Марго вернулась домой рано. У Петровских было, как всегда, здорово – весело, вкусно, гостеприимно. Но непонятная тревога не давала расслабиться.

– Неужели из-за Артема? – произнесла она вслух, поднимаясь на второй этаж. Ведь ничего не закончено, и я могу с ним встретиться в любую минуту. Что это со мной?

Она взглянула на себя в большое зеркало и, отметив, что выглядит шикарно, начала раздеваться. За открытым окном шумел летний дождь. Марго вдохнула влажный воздух. Стало грустно. Немного устала, хотя от чего? Наверное, прошлая бессонная ночь дает о себе знать. Быстрее в душ и спать. Завтра буду думать об Артеме и обо всем, что волнует.

Любимый запах геля с ароматом розы, теплая вода, нежно струящаяся по телу, расслабили и успокоили. Немного крема на тело, и вдруг она почувствовала небольшое уплотнение в груди. Ощущение было странным, она замерла на мгновение, вглядываясь в отражающуюся в зеркале фигуру, пытаясь понять, реально ли то, что почувствовала. Леденящий страх накрыл тяжелой волной. Глубоко набрав воздух, она задержала дыхание и аккуратно коснулась места, где почувствовала уплотнение, стараясь не допустить паники.

«Спокойно, – приказала она себе. – Наверное, показалось». И в ту же секунду нащупала ее, плотную горошину.

«Этого не может быть! С кем угодно, только не со мной!»

Мысли были осязаемы и словно ледяные пальцы сжали разум. Паника обрушилась, мешая дышать и не давая сконцентрироваться.

«Что делать? Кому звонить? Надо успокоиться и подождать до завтра». Она заметалась по комнате и опять вернулась в ванную. Трясущимися пальцами стала ощупывать грудь. Сомнений не было.

Надо немедленно позвонить Борису Викторовичу – их семейному врачу и близкому другу. Но уже совсем поздно. Что делать? Сердце гулко стучало. Мысли стихали, сменяясь решимостью и твердостью.

– Все будет хорошо, – произнесла она, стараясь вложить в эти слова уверенность, так необходимую в эту минуту. – Это лишь паника. Все будет хорошо. Со мной ничего плохого случиться не может.

Включив настольную лампу, взяла телефон и позвонила Борису Викторовичу. Извинилась за поздний звонок, рассказала о том, что случилось, и попросила помочь быстрее попасть к хорошему врачу. Борис Викторович перезвонил через пятнадцать минут:

– В девять утра тебя будут ждать на Каширке в онкологическом центре. Врача зовут Николай Владимирович Марченко. Это очень хороший хирург.

– На Каширке? В онкологическом центре? – переспросила она с ужасом и, сжавшись в кресле, с трудом дослушала.

«Господи! Неужели это происходит с ней. Каширка – место, где разрушаются мечты. Да что там мечты… Жизнь. Неужели конец? Впереди была встреча с неизведанным и страшным».

Сон пропал. Было ужасно одиноко. Если бы рядом был Аркаша, он точно смог бы ее успокоить и защитить. Об Артеме она не вспоминала. Так и сидела, слушая шепот дождя и ощущая, как, вопреки страху, пытается внушить себе, что все будет хорошо, потому что по-другому с ней быть просто не может.