Если бы где-нибудь на берегу озера Харламово бобр Куцый с секачом Лосеногим разговорились на тему семейной жизни, не поняли бы друг друга, как семьянин не понимает заядлого холостяка. Лосеногий, скорее всего, никогда не знал своего отца и на взрослых секачей в детстве смотрел с опаской. Куцый же помнит отцовскую ласку и знает, что нормальные бобры живут семьями и создают пары на всю жизнь. Бобровая семья – мама, папа, старшие и младшие дети.

В одиночестве бобр тоскует, всё ему не в радость. Не то что самодостаточный секач Лосеногий, с наслаждением трущийся о сосну. Хочет – пойдет навестить стадо, надоест – уйдет, заляжет где-нибудь под дубом один, вытянет ноги. Нет, бобр так не может. У них отношения всерьез. Бобру нужен другой бобр, родная душа.

Кабанихи со своими мохнорылыми детьми ходят по дубраве туда-сюда, объединяются с сестрами и другими родственницами, образуя большие шумные стада. Свою территорию спокойно делят с другими кабанами. Сколько их приходило на озеро Харламово рыть стрелолист, купаться на илистых отмелях! Черная и Тетя со своими поросятами, Толстая с девочками… Ходят одними тропами, чешутся об одни деревья-чесалки. Земля общая – не жалко. Земля богатая, много желудей родит, на всех хватит.

Не таковы бобры. Семью свою любят нежно, но чужих бобров со своей территории гоняют, кусают за хвост острыми зубищами. Недаром есть поговорка: «Бобры добры до своих бобрят».