Весенний праздник – проталин больше, чем снега, в прозрачных лужах плавают шишки, ночами кричат совы. Хоть зима была мягкая, короткая, но приятно и легко идти по голой земле, по зеленому мху и прошлогодней траве, в которой уже оживают насекомые.

В конторе заповедника отмечают 8 Марта – весенний праздник, женский праздник. В лесу это особенно актуально, ведь удары зимы приходились в первую очередь по лесным мохнатым матерям, которым надо не только самим выжить, но и сохранить потомство – главную свою драгоценность, смысл жизни. Скоро они смогут расслабиться на солнышке и нюхать цветочки. Но недолго – лишь завершится один годовой круг, как начнется другой. Снова роды, выводок пищащих младенцев, кормление, защита, воспитание…

Зимой им труднее всего, особенно матерям-одиночкам, например – самкам лосей. Лось рогатый осенью приходил, стонал, ревел страстно. Не давал прохода. Но осыпались листья, лось-самец сбросил ненужные уже ветвистые рога и ушел. Оставил беременную с двумя-тремя детьми, под пристальными взглядами волчьей стаи. Иногда лоси зимой собираются в стада, но чаще ходят маленькими семьями – мамки с детьми. Бродят по ивнякам и задумчиво жуют ветки. Долго стоят на месте, прислушиваются, приглядываются. Если вспугнуть – молча убегают. Спят на голом снегу, в любой момент готовые вскочить и бежать. Спокойные, покорные. Как есть корова с телком.

Снег растаял, и стало видно, сколько по лесу разбросано лосиных костей. Лосята-сеголетки всю зиму служили кормом для большой волчьей семьи. Далеко не всем лосиным матерям удалось сохранить детей в таком опасном соседстве.

Кажется, волчице-матери повезло в жизни больше. Ее шестеро детей воспитываются в полной семье – при них отец и кто-то из волчат прошлогоднего помета. Но чтобы прокормить большую семью, надо постоянно рисковать, ходить по краю. Нельзя же кормить детей осиновой корой и сосновой хвоей, как это делает лосиха. А у той же лосихи крепкие копыта, от которых не всегда удается увернуться и матерому волку. Дни и ночи – голод, беготня. То брюхо набито до отрыжки, то желудок прилипает к позвоночнику и уже рада пойманной бурозубке. А только выйдешь из заповедника – люди хватаются за ружье. Волки разбегаются по округе в надежде поживиться кем-нибудь, а на закате воют – собирают семью. Все ли вернутся с опасного промысла?

Может быть, волчиха-мать и завидует самке кабана: семья неприхотлива, довольствуется прошлогодними желудями, мяса каждый день на обед не требует. Кабанихи общительны и сбиваются в одно дружное стадо под предводительством самой старшей, опытной и сильной самки. Самка-вожак – бабушка и мать, ее слушаются поросята-сеголетки, старшие дочери и их дети. Вместе теплее, веселее, спокойнее делать главное женское дело – растить потомство. Каждая кабаниха – мать-героиня. Волк еще подумает, стоит ли соваться в кабанье стадо; разве только отстанет кто-то из поросят, отбежит в сторону, любопытный, непослушный… Ну и что, что секач изредка наведывается к самкам. Они дамы самостоятельные, сильные, боевые. Кабаниха может и тропу в снегу проложить, и дать отпор обидчику.

И все же – изматывает зима. Долгие темные ночи, мерзлая земля, вязкий снег, неуютный голый лес, опасный тонкий лед на реке. Голод, тревожность, накапливающаяся усталость.

В солнечный мартовский день, когда сходит последний снег и текут ручьи, я радуюсь за перезимовавших лесных обитателей. А особенно – за лесных женщин, героических звериных матерей, всю зиму отвоевывающих своих детей у жестокого естественного отбора.

С праздником весны, сестры наши меньшие! С каждым днем будет теплее, светлее. Самое тяжелое позади.