В феврале фотоловушка сработала на бобра, несущего ветку. Я обратила внимание на хвост – он был нормальный, длинный. У Куцего хвостик коротенький, как детский совочек, а у этого (или у этой – бобры так устроены, что трудно понять, кто из них самец, а кто самка) – как нормальная лопата. Следом появился Куцый. И последние сомнения развеялись, когда в кадр попали оба бобра, встретившиеся на тропе, по которой они таскали дубовые ветки. По какой-то причине второй бобр не показывался до февраля, сидел в норе и грыз кору с веток, принесенных Куцым. Как мило. Куцый и Длиннохвостая – так я назвала обитателей озера Харламово.

Откуда взялась Длиннохвостая? Можно предположить, что, обосновавшись на озере, Куцый принялся метить территорию, сообщая о себе информацию, вроде той, что люди размещают на сайтах знакомств: «Молодой бобр ищет бобриху для серьезных отношений». Мимо проплывала юная самка, унюхала метку и решилась на знакомство…

Знакомство для долгой совместной жизни в горе и в радости, для выращивания детей, сидения всю зиму в темной хатке, слаженной работы по возведению плотин и рытью каналов – очень серьезное дело. Неудивительно, что бобр не поведет в свою хатку первую попавшуюся бобриху (как и бобриха не пойдет за первым попавшимся бобром). Ученые пишут, что, когда бобров отлавливали для дальнейшего расселения и требовалось составить пары, это оказалось нелегкой задачей. Трудно сказать, по какому принципу бобры выбирают себе спутников жизни – по запаху, по внешнему виду или как-то еще. Зоологам пришлось сажать бобров попарно в клетки с решетчатой перегородкой посередине. Если бобры ложились спать рядом и общались через решетку, то решетку убирали, чтобы они могли продолжить знакомство. Если же бобры не проявляли интереса друг к другу, спали в разных частях клетки или даже шипели друг на друга, составить из них пару было невозможно. Принцип «стерпится – слюбится» у бобров не работает.