На работе я просматриваю фото- и видеоматериалы, отснятые камерами. Каждый видеоролик, в котором фигурирует кабан, должен быть занесен в базу данных. Я определяю число кабанов в кадре, их пол и возраст, чем кабаны занимаются. Занимаются они, как правило, чесанием о дерево. Они мне уже снятся – чешущиеся, пихающиеся, смешно сидящие на попе… В какой-то момент я замечаю, что начинаю узнавать их в лицо. Не всех – кабаны довольно-таки похожи друг на друга. Но есть знакомцы, которые весьма отличаются от других,

Мой приятель-зоолог работает с китами. Он рассказывал, что они с коллегами фотографировали ту часть кита, которая появляется на поверхности, и сравнивали со снимками, имеющимися в каталоге. У китов появляются шрамы от всяких жизненных перипетий и пятна – весьма индивидуальные, от отвалившихся «китовых вшей», которые не вши на самом деле, а ракообразные, паразитирующие на теле кита. Каждому киту можно сделать паспорт с фотографией, где вместо лица будет хвост.

Кит живет долго, очень долго. Как человек, если не дольше. А кабан мало. Как собака.

Ходят по лесу кабаны, такие красивые – и никем не замеченные, никто ими ни разу не восхитился, никто не посмеялся над их хвостами и рылами. Одна я пристала к нашим заповедным кабанам, как вошь к киту.

Я делаю каталог изображений кабанов в разных ракурсах, вырезая кадры из видео. Кабан подходит к чесалке справа, вытягивая рыло. Щелк! Теперь подходит слева… Кабан в профиль, кабан в фас. Очень удачно, что все кабаны у чесального дерева ведут себя одинаково, это дает возможность их сравнить. В специальной программе измеряю длину головы, тела, ног, хвоста…

Когда долго смотришь на кабаний хвост – становится смешно.

Длинный хвост с кисточкой – смешно.

Короткий и толстый, без кисти, – еще смешнее.

Длинный и тонкий, как веревка, – от смеха чуть со стула не упала. Прости, кабан!