рю сделал шаг к Камилле и быстрым, но аккуратным движением притянул ее к себе, заключая в объятия. От нее пахло книгами и немного мятой. Рю показалось, что он никогда не ощущал запаха приятнее.

– Ты все так поняла, –  прошептал он ей на ухо.

Его сердце билось так часто, что стало тяжело дышать, но он должен был это сказать.

Камилла ничего не ответила, а только молча опустила голову ему на грудь.